Глава 54. Уговор
– Всё не так просто, как ты думаешь, – машинально возразила Наньгун Вань и тут же, осознав, что выдала себя, густо покраснела.
— Тетя, ну хватит уже прятаться, это вредно для здоровья, — Лу Юньцзэ бесцеремонно уселся на пол и устало потер переносицу.
— Иногда я искренне не понимаю, зачем вы, люди, вечно всё усложняете там, где всё предельно просто?
Наньгун Вань вздохнула, на её обычно безмятежном лице отразилась целая гамма чувств, переходящих в едва ли не яростную гримасу.
— У меня к этому человеку… нет никаких чувств. Если я что и хочу, так это растереть его кости в порошок и развеять по ветру!
Лу Юньцзэ неопределенно кивнул, достал из мешка-хранилища горсть сладостей и протянул ей.
Она машинально взяла их, а затем впала в глубокие раздумья.
Есть эту конфету или не есть?
Лу Юньцзэ только и мог, что безмолвно наблюдать за этой сценой. Кто-нибудь, объясните мне: что тут сложного в выборе конфеты?
— Тетя Наньгун, может, вы всё-таки расскажете, что именно вас гложет?
Наньгун Вань поджала губы, поколебалась секунду, а затем разом запихнула все сладости в рот, отчего её щеки раздулись, как у хомяка.
Словно сбросив с плеч невидимый тяжкий груз, она заметно расслабилась и уселась прямо на пол, подражая Лу Юньцзэ. Её спина ссутулилась, и в этот момент она была бесконечно далека от образов «холодной девы» или «благопристойной наставницы».
— Твой друг… у него лицо самое заурядное, способности паршивые, уровень развития низкий, а уж характер… да я понятия не имею, какой у него характер! — Наньгун Вань, казалось, перешла в режим полной откровенности. Она возмущалась, как маленькая девочка, сжимая кулачки от досады.
— Скажи мне, разве я не должна его прикончить?!
Лу Юньцзэ понимающе кивнул.
Всё ясно: Хань Ли ей не приглянулся.
— Значит, план такой: делаем вид, будто ничего не было? Или мы его по-тихому придушим? — Вкрадчиво спросил он.
— Я… — Она открыла рот и выглядела так, будто вот-вот расплачется.
— Тише, тише! Всё, что сегодня сказано здесь, здесь и останется. Обещаю, — Лу Юньцзэ заговорил с азартом, его глаза лучились искренностью.
Признаться, в прошлой жизни он еще в школе слыл «дамским угодником» и «гуру отношений». Через его руки прошло не меньше десятка пар, которых он свел, став сущим кошмаром для классных руководителей.
Ложкой дегтя было лишь то, что сам такой «профессионал» почему-то три года проходил одиночкой. Он надеялся, что в университете всё изменится, но не успели начаться занятия, как он провалился в этот мир.
Теперь он думал, что небеса пошли на крайние меры, лишь бы не дать ему завести девушку.
— Он всё-таки… — Наньгун Вань вздохнула и сменила тон:
— Я и сама хочу притвориться, что ничего не произошло, но у меня не получается.
Лу Юньцзэ потер виски:
— Тетя, вы же его совсем не знаете. Ни характера, ни души. Как же вы не можете его забыть?
— …Тебе не понять, — она покраснела и отвела взгляд.
Лу Юньцзэ почувствовал себя слегка задетым.
— Тетя, по-моему, вам обоим нужно просто честно и открыто поговорить, — серьезно предложил он.
— Попробуйте хотя бы пообщаться. Если пойдет – оформите отношения как полагается. В конце концов, нет такого закона, чтобы у партнеров по парному совершенствованию был одинаковый уровень развития. В наши дни полно случаев, когда у заклинателя Заложения Ядра в спутницах ходит девушка стадии Заложения Основания, и никто что-то не возмущается.
Лу Юньцзэ принялся загибать пальцы:
— Вот взять старшего Ли из Долины Желтого Клена, нашего дядю Лю из Секты Скрытой Луны, или господина Чжоу из Крепости Небесной Башни, а еще…
— Но это же всё мужчины! — Перебила его она.
— И что? Они на стадии Заложения Ядра, и вы на той же стадии! Даже если вы выберете себе спутника слабее, кто посмеет сказать хоть слово?
Разведя руками, он продолжил:
— А если найдется такой наглец – так вы ему всыпьте! Если сил не хватит – игнорируйте, тренируйтесь, а как станете сильнее – вернитесь и всыпьте. Зачем превращать такую простую вещь в неразрешимую дилемму?
