Первый ученик Ли Юньцзэ шагнул вперёд, поклонился старейшинам и произнёс:
— В тот день пятая сестра была тяжело ранена демоническим зверем, что повредило её Меч-Кость и Золотое Ядро. Шестая сестра очень привязана к ней, поэтому добровольно пожертвовала свои Меч-Кость и Золотое Ядро. Весь пик Лююнь может это подтвердить.
Сказав это, Ли Юньцзэ обернулся к Су Чувэй:
— Я ведь правду говорю, шестая младшая сестра?
Последние три слова он произнёс с особым нажимом.
Люди с пика Лююнь облегченно выдохнули, как только Ли Юньцзэ открыл рот.
Ну всё, пронесло.
Су Чувэй всегда была послушной тенью Старшего брата. О чём бы он ни попросил, она никогда не отказывала. Даже если сейчас он велит ей признать себя предательницей Ордена, она без колебаний согласится.
Су Чувэй посмотрела на Ли Юньцзэ как на идиота. Выглядит как человек, а ведёт себя как скотина. Почему он не может поступить по-человечески?
— Правду? Хрень собачья! — отрезала Су Чувэй. — Ся Люин потеряла ядро и кость из-за того, что плохо училась. При чём тут я?
— В тот день, если бы я не была слабее тебя, разве позволила бы заживо вырезать у себя Меч-Кость Небесного ранга? А потом, когда я была тяжело ранена, Ши Цзюньпэн вырезал моё Золотое Ядро! И после этого вы бросили меня умирать!
Ли Юньцзэ изобразил крайнее удивление, в его глазах читалось недоверие:
— Что ты такое говоришь? Су Чувэй, советую хорошенько подумать, прежде чем говорить. Кто трогал твоё Ядро и Кость? Ты сама их отдала! Если память подводит, можешь больше ко мне не приходить.
Этот приём работал безотказно. Раньше, когда Су Чувэй не хотела что-то делать, стоило ему сказать, что он больше не будет с ней видеться, она со слезами прибегала умолять его. Без исключений.
Если бы она так жалобно не плакала, он бы даже не принимал духовные камни и пилюли, которые она приносила каждый месяц.
Может, в тот день он переусердствовал и повредил ей мозги?
Ничего, когда мозги встанут на место, она приползёт на коленях к его двери просить прощения. Пусть стоит на коленях месяц, иначе он её не простит. Надо дать ей понять: для него она всего лишь собака, которую можно звать и прогонять по желанию.
Су Чувэй:
— Подумать? Подумать о том, почему твой мозг меньше грецкого ореха?
— Подумать, кто в здравом уме добровольно отдаст свои Меч-Кость и Золотое Ядро? Подумать о том, что путь совершенствования — это борьба с Небесами, так зачем кому-то искать смерти, отдавая свою силу другому? Подумать, почему главный ученик пика Лююнь в Ордене Чжэньюань творит дела, которые не прощают Небеса?
Ли Юньцзэ отшатнулся от её яростного взгляда. Он вдруг почувствовал исходящую от неё жажду убийства — такого раньше не было.
Наверняка показалось. Она же его подхалимка, та, которую можно бить и унижать, а она всё равно не уйдёт.
Второй старейшина погладил длинную бороду и снова заговорил:
— Старик прожил много лет, но не ожидал услышать в родном Ордене о методах, достойных демонов. Вырезать ядро, ломать кости? Хорошо же, старейшина Су, хорош пик Лююнь!
Другой старейшина добавил:
— Дело выглядит запутанным. Не пригласить ли нам старейшину Суна из Зала Наказаний? Его взгляд зорок, он сразу отличит правду от лжи.
Су Фэнъян был шокирован словами Су Чувэй. Он и понятия не имел, что двое его учеников заживо извлекли её…
Почему ему никто не сказал о таком важном деле?
Если бы он знал… если бы знал, он бы не позволил им так покалечить её.
Заложить основу в пятнадцать лет, к двадцати с небольшим развить Меч-Кость Небесного ранга — такую дочь с таким талантом нужно беречь! В будущем она стала бы для него огромной подмогой.
Он посмотрел на своих учеников с пика Лююнь. Те отводили глаза. Всё стало ясно.
Услышав слова Второго старейшины, Су Фэнъян собрался с мыслями и с трудом обрел дар речи:
— Не стоит беспокоить старейшину Суна. Это внутреннее дело пика Лююнь, мы не станем обременять Орден. Я сейчас же заберу их обратно и во всём досконально разберусь.
