Глава 3 — Глава 3

«Первые шаги на тренировочном поле» Ночное небо над базой казалось почти беззвёздным из-за постоянной дымки, наползающей с равнины. Прожекторы освещали посадочные площадки, а слабый ветерок шуршал по металлическим стенам модульных построек. Роан’эль Таррис провёл беспокойную ночь: хоть он и очень устал после перелёта, его мысли то и дело возвращались к встрече с мандалорцами, к отрывкам воспоминаний о прошлой жизни, к грядущему дню, когда ему придётся доказывать свою ценность для клана. Утром, когда светильники в коридорах переключились на дневной режим, Роан встал по внутреннему биологическому будильнику. Ещё не совсем окрепший, но уже способный держаться на ногах без костыля, он натянул выданную ему простую форму: лёгкую тёмно-серую тунику и штаны, подпоясанные грубоватым тканевым ремнём. Одежда была не слишком новой — наверное, до него её носил кто-то из прежних «найденышей», — но парень не собирался жаловаться. В конце концов, лучше иметь хоть что-то, чем снова оказаться в лохмотьях, как в трюме рабовладельческого судна. Он вышел в коридор и направился туда, где ему вчера сказали собраться на тренировку. Вскоре он вошёл в относительно просторный зал под куполом, выстроенный из металлических пластин. Там уже толпились люди в разной экипировке: кто-то в частичной броне, кто-то в облегчённом тренировочном снаряжении, а кто-то и вовсе в обычной одежде, но с дубинками-набалдашниками в руках. У некоторых на поясах висели виброклинки или тренировочные лазерные «ножи» пониженной мощности. Роан старался не зевать от неожиданного резкого перепада температур: внутри здания было довольно прохладно, хотя снаружи стояла жара. Нори’ен Код в своей обычной броне без шлема уже стояла в центре зала и что-то обсуждала с другим командиром — той женщиной в песочных доспехах, которую Роан мельком видел при высадке. Увидев, что Роан вошёл, Нори’ен коротко кивнула ему, не прерывая разговора. Пока Роан осматривался, рядом раздался знакомый голос: — Рад, что ты не передумал появляться, сефи. Это был Ремар Драск, тот самый юноша, который вчера поддразнивал Роана в коридоре корабля. Теперь на Ремаре была полноценная тренировочная броня — не вся из бескара, конечно, но явно из качественных сплавов. Шлем он держал под мышкой, а на поясе висел тренировочный бластер. На лице читалась всё та же насмешка. — Доброе утро, — коротко ответил Роан, стараясь не реагировать на провокации. — Посмотрим, чему тебя научат сегодня, — хмыкнул Ремар. — Ты можешь стать бойцом… или сдаться. Каждый сам выбирает. Не дожидаясь ответа, он отошёл к группе других молодых воинов, которые явно были дружны между собой и теперь с любопытством и снисхождением поглядывали на Роана. «Что ж, — подумал Роан, — похоже, мне придётся доказывать своё право находиться здесь не только Нори’ен, но и всей этой компании». Тем временем Нори’ен закончила разговор и обратилась к присутствующим: — Итак, слушайте меня. С сегодняшнего дня у нас начинается очередной цикл тренировок для молодых воинов и найденышей. Как вы уже знаете, мандалорца определяют не только по крови, но и по поступкам, навыкам, преданности делу и клану. Здесь вы будете практиковаться в рукопашном бою, стрельбе, тактике, взаимодействии в паре и в строю. Некоторые из вас уже знакомы с основами, другие — новички. Но мы не делаем поблажек. Если кто-то хочет стать одним из нас, он должен показать себя достойным. Она окинула взглядом Роана и ещё нескольких новых лиц, среди которых Роан разглядел тви’лека с зелёными хвостами на голове (лейку) и девушку-забраку с короткими рожками. Видимо, они тоже были спасёнными или пришлыми, решившими присоединиться. — Сегодня мы разделимся на группы. Опытные тренируются по углублённой программе, новички — со мной и Дирстом Ароном. Начнём