Глава 140. Маскировка
Глядя на губернатора Ланьчжоу, которому Хань Ли только что свернул шею, Лу Юньцзэ то хмурился, то задумчиво прикусывал губу.
— О чем задумался? — Спросил Хань Ли.
— Да вот решаю: сдать его тело секте и закрыть задание или найти ближайшего распорядителя Горы Духовных Зверей и стрясти с него деньжат?
Хань Ли лишь закатил глаза. Вполне в его духе – нормальному человеку такие пакостные мысли в голову не придут.
— Пойду-ка я тряхну Гору Духовных Зверей, — решил Лу Юньцзэ, хлопнув в ладоши. — Судя по всему, в секте Черного Зла народу полно, так что спешить некуда.
Хань Ли махнул рукой:
— Я с тобой в эти авантюры не полезу, не хочу лишний раз наживать врагов. У меня свои дела, нужно попасть в столицу Юэ. Ты здесь наполовину хозяин, подкинешь какую-нибудь ценную информацию?
— В столицу? — Лу Юньцзэ на мгновение задумался. — Не буду спрашивать зачем. Столица Юэ находится неподалеку от главного штаба Секты Скрытой Луны. Советую тебе вести себя тише воды, ниже травы. Мое имя там сейчас… скажем так, не в почете. Если упомянешь его – тебе конец.
У Хань Ли дернулась щека. Раньше этот тип был просто печально известен своей дурной славой, но за то время, что они не виделись, ситуация, видимо, только усугубилась. Что же он натворил?
— Хотя официально Семь сект заявляют, что не суют нос в дела Императорского города, все понимают: остальные шесть сект ни за что не оставили бы столицу смертных под боком у Секты Скрытой Луны.
Лу Юньцзэ вздохнул:
— Давным-давно другие секты надавили на Секту Скрытой Луны и вытеснили их из столицы. Сейчас там всё кипит от тайных интриг. Поищи за пределами дворца, наверняка наткнешься на связных из остальных шести сект.
Хань Ли кивнул, запоминая. Без подсказки Лу Юньцзэ он вряд ли бы об этом догадался.
— В сам дворец заклинателям вход формально запрещен, но, честно говоря, там даже приличных охранных формаций нет. Если захочешь пробраться – никто и не заметит. Главное – не столкнуться нос к носу с представителями какой-нибудь из наших сект, а то выйдет неловко.
Лу Юньцзэ почесал затылок, вспоминая детали:
— И последнее: без крайней нужды не трогай людей из правительства и императорской семьи. Если что-то случится, разразится грандиозный скандал. Даже твой наставник может не вытащить тебя из этой передряги.
Хань Ли серьезно кивнул, принимая советы к сведению.
— Хорошо. Тогда я пойду. Если что – на связи.
— Ты только если влипнешь в драку с кем-то непобедимым, мне не звони, — серьезно добавил Лу Юньцзэ. — Я и так по горло в делах.
Хань Ли сделал вид, что не слышал. За его спиной раскрылись лазурные крылья, и он, обратившись лучом света, исчез в ночном небе.
Глядя ему вслед, Лу Юньцзэ помрачнел. Он солгал другу. На самом деле у него была совсем другая причина убить губернатора Ланьчжоу.
Все это время Лу Юньцзэ наблюдал за тем, как мир смертных захлебывается в бесконечных стычках банд, где законы ничего не значат, а человеческая жизнь ценится меньше сорняка.
Он прекрасно понимал: причина не в моральном разложении правящей верхушки Государства Юэ и не в природной дикости смертных. Причина была одна – Семь сект.
Лу Юньцзэ свято верил в это. До того самого дня у Древней формации телепортации, когда он встретился взглядом с теми самыми глазами.
С тех пор он не переставал размышлять.
Он знал, что Хань Ли – главный герой. Но до того момента он никогда не задумывался, почему это так.
Появление того взгляда открыло ему жестокую правду. Почти всесильное божество, способное повелевать временем и играть судьбами миров… Это был Хань Ли.
Тот самый Хань Ли, которого он знал больше десяти лет.
Или, вернее сказать, это был Хань Ли из мира, где не существовало Лу Юньцзэ.
За годы дружбы они не раз проходили через огонь и воду. Лу Юньцзэ казалось, что он знает друга как облупленного. Он видел, насколько глубоко его влияние изменило Хань Ли. Каким бы ни был оригинальный герой, нынешний Хань Ли неизбежно рос другим человеком.
По крайней мере, нынешний Хань Ли никогда бы не стал играть самим собой как марионеткой и уж точно не поднял бы руку на Лу Юньцзэ.
Но сегодня вечером, во время намеренной провокации, те древние глаза даже не дрогнули. Божество без колебаний попыталось стереть Лу Юньцзэ из реальности.
Так кто же это был? Хань Ли из параллельного мира? Или будущий Хань Ли настолько очерствел душой, что достиг состояния полного бесстрастия?
И если это будущий Хань Ли… то где же в этом будущем Лу Юньцзэ?
Вопросы множились, и одна пугающая до дрожи догадка всплывала в сознании всё отчетливее.
Даже если это была лишь одна из вероятностей, он не мог перестать думать об этом.