Старейшина Цюнхуа с пика Бися, известная своей добросердечностью, глядя на покрытую шрамами Су Чувэй, жестом подозвала её к себе. Она взяла девушку за запястье, проверяя пульс.
По мере того как духовная сила проникала в меридианы, красивые брови Цюнхуа хмурились всё сильнее.
Через мгновение она резко повернулась и в ярости закричала на людей с пика Лююнь:
— Бесстыдники! Какая низость!
— В её теле нет ни Золотого Ядра, ни Меч-Кости, и они были вырезаны заживо! Следы от меча остались на костях! Судя по ним, она никак не могла сделать это сама!
— Годы совершенствования уничтожены, внутренние органы полны старых ран от демонических зверей и тёмной ци! А в животе был «кровожадный гу» — паразит пожирал её плоть изнутри!
Старейшина Цюнхуа ударила ладонью по столу, вскочила и, указывая пальцем на Су Фэнъяна, закричала:
— Это твоя родная дочь! Почему ты так издеваешься над ней? Даже если ты её не любишь, зачем мучить такими жестокими способами?!
Затем она обрушилась на Лю Цинцин:
— Ты её родная мать! Тигр и тот не ест своих детёнышей, а ты обрекла её на такие страдания! Какая же вы чета черносердечных тварей!
Старейшина Цюнхуа была мастером алхимии Ордена, всегда мягкой и доброй. Если уж она так разгневалась, дело было действительно серьёзным.
Приняв пилюлю от Цюнхуа, Су Чувэй поклонилась старейшинам, затем опустилась на колени перед Главой Мужун Цзином и склонила голову:
— Адепт тоже трудилась на благо Ордена, за что была награждена жетоном свободного прохода.
— Сегодня моё Золотое Ядро и Духовный Корень вырезаны, я жива только благодаря защите предков Ордена. Прошу Главу восстановить справедливость и позволить мне вернуть мои Золотое Ядро и Духовный Корень.
— Нельзя!
— Шестая!
— Ни в коем случае!
Мужун Цзин ещё не успел ответить, как раздались протестующие возгласы.
Можно было даже не смотреть, кто это кричал. Су Чувэй снова мысленно вздохнула: какой же дурой она была раньше, раз позволила этим тварям довести себя до мыслей о смерти.
Цюнхуа подошла к Ся Люин, игнорируя её молящий взгляд, и направила духовную силу в точку между её бровей.
В мгновение ока Цюнхуа определила, что Золотое Ядро в теле Ся Люин едва с ним совместимо, а Меч-Кость была вставлена насильно, расширяя место под неё.
По состоянию тела было видно, что изначальный талант Ся Люин был неплох — хуже, чем у Су Чувэй, но вполне средний.
Непонятно, зачем нужно было калечить себя, чтобы потом терпеть муки, вживляя чужое.
Старейшина Цюнхуа кивнула Главе, ещё раз гневно зыркнула на чету Су и вернулась на своё место.
Лю Цинцин, сжимая руку Ся Люин, взмолилась:
— Дело уже сделано. Хоть это и неправильно, но Золотое Ядро и Меч-Кость уже слились с кровью Люин. Не стоит снова разжигать вражду.
Ли Юньцзэ подполз на коленях к Су Чувэй и проникновенно заговорил:
— В тот день пятую сестру ранил зверь, повредив её основу. Её жизнь висела на волоске. Мы были вынуждены взять части шестой сестры.
— Тогда шестая сестра дала согласие, иначе мы бы не посмели взять без спроса.
Ради пятой сестры он был готов дать Су Чувэй ещё один шанс. Если она сейчас признает, что отдала всё добровольно, и перестанет требовать возврата, он так и быть, позволит ей видеться с ним.
Но если она снова не оценит его милости, пусть не винит его, если он перестанет её защищать. В будущем он ни за что не примет её духовные камни и пилюли, даже если она будет умолять. Пусть хоть ноги сотрет, стоя на коленях, — прощения не будет.
Он был слишком добр к ней в последнее время, вот у неё и появились эти странные мысли. Надо держать её в узде.
Он снова повернулся к Су Чувэй, во взгляде читалось предупреждение:
— Шестая младшая сестра…
Обновлено: 01.02.2026