Глава 46 — Глава 46 Дитя клана Ли

Глава 46. Дитя клана Ли Глава 46. Дитя клана Ли. В дровяном сарае поместья Ли маленькая девочка лет десяти пыталась грязным обрывком ткани отчистить свою одежду. — Иньэр, ты здесь? Снаружи раздался звонкий мальчишеский голос. Девочка вздрогнула и случайно оторвала кусок от своей и без того ветхой рубахи. — Брат Вэнь, не входи! В ее голосе слышались слезы, которые она уже не могла сдерживать. — Иньэр! Что случилось?! — Дверь распахнулась, и в сарай вбежал мальчик лет тринадцати в добротном шелковом халате. Его духовная энергия была еще слабой – всего лишь пятый уровень стадии Конденсации Ци, – но для его лет это считалось достойным результатом. Девочка закрыла лицо руками и отвернулась. Мальчик разволновался еще сильнее, подскочил к ней и силой отвел ее руки от лица. На ее бледной, миловидной щеке красовался огромный багровый кровоподтек, занимавший чуть ли не пол-лица. — Снова они?! — Мальчик в ярости топнул ногой, в его глазах вспыхнула недетская злоба. — Когда твой брат был жив, они перед тобой лебезили, а теперь, когда его не стало, каждый норовит обидеть! Совершенствоваться не умеют, зато в подлости им равных нет. Ну что за люди в нашем клане Ли! Он с силой ударил кулаком в стену, задыхаясь от негодования. — Брат Вэнь, не сердись, — всхлипнула девочка, вытирая слезы. — Это я виновата. Если бы у меня были духовные корни… — Иньэр, не говори так, — он ласково погладил ее по волосам, но внезапно замер, заметив прореху на ее груди. — А это еще что такое? — Его голос мгновенно стал ледяным. — Это… — девочка судорожно запахнула рубашку. В ее глазах снова заблестели слезы, но она упрямо поджала губы, не давая им упасть. Мальчик сжал кулаки так, что затрещали суставы, его лицо покраснело от гнева. — Это… молодой господин Мин из третьей ветви… — прошептала она. — Сказал, что через пару лет заберет меня к себе в наложницы… Девочка подняла на него полные слез глаза: — Брат Вэнь… Мальчик стоял, опустив голову, похожий на разъяренного зверька. — Скотина! Он резко развернулся, намереваясь выбежать из сарая. — Брат Вэнь! — Девочка бросилась за ним и обхватила его со спины. — Ему девятнадцать, он уже на седьмом уровне Конденсации Ци! Тебе нельзя к нему, это опасно! И потом… — она запнулась. — Я не хочу, чтобы ты рисковал собой ради меня – простой смертной, у которой даже корней нет. Мальчик замер, не проронив ни слова. — Брат Вэнь, если господин Мин решит забрать меня, мне придется подчиниться. Но я не хочу к нему. Пожалуйста… возьми меня к себе. Она вцепилась в него мертвой хваткой. Мальчик тяжело вздохнул: — Иньэр, иди сегодня домой. Я поговорю с отцом, чтобы он перевел тебя служанкой в мои покои. Он обернулся и нежно смахнул слезинки с ее лица: — Не бойся, я обо всем позабочусь. Девочка часто закивала, озарив его чистой, светлой улыбкой. Мальчик улыбнулся в ответ и решительно зашагал к центру усадьбы. Его юная спина казалась прямой и несгибаемой, как у взрослого мужчины. Как только он скрылся из виду, всё обожание на лице девочки мгновенно исчезло. Она холодно вытерла слезы и направилась прочь из поместья. Спустя мгновение в воздухе проступили очертания Лу Юньцзэ. Он с потрясением смотрел ей вслед. «Я ничего не понимаю, но я глубоко впечатлен», – подумал он, едва сдерживаясь, чтобы не изобразить известный жест из мира смертных. Сочувственно взглянув на удаляющуюся спину мальчика, Лу Юньцзэ вспыхнул пятицветным светом и растворился в пустоте. Конечно, это был не метод Незримого Побега Цюн Уцзи – к его изучению Лу Юньцзэ мог приступить лишь после стадии Заложения Ядра. Эта техника называлась «Пять Элементов Сокрытия Ци» – одна из немногих техник «Побега Пяти Элементов», доступных уже на стадии Заложения Основания. Она прекрасно скрывала присутствие и облик, позволяя без труда дурачить этих юнцов на стадии Конденсации Ци. Лу Юньцзэ бесшумно следовал за девочкой. Эта хрупкая с виду кроха уверенно отмахала несколько ли по горным тропам, даже не запыхавшись. Было ясно, что у нее за плечами неплохая школа боевых искусств. На склоне горы показалась обычная деревушка. В ней было около сотни дворов, дома были сложены из грубого камня. В деревне жили исключительно смертные. — Отец, матушка, я дома, — девочка вошла в деревню и под опасливыми взглядами других детей постучала в одну из дверей. На пороге появился суровый мужчина средних лет. Он холодно посмотрел на дочь. — Получилось? — Да. — Хорошо! — На лице мужчины наконец расцвела улыбка. — Мать, готовь лучшее вино и закуски, сегодня празднуем! Из дома выбежала женщина и в порыве чувств прижала дочку к себе: — Слава небу! Наша Иньэр наконец попадет в покои молодого господина Вэня! Мужчина, сдерживая волнение, огляделся по сторонам: — Чего застыли на пороге? Заходите в дом. Как только дверь закрылась, он возбужденно заговорил: — Видно, мы не прогадали. Господин Мин из третьей ветви уже взрослый, на такую малявку и не посмотрит. А господин Вэнь из второй ветви – совсем еще дитя, чист душой и доверчив. — Не волнуйтесь, — девочка улыбнулась и погладила себя по животу. — Через пару-тройку лет я буду готова стать матерью. И тогда я непременно рожу заклинателя с духовными корнями. — Ха-ха-ха! — Мужчина довольно рассмеялся. — У меня припрятано несколько пилюль весеннего духа. Как придет время, будешь подсыпать их господину Вэню, это сильно поможет зачать. При этих словах женщина слегка покраснела, а потом вдруг погрустнела. — Эх, если бы твой старший брат не погиб на том Испытании Кровавого Запрета… Мы бы жили в Поместье Ли и сами выбирали женихов среди заклинателей. Не пришлось бы так хитрить ради места при господине Вэне. Улыбка мгновенно сползла с лица мужчины. Спустя минуту он сухо бросил: — Хватит об этом. Такая уж судьба. Если бы Уя был жив, нам не пришлось бы перебираться в эту дыру для смертных и заискивать перед каждым встречным. Он тяжело вздохнул: — Видно, боги отвернулись от нашей семьи, раз наш единственный заклинатель сгинул так рано. Девочка твердо посмотрела на родителей: — Не печальтесь. Брат не останется последним заклинателем в нашем роду. Мои дети обязательно вступят на путь совершенствования и вернут нашей семье былое величие. Супруги растроганно закивали, но тут с потолочной балки раздались негромкие аплодисменты: — Браво! Вот это я понимаю – семейные ценности!