с базовых упражнений. Все всё поняли? Послышались негромкие кивки и перешёптывания. Роан сглотнул комок в горле: похоже, сейчас его загонят на практику, не дав и дня на адаптацию. «Впрочем, — одёрнул себя Роан, — разве я сам не хотел учиться? Вот и посмотрим, насколько силён мой дух». Ему было приятно видеть, что Нори’ен лично собирается наблюдать за «новичками»: значит, есть шанс, что она оценит его старания непредвзято. Сначала новобранцам предложили размяться и пройти тест на физическую выносливость. Дирст Арон, широкоплечий воин с символом мирзюйского зверя, командовал: «Пять кругов по периметру зала, потом отжимания, потом растяжка». Для кого-то пять кругов были пустяком, но Роан чувствовал, что его тело хоть и восстановилось после истощения, но всё ещё слабее большинства сверстников-мандалорцев. Сердце билось быстрее, в груди саднило. Когда дело дошло до отжиманий, его руки сильно дрожали, и он был вынужден замедлиться, чтобы не рухнуть на пол. — Не сдавайся, — тихо подбодрил его Гелт Вара, наблюдавший за упражнением сбоку (врач иногда проверял состояние новичков во время тренировок). — Твоё тело идёт на поправку, главное — не переусердствуй и не загоняй себя до потери сознания. Роан кивнул, стараясь дышать ровнее. Время от времени он ловил на себе скептические взгляды Ремара. Но это лишь подстёгивало Роана: он хотел доказать прежде всего самому себе, что способен на большее. «Пройдёт время, — думал он, — и я перестану ощущать эту слабость, выйду на нормальный уровень». При этом он понимал, что в прошлой жизни, на Земле, не был элитным солдатом, но увлекался единоборствами и знал технику рукопашного боя. Вопрос лишь в том, сможет ли он применить свои старые знания, когда его новое тело ещё не натренировано должным образом. После базовой разминки Дирст велел новичкам разбиться на пары для отработки бросков и захватов. Пары распределялись так, чтобы новобранцы были примерно одного телосложения. Роану достался всё тот же тви’лек по имени Ре’кал — высокий жилистый парень, чьи зелёные лейки слегка подрагивали, когда он нервничал. Ре’кал, по слухам, тоже сбежал из рабства и теперь видел в мандалорцах свой единственный шанс выжить. — Привет, — негромко сказал тви’лек, когда они встали в стойку друг напротив друга. — Давай тренироваться вместе. Надеюсь, без травм. — Взаимно, — кивнул Роан. — Кстати, меня зовут Роан’эль. Если что, можешь звать меня Роан. — А я Ре’кал. Ну что ж, приступим. Дирст показал движение: «Вот захват сверху и поворот корпуса, чтобы вывести противника из равновесия». Роан внимательно смотрел, стараясь воспроизвести технику. Когда он попытался бросить Ре’кала, оказалось, что физически тви’лек чуть сильнее и толкается увереннее. В итоге Роан чуть не скользнул по полу, в последний момент удержавшись, чтобы не упасть самому. Однако, вспомнив о бросках из своей прошлой жизни, он попытался компенсировать нехватку силы правильным углом атаки и после нескольких неудачных попыток всё же смог сбить Ре’кала с ног и аккуратно уложить его на пол. — Неплохо! — провозгласил Дирст, проходя мимо. — Но двигайтесь быстрее, на поле боя никто не даст вам времени возиться друг с другом. Роан тихо выдохнул, благодарный за то, что замечание было скорее по делу, чем в упрёк. Он помог Ре’калу встать, тот потер ушибленное плечо, но улыбнулся: — У тебя уже есть опыт рукопашки, да? — Немного, — уклончиво ответил Роан. «Если бы ты знал, откуда эти воспоминания…» — подумал он. Через некоторое время Дирст дал команду перестроиться, и теперь тренировку возглавила сама Нори’ен Код. Она показала несколько базовых приёмов защиты от ударов. Роан, стоя в ряду новичков, не отрывал взгляда от её движений. Несмотря на то, что Нори’ен была довольно статной и сильной, ей удавалось двигаться с