Цяо Шухуэй склонилась над картой и уверенным жестом обвела прибрежную зону, прилегающую к промышленному парку Наньшаньвань.
— Генеральный директор Янь, — начала она деловым тоном, — на этом участке я планирую возвести 39-этажный многофункциональный комплекс. Нижние восемь этажей мы отведём под торговый центр, рестораны и кинотеатр, а этажи выше займут отель и офисные помещения.
Она перевела палец чуть в сторону:
— Рядом мы построим современный жилой микрорайон и зону элитных вилл. Что касается производства, то электронный завод и фабрику бытовой техники я размещу непосредственно в промышленной зоне. Как вы смотрите на такой план?
Янь Пэнфэй почувствовал, как внутри всё расцветает от радости. Он расплылся в улыбке:
— Разумеется, мы смотрим на это исключительно положительно! Председатель Цяо, позвольте узнать, какой объём инвестиций вы планируете для этой части проекта?
Цяо Шухуэй ответила прямо, без колебаний:
— В этот сектор я готова вложить около 300 миллионов.
Едва Янь Пэнфэй и его коллеги успели переварить эту цифру, пытаясь сдержать рвущийся наружу восторг, как Цяо Шухуэй продолжила, нанося контрольный удар:
— Кроме того, я хотела бы взять в долгосрочную аренду территорию Большой и Малой гор Наньшань. Сейчас это дикие пустоши, но я планирую превратить их в экологический курорт мирового класса. На этот проект я выделяю ещё 200 миллионов. Итого, общий объём инвестиций по двум направлениям составит 500 миллионов. Генеральный директор Янь, вас устраивает такая сумма?
Пятьсот миллионов!!!
Сердца Янь Пэнфэя и Мин Яньняня, казалось, вот-вот выпрыгнут из груди.
Это была не просто крупная сумма. Это была астрономическая цифра, абсолютный рекорд среди всех инвестиционных предложений, которые они когда-либо получали. С таким бюджетом можно было не сомневаться: когда отчёт ляжет на стол высшему руководству, проекту будет дан «зелёный свет» на всех уровнях, и любые бюрократические преграды будут сметены мгновенно.
Справившись с первым шоком, Янь Пэнфэй поспешно закивал:
— Устраивает! Ещё как устраивает, председатель Цяо! Давайте немедленно обсудим конкретную стоимость земли и детали нашего сотрудничества...
Переговоры прошли продуктивно. В итоге Янь Пэнфэй, представляющий Торговое бюро «Хуашан», и Цяо Шухуэй, представляющая «Цяо Групп», подписали протокол о намерениях по строительству комплекса «Цяо», жилых кварталов и эко-курорта в районе Наньшаньвань.
Как только подписи были поставлены, в кабинете повисла атмосфера всеобщего облегчения.
Наконец-то! Решение принято окончательно!
— Председатель Цяо, — голос Янь Пэнфэя дрожал от волнения, — я немедленно отправлю документы на утверждение руководству. Ждите хороших новостей!
Цяо Шухуэй поднялась с кресла и с улыбкой пожала ему руку:
— Генеральный директор Янь, приятно иметь с вами дело! Дальнейшее зависит от вас. Я буду ждать.
Улыбка Янь Пэнфэя стала ещё шире, если это вообще было возможно:
— Конечно, конечно! Позвольте мне проводить вас.
Он лично проводил Цяо Шухуэй, Чжэн Вэйтина и Шэнь Юй до их «Мерседеса». И только когда чёрный автомобиль выехал за ворота Торгового бюро и скрылся из виду, Янь Пэнфэй резко развернулся и, забыв о субординации, крепко обнял Мин Яньняня.
Два солидных мужчины, чей общий возраст приближался к восьмидесяти, прыгали и смеялись, словно дети, получившие долгожданную игрушку.
— Получилось! У нас действительно получилось! — восклицал Янь Пэнфэй.
Остальные сотрудники бюро, ставшие свидетелями этого исторического момента, тоже не сдерживали эмоций. Раздались аплодисменты, у многих на глазах блестели слёзы.
Они начинали с нуля, на пустом месте, шаг за шагом пробивая путь к развитию. Этот путь был тернист и полон трудностей, но сегодняшняя победа стоила всех усилий.
Немного успокоившись, Янь Пэнфэй вытер влажные глаза и скомандовал Мин Яньняню:
— А-Нян, поехали. Нам нужно в мэрию. Немедленно.
Такой гигантский проект требовал утверждения на самом верху. Но Янь Пэнфэй был уверен: власти будут умолять инвестора остаться. Такие деньги — это мощнейший локомотив, который потянет за собой развитие всей Особой экономической зоны.
• • •
Пока Янь Пэнфэй и Мин Яньнянь мчались в мэрию, «Мерседес» Шэнь Юй вёз её мать и дядю Чжэна в деревню, к старому дому семьи Ши.
Взглянув на часы, Цяо Шухуэй с облегчением выдохнула:
— Успели до двенадцати. Слава богу, а то было бы невежливо опаздывать к обеду.
Лян Саньмэй и вся семья Ши уже давно дежурили у ворот, вытягивая шеи и вглядываясь в дорогу.
Завидев знакомый автомобиль, они тут же засуетились, созывая всех домочадцев встречать дорогих гостей.