Если весь этот хаос – лишь сцена, выстроенная всемогущим Дао-предком… Если всё предопределено с самого начала… Если путь смертного к бессмертию – всего лишь грандиозный обман, и место на вершине вечности было зарезервировано заранее…
Тогда какой смысл во всем, за что боролся Лу Юньцзэ?
Всесильные Небесные Владыки воздвигли высочайшую лестницу для всех идущих и объявили: «Каждый, кто будет усердно карабкаться, сможет достичь вершины и сравняться с нами». И тогда заклинатели начали грызть друг другу глотки, убивать и предавать, стремясь наверх. Но добравшись до последнего уступа, они обнаруживали, что место там уже занято. С самого начала.
Все их усилия, все жертвы были лишь ступенями для того единственного избранника. А он сам – просто очередная кочка на дороге, в лучшем случае системный баг, который рано или поздно подлежит удалению.
Те слова, что Лу Юньцзэ бросил в таверне, относились далеко не только к Семи сектам.
Взгляд Лу Юньцзэ стал еще темнее. Он вскинул руку, и огненный шар превратил останки губернатора в пепел.
Затем в его собственном теле раздался хруст костей, и пятицветный свет окутал его с головы до ног.
Спустя мгновение на дороге снова стоял губернатор Ланьчжоу.
Лу Юньцзэ осмотрел себя и удовлетворенно кивнул. Это была лишь обычная техника смены облика, но ее вполне хватало, чтобы обмануть любого, чье божественное сознание слабее его собственного.
Теперь он собирался использовать личность губернатора для одного крупного дела. Это будет тест: насколько серьезные изменения временной линии готов терпеть будущий Хань Ли.
Но прежде нужно было обзавестись страховкой.
Лу Юньцзэ очень хотел проверить, действительно ли Небесный Владыка Хань лишился всех чувств.
— Если эта затея провалится, вернусь в Секту Скрытой Луны и найду Наньгун Вань подходящего партнера для совершенствования, — пробормотал он с каменным лицом. — А если не найду достойного, то сам предложу свою кандидатуру!
В тот же миг ветер стих, и облака замерли. Время будто снова остановилось.
Не сомневайтесь, если Лу Юньцзэ прижать к стенке, он действительно на это способен.
Глядя на застывший мир, он бесстрастно прочистил горло. Пятицветное сияние вокруг него замерцало и сменилось иссиня-черным, от которого повеяло зловещей аурой крови.
К счастью, за год на фронте он достаточно нагляделся на методы Секты Призрачного Духа, чтобы скопировать их демоническую технику.
Лу Юньцзэ щелчком пальцев сжег карету, а затем достал сгусток кровавого проклятия, извлеченный из губернатора. Окутав его пятицветным светом, он резким ударом впечатал его себе в грудь. Благодаря защитной магии он мог в любой момент исторгнуть это проклятие из своего тела.
Он моргнул, несколько раз сменил выражение лица, проверяя маскировку, и, превратившись в черную тень, устремился к городу Цзяюань.
Через полчаса он уже стоял перед парадными воротами резиденции губернатора. Прищурившись, он окинул взглядом величественное здание, накрывая всё поместье своим мощным божественным сознанием.
— Сорок семь человек на стадии Конденсации Ци и один на стадии Заложения Основания, — он недовольно хмыкнул.
Слуга, мирно спавший у ворот, так подпрыгнул от этого звука, что чуть не свалился со стула. Его заспанные глазки яростно забегали.
— Кто это?! Кто посмел тревожить сон самого почтенного?!
Лу Юньцзэ в облике губернатора нахмурился еще сильнее, его лицо стало мрачнее грозовой тучи.
Слуга еще не совсем пришел в себя, но ночной холод быстро прояснил его рассудок. Разглядев стоящего перед ним человека, он мгновенно лишился дара речи.
— Хо… хозяин! — Он побледнел как полотно и рухнул на колени, принимаясь неистово биться лбом о землю. — Пощадите, господин! Я ослеп, я дурак! Простите никчемного слугу! Смилуйтесь!
Лу Юньцзэ смерил его презрительным взглядом и холодно хмыкнул:
— Сегодня мне не до твоей жалкой жизни. Живо открывай ворота!
— Слушаюсь, господин! — Слуга, не обращая внимания на кровь на лбу, вскочил и принялся колотить в ворота. — Поднимайтесь, бездельники! Хозяин вернулся!
Ворота распахнулись, и во двор выбежали семеро крепких слуг. Они дружно одарили зачинщика шума свирепыми взглядами, после чего разом повалились в ноги губернатору.
— Полно! Кучка никчемных олухов! — Лу Юньцзэ идеально скопировал манеру губернатора, ворча и проходя внутрь. — Чего встали? Ведите!
В суматохе слуги поспешили проводить хозяина во внутренние покои. Тот самый окровавленный слуга с подобострастной ухмылкой подскочил ближе:
— Господин, к которой из жен прикажете подать вести о вашем прибытии? Мы мигом предупредим, чтобы успели приготовиться.
Лу Юньцзэ сердито зыркнул на него:
— Не нужно никого предупреждать. Я иду в заднюю часть поместья.
Услышав это, слуга побелел и мгновенно притих. Из толпы вышел бледный, но статный мужчина.
— Господин, позвольте мне проводить вас.
Лу Юньцзэ кивнул и последовал за ним вглубь резиденции.
Обновлено: 23.01.2026