удивительной лёгкостью и пластичностью. Когда кто-то спросил: «Командир, а правда, что вы получили офицерское звание, сражаясь в прошлых войнах?», Нори’ен лишь отмахнулась, сказав, что это неважно. Зато она продемонстрировала, как одной рукой выбить оружие у условного противника и разоружить его, используя хитрый захват кисти. Все новобранцы ахнули, увидев, как высокий воин в мгновение ока выронил меч под её хваткой. — В бою время идёт по-другому, — спокойно прокомментировала она. — Скорость и практика важнее красивых слов или громких титулов. Постепенно Роан втянулся в тренировочный процесс. Возможно, по сравнению с остальными «с ровными ушами» он был слаб, но у него было преимущество: он изучал рукопашный бой на Земле, где приёмы разнообразны и адаптированы к противнику любой комплекции. Пусть тело сефи и другое, но базовый принцип рычагов никто не отменял. Поэтому во время отработки простых ударов кулаком или локтем Роан чувствовал себя чуть увереннее, чем можно было ожидать от новичка. Это не ускользнуло от внимания Нори’ен. — Роан, — позвала она после очередного раунда, — подойди. Он сделал шаг вперёд, вытирая пот со лба. Сердце бешено колотилось, спина была влажной, но он старался выглядеть спокойным. Остальные воины расступились, освобождая им место в центре. — Покажи мне ещё раз приём, который ты использовал, когда Ре’кал атаковал слева. Я хочу понять, откуда у тебя эта техника. Роан постарался воспроизвести бросок, но чувствовал внутреннее волнение. «Как объяснить, что я узнал это в другом мире? — пронеслось у него в голове. — Ладно, скажу, что научился у людей, когда жил… где-то». Но пока он думал об этом, Нори’ен внимательно наблюдала за его движениями, поправляла, как держать корпус. В конце она бросила на него короткий взгляд: — Техника необычная, но эффективная. Похоже на смесь ударных и бросковых стилей. Продолжай практиковаться, тебе нужно укрепить мышцы. Она не стала задавать дополнительных вопросов на публике — и Роан был ей за это внутренне благодарен. Зато кто-то из окружавших их новичков перешёптывался: «Ого, да он шустрый!», «А я-то думал, он совсем слабак». — На сегодня хватит рукопашного боя, — объявила Нори’ен ещё через несколько десятков минут. — Переходим к основам владения бластером. Новички, вам выдали учебные модели. Без боевых патронов, не волнуйтесь. Главное — практика прицеливания и понимания отдачи. Роан почувствовал, как у него внутри всё замирает: «Пришло время держать в руках настоящее оружие “звёздной эры”». Пусть и учебное, но бластер оставался весьма смертоносным. Парень привык к огнестрельному оружию на Земле, но бластер — это совсем другой принцип. Тем не менее, логика стрельбы во многом схожа: есть прицел, есть курок, есть отдача (пусть и другая), и есть базовая техника удержания. Ему вручили укороченный бластерный пистолет, немного облегчённый. При этом Дирст объяснил основные правила безопасности: Никогда не направляй дуло на того, в кого не собираешься стрелять. Следи за зарядом и перегревом оружия. Используй упор для точности при необходимости. Всегда проверяйте, не заблокирован ли предохранитель, когда перемещаетесь вне боевой обстановки. — Понял? — спросил Дирст. — Да, — кивнул Роан, осматривая гладкий корпус оружия. Его пальцы слегка дрожали от предвкушения. Учебные мишени были установлены в другом конце зала, за специальной защитной перегородкой. Когда прозвучала команда, каждый из новичков по очереди подходил к стрелковой позиции и делал несколько пробных выстрелов. У большинства пули пролетали мимо, некоторые задевали край мишени. Бластер был непривычным, а волнение делало руки «деревянными». Дошла очередь до Роана. Он встал на указанное место, слегка согнул ноги, стараясь вспомнить уроки стрельбы из пистолета — пусть и огнестрельного. По