Когда машина остановилась и пассажиры вышли, Шэнь Юй взяла на себя роль посредника.
— Мами, дядя Чжэн, познакомьтесь, — начала она представление. — Это мои свёкор и свекровь. Это мой старший деверь и невестка. А это их дети, второй и третий. Старший сейчас в средней школе, на обед не приходит.
Затем она повернулась к семье мужа:
— Папа, мама, позвольте представить вам мою родную маму, госпожу Цяо Шухуэй, и её спутника, господина Чжэн Вэйтина.
Цяо Шухуэй шагнула вперёд и тепло пожала руки старику Ши и Лян Саньмэй. В её голосе звучала искренняя, глубокая благодарность:
— Сваты, здравствуйте. Столько лет я не могла быть рядом с моей дочерью, не могла заботиться о ней... Как мать, я чувствую свою вину. Я бесконечно благодарна вам за то, что вы приняли Сяо Юй и заботились о ней все эти годы. Спасибо вам огромное!
Договорив, она низко поклонилась им в знак глубочайшего уважения.
Лян Саньмэй поспешно подхватила её под руки, не давая кланяться слишком долго:
— Ох, сватья, ну что вы, не нужно таких церемоний! Сяо Юй вышла замуж за нашего сына, она стала частью нашей семьи. Она замечательная невестка, мы души в ней не чаем. Мы же родные люди, помогать друг другу — это естественно. Правда, не стоит так благодарить.
Дедушка Ши стоял рядом и энергично кивал, полностью поддерживая слова жены.
После обмена любезностями Шэнь Юй подозвала детей, которые жались к её ногам.
— Мами, — сказала она с гордостью, — а вот и твои драгоценные внуки. Это старший, Ши Цзычэнь, мы зовём его Чэнь-Чэнь. Это второй, Ши Цзыкан, или Кан-Кан. А это наша младшая принцесса, Ши Цзышу, она же Шу-Шу.
Она наклонилась к детям:
— Чэнь-Чэнь, Кан-Кан, Шу-Шу, это ваша бабушка. Скорее поздоровайтесь.
Трое малышей послушно и звонко прокричали:
— Здравствуй, бабушка!
Глядя на этих красивых, здоровых детей, уже таких больших, Цяо Шухуэй почувствовала, как к горлу подкатил ком. Глаза снова наполнились слезами умиления.
Она ласково погладила их по головам:
— Хорошие мои, славные детки... Идите сюда, бабушка даст вам красные конверты.
Она вручила каждому внуку по пухлому красному конверту. Не обделила она и взрослых: старик Ши, Лян Саньмэй, Ши Сэнь, Су Чуньхун и их дети — все получили щедрые подарки. Даже для отсутствующего племянника она передала конверт через его мать.
Затем Шэнь Юй велела детям поздороваться с Чжэн Вэйтином.
— А это дедушка Чжэн. Поздоровайтесь с дедушкой!
После знакомства Лян Саньмэй пригласила гостей в дом.
— Сватья, — извиняющимся тоном произнесла она, пропуская Цяо Шухуэй вперёд, — простите нас, дом у нас простой, старый. Конечно, это не сравнить с роскошью Гонконга. Надеюсь, вы не побрезгуете.
Цяо Шухуэй тепло улыбнулась:
— Не говорите так. Я сама большую часть жизни прожила на материке, а в Гонконге всего десять с лишним лет. Я прекрасно знаю, как здесь живут, и всё понимаю. Мне здесь очень уютно.
Лян Саньмэй, видя элегантную и богатую одежду гостьи, поначалу робела, боясь, что та окажется высокомерной. Но простота и дружелюбие Цяо Шухуэй быстро растопили лёд.
— Сватья, вы такой хороший человек, — растроганно сказала Лян Саньмэй. — Неудивительно, что вы воспитали такую замечательную дочь, как Сяо Юй. Она подарила нашей семье троих прекрасных внуков. Мы все ей очень благодарны. Жаль только... — её голос дрогнул, — жаль, что у моего сына Лэя не было счастья прожить с ней долгую жизнь...
При упоминании любимого младшего сына Лян Саньмэй не сдержалась и снова начала вытирать слёзы.
Радостная атмосфера встречи мгновенно улетучилась, сменившись тяжёлым молчанием.
Старик Ши дёрнул жену за рукав, сердито шикнув:
— Ну что ты начинаешь? Зачем портить такой момент?
Лян Саньмэй, увидев, что улыбки исчезли с лиц гостей, спохватилась. Она поспешно вытерла глаза и виновато посмотрела на Цяо Шухуэй:
— Простите, сватья... Я болтаю лишнее, не обращайте внимания...
Цяо Шухуэй мягко перебила её:
— Я понимаю вашу боль, сватья. Не нужно извиняться. Потерять ребёнка — это горе, которого никто не хочет, но перед которым мы бессильны. Это судьба, и с ней ничего не поделаешь.
Она взяла руку Лян Саньмэй в свои:
— Но Ши Лэй уже ушёл. А мы живы. И наш долг — собрать волю в кулак и помочь Сяо Юй вырастить детей, поставить их на ноги, чтобы они прожили счастливую жизнь. Разве не так?
Обновлено: 23.01.2026