Наньгун Вань замерла с приоткрытым ртом, её красивые глаза округлились. Видимо, она представила себе эту картину, и уголки её губ невольно поползли вверх.
— Нет! — Она вдруг зажмурилась и резко помотала головой.
— Всё не так! Я – Старейшина Секты Скрытой Луны на стадии Заложения Ядра, а он – обычный заклинатель Заложения Основания из Долины Желтого Клена. К тому же у него паршивые способности, внешность серая, и вообще он…
Её словно прорвало, и она принялась выливать поток критики на голову отсутствующего Хань Ли.
Лу Юньцзэ, глядя на это, только вздохнул.
«Понятно. Всё равно он ей не нравится».
Внезапно она умолкла, на её лице отразилась сложная гамма чувств.
Лу Юньцзэ, склонив голову набок, осторожно спросил:
— Тетя, разрешите один вопрос.
Он слегка подался вперед.
— Что вы на самом деле чувствуете к Хань Ли?
Наньгун Вань опешила. Прошло немало времени, прежде чем она, нахмурившись, ответила:
— Я сама не знаю.
Лу Юньцзэ кивнул. Обычно, когда говорят такое, дело считай в шляпе.
Отлично! Жизнь Хань Ли можно считать спасенной!
— Он ведь твой друг? Расскажи мне, что он за человек? — С любопытством спросила она.
Лу Юньцзэ вздохнул:
— Тетя, даже если вы спросите меня, я ведь буду только хвалить. О таких вещах вам лучше судить самой.
Она горько усмехнулась:
— Как же я могу судить? Мы виделись всего раз и едва перекинулись парой слов.
— Если нет шанса – его нужно создать. Давайте так: при случае я вывезу вас отсюда, — он решительно ударил себя кулаком в грудь.
— Вывезешь меня? — Она широко распахнула глаза, полные изумления.
— Именно. Если считаете, что в своем истинном облике это неуместно – просто смените личность, — Лу Юньцзэ подмигнул и улыбнулся. — Даю слово: об этом будем знать только мы двое.
— И тогда вы сами решите, что Хань Ли за человек.
Наньгун Вань опустила голову. В ней боролись любопытство и страх.
Вспоминая последние сто с лишним лет, она понимала, что вся её жизнь состояла из одних тренировок. Было бы неплохо хоть раз взглянуть на этот огромный мир своими глазами.
Лу Юньцзэ спокойно наблюдал за ней. Он уже начал понимать, что происходит между этими двоими.
Честно говоря, они могли и не питать друг к другу особых чувств. Сейчас в Наньгун Вань скорее кипела обида.
Просто воспитание и культура этого мира заставляли их подсознательно выделять друг друга из толпы.
Для Хань Ли это было так, но ситуация Наньгун Вань была куда сложнее.
Заклинатели этого мира были, по сути, очень закрепощенными людьми. Снаружи – великие и неприступные, а внутри – заложники морали мира смертных.
Выросшая в такой среде Наньгун Вань считала своим долгом быть холодной, благопристойной и во всем следовать правилам, даже если это душило её истинную натуру.
Поэтому образ Хань Ли в её сердце был столь противоречив. С одной стороны, он стал первым в её жизни актом неповиновения правилам, единственной искрой в серой череде будней.
С другой стороны, всё её воспитание кричало, что пропасть между ними слишком велика. При этом в то же воспитание вплетались идеи о верности одному мужчине до конца дней.
Этот внутренний конфликт заставлял её сомневаться в правильности всего, чему её учили.
Хань Ли был для неё не столько любимым человеком, сколько символом бунта против оков, которые она сама на себя надела, и одновременно – символом вынужденной покорности судьбе.
— Тетя Наньгун, ваша жизнь принадлежит только вам. Никто не вправе решать за вас.
Лу Юньцзэ поднялся и легко рассмеялся.
— Так что решайте сами. Это пойдет на пользу и Хань Ли, и вам.
— Как говорится, насильно мил не будешь. В конечном счете важно лишь то, нравится он вам или нет.
Она глубоко вздохнула.
— Племянник Лу, почему ты так мне помогаешь? — С недоумением спросила она.
— Потому что это весело! — Он широко улыбнулся.
Кто из нас не любит хорошую историю?
— Я ухожу, — Лу Юньцзэ махнул рукой и, довольно напевая под нос, пятицветным лучом вылетел наружу.
Наньгун Вань осталась сидеть в одиночестве, еще долго не в силах прийти в себя…
Обновлено: 23.01.2026