примеру, который он видел в голофильмах (и да, в каноне «Звёздных войн»), он чуть наклонился вперёд и взял оружие обеими руками. Сердце колотилось. «Только не дрогни, — приказывал он себе. — Вот прицел, вот линия…» Нажав на спусковой крючок, он услышал короткий «писк» и увидел, как лазерный луч чиркнул по внешнему краю мишени. Второй выстрел пролетел чуть ближе к центру. Третий всё ещё не попал в яблочко, но уже почти. «Неплохо для новичка», — отметил он про себя. Однако, кажется, Нори’ен стояла рядом и довольно кивала. — Для первого раза нормально. Тебе нужно привыкнуть к лазерному импульсу, его скорость немного отличается от скорости пули, и разброс тоже другой. Но у тебя твёрдая рука. Роан выдохнул с облегчением. Хоть он и не выбил все десять из десяти, но, судя по реакции, его попытки были выше среднего для людей, впервые взявших в руки бластер. Похоже, сказывался и определённый опыт координации из прошлой жизни. «Хорошо, — подумал он, — буду тренироваться. Возможно, стрельба мне понравится даже больше, чем я ожидал». После нескольких часов непрерывных упражнений — бросков, рукопашных спаррингов, отработки стрельбы — Роан чувствовал себя вымотанным до предела. Мышцы ныли, под коленями пружинило, а лёгкие горели от частого дыхания. Тем не менее, внутри разливалось удовлетворение: он выстоял. Не упал, не сдался, не опозорился в первые же часы. Когда тренировка была объявлена законченной и новобранцев отпустили до вечера, Роан медленно направился к выходу из зала, надеясь, что ему дадут хоть какой-нибудь обед и возможность отдохнуть. Но едва он добрался до коридора, как навстречу ему вышел Ремар Драск, который уже успел снять тренировочный шлем и теперь перекидывал его через ремень. — А ты не так уж плох с бластером, — усмехнулся Ремар, подходя ближе. — Но не зазнавайся. Мандалорец — это не тот, кто пару раз попал в мишень на стрельбище. — Я и не собираюсь зазнаваться, — устало отмахнулся Роан. — Хватит на сегодня, Ремар. Я устал. — Устал… — протянул тот, скрестив руки на груди. — Ладно, не буду тебя подначивать. Но запомни: рано или поздно придёт время, когда я испытаю тебя в бою. Настоящем, а не на тренировочной площадке. Тогда и посмотрим, кто из нас чего стоит. Роан почувствовал, как внутри него нарастает ответная агрессия, но сдержался. «Ремар просто пытается выставить меня либо трусом, либо вспыльчивым дураком», — подумал Роан. Он тихо кивнул, не желая затевать конфликт: — Пусть время покажет. Ремар презрительно фыркнул, но больше ничего не сказал. Он развернулся и направился к выходу, где его поджидала пара товарищей в похожих красно-чёрных доспехах. Роан лишь горестно выдохнул, чувствуя, что завоевать расположение этого мандалорца будет непросто. А может, и не нужно: главное — делать своё дело. Вернувшись в свой отсек, Роан с наслаждением принял короткий душ. Горячая вода, хоть и была в дефиците, всё равно казалась бесценным благом после изнурительной тренировки. Тёплые струи смывали пот и грязь, словно смывали и часть тревог, накопившихся за день. Одежду, в которой он тренировался, он бросил в специальный мешок для стирки (надеясь, что её постирают в местной прачечной), а затем надел простую рубашку и штаны. В столовой, представлявшей собой длинный модуль с рядами столиков, ему любезно подали порцию питательной каши с кусочками какого-то местного мяса. Вкус был непривычным, но Роан был голоден, так что ел без раздумий. К его удивлению, за тот же столик подсел Гелт Вара. — Ну, и как впечатления? — спросил врач, оценивающе глядя на тарелку Роана. — Сильная усталость, головокружение? Если что, у меня есть препараты для восстановления. — Спасибо, — кивнул Роан, прожевав очередной кусок. — Да, я устал, но, думаю, это нормальная усталость. Просто я давно не испытывал таких