Том 2 Глава 50 — Глава 49: Четвёрка Звука

Заворожённый свитком Второго Хокаге, Тацуя надолго застыл, просматривая одну технику за другой. Видя его таким сосредоточенным и увлечённым, Цунаде не сумела сдержать нежности во взгляде и своей тёплой улыбки, но после того как он отвлёкся и взглянул на неё, она вдруг одумалась и смущённо ответила: — Верно. Это самый ценный свиток деревни. К сожалению, дедушка не смог при жизни передать свои сильнейшие техники Стихии Дерева. Ты получил от меня всё что было. Однако, второй дедушка посвятил многие годы сбору, разработке и практике множества техник, и записал их все в этот свиток. Очень многие из этих дзюцу далеко не для обычных шиноби, но, овладев ими, те могут вполне достигнут великих высот. В этом свитке хранилось множество дзюцу. Причём несколько довольно знаменитых и доработанных не менее знаменитыми личностями. Техника Летящего Бога Грома. Призыв: Нечестивое Воскрешение. Комбинированная Техника Призыва. Восемь Врат. О некоторых Тацуе даже не доводилось слышать, но он с первого взгляда понял, что они были достойны Второго Хокаге. Впрочем, все запретные и явно сложны в освоении, не говоря уже о том, что не каждая была доведена до идеала. Область пространственно-временных Ниндзюцу была довольно опасна. Тобирама это сильно подчёркивал. Цунаде тем временем продолжала говорить: — К сожалению, Четвёртый не оставил после себя ничего. По крайней мере насколько мне известно. Поэтому тебе придётся лично разбираться с Техникой Летящего Бога Грома и подстраивать её под себя. Но, зная твои таланты, уверена, ты со всем разберёшься. Именно эту технику она хотела передать ему в первую очередь. В конце концов она могла спасти ему жизнь. Тацуя не ответил, настойчиво вчитываясь в записи Тобирамы. Любуясь юношей со стороны, Цунаде вновь улыбнулась. «Навевает воспоминания...» Спустя какое-то время она издала грустный вздох, а затем отвернулась со словами: — Как закончишь здесь, уходи. Никто не будет отбирать у тебя свитки, но верни их на место. Цунаде прекрасно знала, что находиться с ним слишком долго было ей противопоказано. Когда он говорил ещё можно было держаться, но, когда он спал или был чем-то увлечён... «Какая глупость». Фыркая про себя, она быстро оставила его одного. Тацуя же лишь мельком взглянул на то, как она уходила, покачивая своей внушительной грудь, после чего качнул головой и вернулся к свитку: «Мне определённо нужно разработать план... Если так и дальше пойдёт, то мы в конечном итоге совсем станем чужими». Отложив свиток Тобирамы на время, он решил пройтись по всему хранилищу. В конце концов, чтобы там себе не думала Цунаде, по факту Тацуя нуждался даже в самых бесполезных дзюцу. В первую очередь любая техникам позволяла лучше углубиться в принципах управления чакрой для преобразования, а исследование на этом поприще могли позволить избавиться от ручных печатей. Благодаря своим приобретениям в мире Аватара, Тацуе было заметно проще преобразовывать чакру, и одной из главных миссий для себя на ближайшее будущее он поставил именно это направление. Как только удастся чётко осмыслить принцип, преобразовать, контролировать и направить при помощи внутренних ощущений и мыслей — печати будут максимально сокращены, если вовсе не нужны. Но его запасы стихийных техник были не велики и пополнялись в основном благодаря чату. До него он владел примерно десятью-двадцатью такими. И те в основном касались Земли и Воды. Конечно же этого было мало. Разумеется, можно было обойтись и без чужих техник, просто методом проб и ошибок. Но дзюцу сократят время, помогут понять сколько и как, через какие танкецу выпускать чакру. Закрепив этот опыт, можно будет уже двигаться самому. Конечно, в основе всего был талант и особенности самого Тацуи, его мутация генома и стихийные познания благодаря поглощению Вату. Ни один нормальный шиноби не смог бы идти по этому пути. Лишь величайшие шиноби своих поколений могли применять некоторые техники с одной ручной печатью, и за редким исключением без них. Но, он