Если бы Ху Инсян не был в столь почтенном возрасте, он бы, наверняка, набросился на сына с ругательствами, как делал это в былые, более горячие годы.
— Про то, что США потеряли стыд, сказано не зря! — возмущался Ху Инсян, тяжело дыша. — Они сами начали торговую войну, проиграли её за несколько лет и теперь пытаются сменить тактику! Они не успокоятся, пока не добьются своего. Прицепились, как пиявки!
— Пап, Министерство торговли США планирует ввести санкции против «Хуаяо». Я думаю, это конец для них, — с сомнением произнес Ху Вэньсинь.
*Хлоп!*
Ху Инсян ударил кулаком по столу.
— Что ты несёшь?! Они ещё даже не начали, а ты уже похоронил «Хуаяо»? Кто научил тебя быть таким поспешным?
Ху Вэньсинь упрямо продолжил:
— Папа, их противник — Министерство торговли США! Ресурсы, которые они могут мобилизовать, не потянет ни одна корпорация в мире.
Он говорил правду. Любая компания, попавшая под каток санкций США, заканчивала плохо. Самый наглядный пример — «Мацусита» и «Альстом», которые были мировыми гигантами, но после американских ограничений были расчленены или поглощены, превратившись в ничто.
— У «Хуаяо» колоссальная мощь, и за ними стоит государство! Их не так легко сломить! — настаивал Ху Инсян. — Я не верю, что они так хрупки.
Ху Вэньсинь покачал головой, явно не разделяя оптимизма отца. По его мнению, даже поддержка правительства не спасет «Хуаяо» от краха. У него были свои информаторы в американских кругах. Он знал, что на этот раз США настроены очень решительно и не дадут компании шанса на капитуляцию.
Всё, что говорил отец, было слишком эмоционально и лишено рационального анализа.
В этот момент Ху Инсян перевел взгляд на внука.
— Цзяншань, а что думаешь ты?
Ху Цзяншань опешил. Он-то был известным в семье бездельником. Почему дед спрашивает его мнение?
Ху Вэньсинь едва сдержался, чтобы не закатить глаза. «Дед совсем выжил из ума! Что может сказать этот оболтус? Он едва знает, что такое «Хуаяо», и уж точно не понимает, чем они занимаются».
— Дедушка, — спокойно начал Ху Цзяншань. — Я считаю, что «Хуаяо» получит тяжелейший удар, но не рухнет.
— ...О?
Такой ответ застал всех врасплох.
Ху Вэньсинь тут же помрачнел.
— Цзяншань, ты ничего не смыслишь, не лезь с глупостями.
Ху Инсян нахмурился, одергивая сына:
— Дай Цзяншаню закончить.
Юань Цайхуа нервно заёрзала. Она боялась, что сын сейчас сморозит что-нибудь несусветное и разозлит деда.
Ху Цзяншань собрался с мыслями и заговорил, как настоящий аналитик.
— Дедушка, с двух сторон. Во-первых, у «Хуаяо» очень сильный научно-исследовательский потенциал и огромная устойчивость. Это тот тип компаний, которые только крепнут перед лицом трудностей, у которых чем сильнее давление, тем выше сплоченность. Таких предприятий в мире мало. Можно сказать так: если даже «Хуаяо» не выдержит этих санкций, то не выдержит ни одна другая компания на планете.
Ху Вэньсинь стиснул зубы. Он был недоволен, считая, что сын несёт полную чушь. Однако выражение лица Цзяншаня, его серьезный, сосредоточенный вид, был неожиданно убедительным, словно он действительно понимал, о чём говорит.
Но сама идея оставалась наивной. Все сильнейшие технологические гиганты мира находятся в США. Китайские компании, возможно, на подъеме, но их сила часто оказывается показной.
Ху Вэньсинь был уверен: если Америка нанесет массированный удар, «Хуаяо» продержится максимум два года, и никакое правительство не поможет. Как можно противостоять самой могущественной державе мира? Это всё равно что моська против слона.
Однако Ху Инсян, казалось, был очень доволен.
— Продолжай. Каков твой второй пункт?
— Во-вторых, — продолжил Ху Цзяншань, — китайский рынок достаточно велик. Даже если «Хуаяо» полностью лишится зарубежных продаж, одного внутреннего рынка хватит, чтобы прокормить эту компанию.
— Вау, вот это да! Я согласен! — Ху Инсян выглядел очень воодушевленным.
Рынок с миллиардом потребителей — вот на что может опереться «Хуаяо». При поддержке правительства внутренний спрос обеспечит компании выживание.
— И что дальше? — не сдержался Ху Вэньсинь. — Такая компания не может вариться только в собственном соку. Самое главное — чипы! «Хуаяо» скоро лишится поставок микросхем. Без них они не смогут ничего продавать, не смогут зарабатывать. Как компания с двести тысяч сотрудников будет поддерживать работу?
Ху Инсян на мгновение умолк. Сын поднял самый насущный вопрос. Если поставки чипов будут перерезаны, под угрозой окажется не только производство смартфонов, но и их козырный продукт — телекоммуникационное оборудование. В этом случае даже правительство не сможет помочь.
И тут Ху Цзяншань заговорил, его тон был невозмутим:
— Проблему чипов можно решить. Нам нужно только время. Китай определённо способен наладить собственное производство полупроводников.
Ху Вэньсинь махнул рукой, раздраженный.
— Ты слишком наивен.
В его глазах, слова Цзяншаня были абсурдом. Сегодня в мире существовало всего три компании, способные производить передовые чипы: TSMC, Samsung и Intel. Это технологическая монополия, за которой стоят невероятно высокие барьеры. Китай годами инвестировал огромные средства в полупроводники, но результат — ноль. Это доказывало, что у Китая нет почвы для развития этого сектора, нет таланта. Сколько ни старайся, ничего не выйдет.
Ху Цзяншань посмотрел прямо на отца, его голос стал твёрдым, как сталь.
— Папа, чипы созданы человеком, а не богами. Раз их смогли сделать другие люди, нет никаких причин, по которым мы, китайцы, не сможем сделать то же самое.
Ху Вэньсинь замер, пораженный.
Юань Цайхуа сидела с открытым ртом.
Никто не ожидал, что этот молодой человек, известный своей легкомысленностью, выдаст такую патетическую и уверенную фразу. Он что, шутит? Нет, по его лицу, по тону, было видно, что он абсолютно серьезен и искренне верит в способность нации справиться с любой задачей.
Внезапно Ху Инсян разразился громким смехом.
— Ха-ха-ха! Молодец! Вот это мой внук! Ты сказал это так мощно, так уверенно! Одна лишь эта решимость и уверенность стоит больше, чем всё, что сказал твой отец!
Ху Вэньсинь почувствовал себя неловко. Слова старика были очень обидны. Но Ху Инсян был по-настоящему рад, и Ху Вэньсинь не посмел испортить ему настроение. Пришлось сменить тему.
Поговорив ещё немного о другом, Ху Инсян снова обратился к любимому внуку:
— Кстати, Цзяншань, чем ты сейчас занят?
Юань Цайхуа напряглась и метнула взгляд на сына, снова боясь, что он ляпнет что-то лишнее.
Обновлено: 23.01.2026