серьёзных нагрузок. — Угу, — протянул Гелт. — Я видел, как Нори’ен наблюдает за тобой. Кажется, она заинтересовалась твоими приёмами. Может, ей кажется подозрительным, что бывший раб так быстро адаптируется? Роан опустил взгляд. «Вот оно, — подумал он, — ещё один человек заметил. Мне нужно быть осторожнее, не стоит раскрывать свои тайны». Но вслух он ответил: — Мои родители, до того как я попал в рабство, обучили меня некоторым базовым навыкам. Я смутно помню, как и что. — Он солгал наполовину, но другого оправдания не находил. — Понимаю, — не стал допытываться Гелт. — Ничего страшного. Здесь часто оказываются разные люди с тёмным прошлым. Смотри, не переусердствуй, чтобы не сорваться. Но я скажу тебе честно: у тебя есть задатки. Держись командирской линии, слушай, что говорят опытные воины — и, может быть, далеко пойдёшь. С этими словами он похлопал Роана по плечу, встал и ушёл. Парень отставил опустевшую тарелку, чувствуя приятную тяжесть в животе. «Одним днём сыт не будешь, — подумал он, — но всё же жизнь здесь намного лучше, чем в рабских трюмах». Во второй половине дня новобранцам прочитали короткую лекцию о кодексе чести мандалорцев. Их собрали в небольшой аудитории — по сути, ещё одном модуле со скамьями и голографическим проектором. Нори’ен вышла к передней стене, включила проектор, и на экране появилась эмблема Мандалора — знакомая многим: череп мифозавра, культового зверя из древних легенд. — Чтобы вы понимали, что значит «быть мандалорцем», вы должны знать, что у нас есть устный кодекс, который передаётся из поколения в поколение. В каждую эпоху есть свои дополнения и практики, но основные принципы остаются неизменными: честь, преданность, верность семье и клану, готовность защищать своих, умение брать на себя ответственность и держать слово. Она медленно прошлась вдоль рядов новичков: — Мандалорцы не ищут бессмысленной бойни. Мы — воины, а не убийцы. Да, нас нанимают как наёмников и охранников, но мы не идём на сделку, если она противоречит нашим принципам. Тот, кто нарушит слово, будет изгнан. Здесь нельзя прикрыться чужой бронёй и солгать о своих заслугах. Все видят твои поступки. Поняли? Роан чувствовал, как эти слова находят отклик в его душе. «Честь, верность, защита слабых — всё это может стать для меня путеводной нитью, — думал он. — Ведь я действительно хочу защищать этих людей, раз уж я среди них». Он задумчиво вспомнил о Гелте, Нори’ен, о тех, кто спас его на корабле. Они не бросили его умирать, а теперь дают шанс научиться новому делу. Разве это не заслуживает взаимной преданности? — Ещё одна важная деталь, — добавила Нори’ен. — Мы, мандалорцы, тоже берём «найденышей» не для того, чтобы они были безвольными слугами. Мы растим их как равных. Если вы решите покинуть нас, когда станете взрослыми и самостоятельными, мы не будем удерживать вас силой. Но пока вы находитесь под нашей опекой, вы несёте ответственность за свои действия перед кланом. Иногда это даже сложнее, чем свобода без обязательств. Девушка-забрак из первой шеренги спросила тихим голосом: — А можно ли стать настоящим мандалорцем, если ты не родился в их семьях? Нори’ен улыбнулась краешком губ: — Конечно. Многие знаменитые воины были «найденышами». Сама наша история доказывает: кровь не делает тебя лучше или хуже. Всё решает твой выбор и твой характер. Это прозвучало так убедительно, что в зале повисла атмосфера молчаливого уважения. Роан невольно поймал себя на мысли, что однажды хочет заслужить похвалу Нори’ен — без лести, но искренне. Он понимал, что для этого придётся не раз рискнуть жизнью и проявить силу духа. Когда лекция закончилась, все потянулись к выходу, обсуждая услышанное. Роан направился в свою комнату, чтобы отдохнуть. Однако, проходя по центральному коридору, он заметил, что в