знал, что у него есть шанс. По крайней мере в области стихий и уж тем более Мокутона. Ведь он уже мог применить несколько техник таким образом. Продолжая просматривать свитки, Тацуя старался их запомнить, а особенно сложные просто копировал при помощи техники на свои собственные свитки. Главные и проверенные дзюцу содержались в нескольких огромных свитках, и таких в хранилище было всего три. Один во внешнем хранилище, а остальные два здесь. Все они содержали запрещённые техники. Один принадлежал Хашираме, второй Тобираме, а третий Хирузену. У него буквально разбегались глаза. Запоминая один, он брал другой. В целом, техник было довольно много, но в мелких свитках зачастую содержалась всего одна и порой не самая сильная. Попадалось даже множество экспериментальных дзюцу с комментариями создателя. Попадалось даже несколько лично от Хирузена. Цунаде была права. Большая часть для него не имела значения. Такое бы пригодилось больше обычным шиноби без геномов и особых талантов. И вот, примерно через пару часов парень наконец закончил свои «изыскания». Большую часть он, естественно, просто «переписал». Уместить такое в голове мог, наверное, только обладатель Шарингана или Риннегана. — Сойдёт. В целом он был доволен. «Ещё одной причиной меньше, чтобы проводить время в Конохе». Конечно, то была просто мысль. Уходить пока он не собирался. Для следующего своего шага он хотел закрепить все знания и получить хоть какие-то сносные результаты. Таким образом, закрыв хранилище, Тацуя покинул Резиденцию. Больше ему там было делать нечего. * Прошла ровно неделя с тех пор, как Тацуя вернулся в свой мир. После случая с Шизуне он больше с ней не виделся. Только тренировался и бывало прогуливался по деревне, часто замечая знакомые лица. Последнее время он даже не покидал деревню, а просто медитировал в парке, вбирая в себя крупицы природной энергии. Тренировка была крайне простой и не особо эффективной, но это было всяко лучше, чем ничего не делать. К тому же, в это время его клоны разбирались с дзюцу, полученными напрямую из хранилища. Они их изучали, а затем повторяли. Тоже касалось и многих техник, полученных из чата в последний раз. Всё полученное прежде он уже давно проверил и закрепил. Сегодня, как обычно, медитируя, сидя на дереве, Тацуя вдруг отвлёкся. Его бровь дёрнулась, а затем он распахнул глаза и устремил взгляд на север. — Хм? На его висках проступили вены, а затем в поле зрения показалась четвёрка шиноби звука. «Мда. Не деревня, а проходной двор». Орочимару, Акацуки, а теперь ещё и кучка чуунинов... «Что ж, мне же лучше». Качнув головой, Тацуя перевёл взгляд в сторону госпиталя. В это же время там разогрелся конфликт Саске и Наруто, и закончился он предсказуемо. Понаблюдав за этим немного, Тацуя вновь прикрыл глаза и продолжил медитацию, попутно разбирая техники в голове. План насчёт четвёрки звука у него уже давно был готов. Но для его воплощения требовалось немного подождать. И так, наступила ночь. — Началось? — приоткрыв глаза, Тацуя спокойно взглянул на место стычки Саске и четвёрки звука. Паренёк был неплох, но, в итоге, как и было предрешено, решил покинуть деревню ради обретения силы. Разумеется, Тацуя не собирался ему препятствовать, и уж тем более вмешиваться в чужие проблемы. По его мнению, Саске имел полное право распоряжаться своей жизнью, как ему угодно. Будь он ему другом, он может и вмешался бы, но, увы, его больше волновали последствия. Вскоре, Саске Учиха покинул деревню. — Ну... Начнём, пожалуй... Тацуя медленно поднялся, после чего оказался подле бессознательной Сакуры. Молча постояв над ней какое-то время, он мысленно усмехнулся: «Это ведь не будет считать домогательством? Нет-нет, держи себя в руках...» Следом Тацуя устремил взгляд в сторону четвёрки звука, которая уже встречали юного Учиха. «Завтра будет интересный день». Хоть дальнейшее и не будет особо сложным, но Тацуя всё равно испытывал смешенные ощущения, но при этом не мог отрицать, что это всяко интереснее просиживания штанов в деревне.