одном из боковых отсеков горит свет и слышны звуки возни. Любопытство заставило его заглянуть внутрь. Там оказался небольшой технический склад, заваленный ящиками с деталями для оружия и бронепластинами. Посреди склада суетился дроид-погрузчик, а рядом стоял человек — точнее, мандалорец, которого Роан не узнал. — Эй, осторожнее, — приказывал мандалорец дроиду. — Не задень снаряжение, нам ещё это чинить. Заметив Роана, он обернулся: — Что, заблудился, парень? — Нет, извините, я просто… услышал шум. Я Роан, новичок. — Понятно. Я Олар Хедр, один из техников здесь. Послушай, раз уж ты здесь, помоги-ка мне подвинуть вон тот ящик со старыми пластинами. Дроид почему-то не может считать метку. Роан хмыкнул: кажется, вот и шанс поучаствовать хоть в какой-то работе. Ящик оказался тяжёлым, но вместе с Оларом они довольно быстро сдвинули его к стене. Роан заметил пластину матово-серого цвета с вмятинами и следами от бластеров. Он, конечно, не специалист, но догадался, что это может быть какая-то старая броня, отслужившая свой срок. — Это всякий хлам, который ждёт ремонта? — поинтересовался он. — Именно так, — подтвердил Олар, заталкивая ящик внутрь стеллажа. — Мы здесь собираем всё, что можно восстановить, а потом используем для обучения или отдаём нуждающимся кланам. Или, бывает, переплавляем. Бескар, конечно, ценен, мы его отдельно бережём. Но здесь в основном более простые сплавы. Роан провёл пальцами по грубой поверхности одной пластины: — А бескар у вас где-то здесь тоже хранится? — Не-а, не здесь. Бескар обычно хранится в надёжном сейфе у кузнецов. Мало у кого есть на него право. Я знаю, что все новички мечтают о собственном бескар’гаме (доспехе из бескара), но его нужно заслужить. Мандалорское ремесло трудно. Может, однажды и тебе что-нибудь достанется. В голосе Олара слышалась доброжелательность, и Роан улыбнулся: — Спасибо за подсказку. Я не гонюсь за бескарром прямо сейчас, мне бы сначала научиться уверенно стоять на ногах. — Правильный настрой, — рассмеялся Олар. — Ладно, иди отдыхай. Завтра тебе снова тренироваться. Роан покинул склад в приподнятом настроении. Он все яснее понимал, как многому ему предстоит научиться: владеть оружием, рукопашному бою, представлениям о чести, пониманию мандо’а, работе со снаряжением… Но теперь у него впервые появилось ощущение, что он вовлечён в нечто большее, чем просто борьба за выживание. И вокруг него — сообщество людей, которые могут стать его семьёй, если он справится с испытаниями. Когда наступил вечер и базу окрасили красно-оранжевые лучи заходящего солнца, Роан вышел на открытую площадку, чтобы насладиться видом. Впереди простиралась равнина с редкими кочками бурой травы, а где-то на горизонте поблёскивали огоньки ещё одного модуля или станции. Тёплый ветерок шевелил его тёмные волосы и ласково касался острых ушей, напоминая, что теперь он не человек, а сефи. «Но знаешь что, — подумал он, глядя вдаль, — это даже к лучшему. Я начну всё сначала. Буду расти и крепнуть вместе с этими людьми. Научусь ценить каждую победу и каждое поражение. И, возможно, я смогу сделать что-то важное — не только для себя, но и для целого народа, который меня приютил». Так он простоял ещё несколько минут, пока багровый диск звезды не скрылся за горизонтом. Где-то вдалеке ревели корабельные двигатели, взлетавшие или садившиеся в док, а на базе начали загораться лампы и прожекторы. Ночь обещала быть тёплой, но, как понял Роан, на мандалорском пути всегда может налететь буря — причём в любой момент. Он не знал, что совсем скоро судьба выведет его на первое, пусть и небольшое, но боевое задание в составе группы новичков. И тогда все эти тренировки, все эти азы боя и кодекса придётся применить на практике — где на кону окажутся не учебные мишени, а реальная опасность.