**Глава 20. Дядюшка Е, вам нужно морально подготовиться**
В лапшичной «У дядюшки Е».
Старый Е закрыл дверь, а потом поднёс руку к носу и понюхал.
По-прежнему ничего.
Но он знал — вонь всё ещё очень сильная.
Он поспешно зашёл во внутреннее помещение, схватил флакон с одеколоном от комаров, вылил целую горсть на ладонь и принялся растирать по лицу, шее и рукам.
Растирал, растирал… и вдруг замер.
С подозрением он снова поднял руку — и увидел, что на его дряблом, изможденном предплечье вдруг проступили тонкие длинные волоски.
Не в силах поверить, Старый Е ухватил один волосок пальцами и выдернул его. Рассмотрев внимательно, он вдруг пришёл в бешенство и принялся яростно царапать и выдирать эти волоски, будто пытаясь полностью избавиться от них.
Именно в этот момент кто-то постучал в дверь.
Снаружи раздался голос Линь Цзинъюя:
— Дядюшка Е, почему вы дверь закрыли? Откройте!
А-Юй.
Старый Е быстро пришёл в себя, выдавил из себя натянутую улыбку.
Тихо пробормотал себе под нос:
— Не злись, не злись, нельзя злиться… не пугай А-Юя.
Открыв дверь и увидев Су Чэня, Старый Е застыл:
— А-Юй, вы…
Су Чэнь инстинктивно шевельнул носом. Запах трупа усилился.
Он внимательно оглядел лицо Старого Е.
Старческие пятна, морщины, мелкие складки покрывали всё лицо. Цвет лица — нормальный.
Только вот на лице, казалось, лежал какой-то серый налёт. Присмотревшись, Су Чэнь понял — это тонкий слой пуха.
Сердце его ёкнуло.
Линь Цзинъюй быстро сообразил и нашёл предлог:
— Дядюшка Е, мой брат гадает очень точно! Вы ведь всё время ждёте возвращения А-Вана, верно? Я подумал — вместо того чтобы слепо ждать, лучше узнать точную дату. Тогда у вас хоть будет на что надеяться, правда?
Бяо тоже быстро сообразил и принялся расхваливать Су Чэня. Рассказал, как тот вчера предсказал беду для Сунь Фэйянь, а сегодня — про то, как Кун Айцинь встретила в больнице своего мужа с любовницей.
Глаза Старого Е загорелись. Он поспешно пригласил всех внутрь и даже налил им три миски горячей воды.
Су Чэнь посмотрел на руки Старого Е, подававшего миски.
На них тоже был слой пуха.
Кипяток вскипятить может, огня и воды не боится, двигается ловко, да ещё и по лицу с руками шерсть растёт… Это **маоцзян** — «волосатый зомби».
Вот только зомби почти всегда злобны и свирепы. Почему же зомби в этом мире настолько необычный?
Су Чэнь опустил взгляд, скрывая выражение глаз. Отпив немного горячей воды, он наконец сказал:
— Бяо, не мог бы ты закрыть дверь?
Бяо удивлённо моргнул, но быстро поднялся и закрыл дверь лапшичной.
Старый Е, хоть и удивился, быстро всё понял.
«Наверное, он не хочет, чтобы посторонние услышали данные о дате рождения моего А-Вана. Молодой человек заботливый».
Он придвинул стул и сел, а затем произнёс:
— Молодой человек, мой А-Ван родился 13 сентября 1952 года в три часа дня. Помоги мне, пожалуйста, узнать — когда мой А-Ван вернётся домой?
Запах одеколона бил в нос. Линь Цзинъюй и Бяо инстинктивно зажали носы. Первый, услышав вопрос, с сухой улыбкой глянул на Су Чэня и втянул голову в плечи.
«Гадание» — это же он сам придумал как предлог! Не думал, что дядюшка Е правда согласится. Даже не возражает.
Су Чэнь невозмутимо поднял руку и начал считать на пальцах.
Старый Е буравил его взглядом так, будто хотел прожечь в нём дыру.
Бяо почувствовал что-то неладное и поспешно завёл разговор:
— Дядюшка Е, почему в последнее время многие говорят, что ваша лапша стала слишком солёной? Может, вы после болезни ещё не восстановились?
Линь Цзинъюй тут же подхватил:
— Точно-точно, дядюшка Е! Если здоровье плохое, больше отдыхайте, не перетруждайтесь. Когда А-Ван вернётся с женой и детьми, вам ещё внуков нянчить!
Старый Е, услышав это, заулыбался:
— Да-да, мне нужно здоровым быть. Надо дождаться А-Вана, дождаться внуков…
Не договорив, его лицо потемнело. Если не присматриваться, оно выглядело по-настоящему зловеще.
Линь Цзинъюй в душе забеспокоился: «С дядюшкой Е что-то не так».
Он переглянулся с Бяо, и оба мгновенно напряглись.
Уж если они так отреагировали, что говорить о Су Чэне?
С его нынешним уровнем мастерства — только-только перешагнувшим порог — справиться с недавно превратившимся **цзыцзяном** (фиолетовым зомби) будет с натяжкой. А ведь выше цзыцзяна есть байцзян (белый), хэйцзян (чёрный), люйцзян (зелёный)… и лишь потом маоцзян. Сейчас сражаться с маоцзяном — всё равно что яйцом об камень биться.
Впрочем, зомби в этом мире явно отличались от тех, что были в его прошлом мире. По крайней мере, этот зомби ещё сохранял рассудок. Если его не провоцировать, возможно, получится усмирить.
Правда, шансов мало.
Су Чэнь, раздумывая, пнул Линь Цзинъюя ногой, взглядом намекая ему с Бяо побыстрее найти предлог и уйти. Но Линь Цзинъюй, получив пинок, тут же схватился за ногу и уставился на Бяо:
— Бяо, ты чего меня пинаешь?!
Бяо нахмурился:
— Что за чушь? Я ногой вообще не двигал.
— Если не ты пнул, так, может, призрак, что ли?!
Видя, что двое вот-вот поругаются, Су Чэнь почувствовал головную боль.
*Союзники-идиоты!*
Он глубоко вдохнул:
— Хватит ссориться.
Потом повернулся к Старому Е:
— Дядюшка Е, я закончил гадание.
Линь Цзинъюй и Бяо тут же замолчали и уставились на него горящими взглядами.
— Дядюшка Е, ваш сын с детства был слаб здоровьем. В три года его ждало большое несчастье, которое он едва пережил. Но даже после этого жизнь его оставалась тяжкой — его постоянно били и ругали.
Вспомнив это, Старый Е почувствовал горечь в сердце.
Но моргнул — и глаза его даже не покраснели. Слёз не было и в помине.
Наконец Старый Е со вздохом кивнул:
— Это моя вина. Всё моя вина!
— А-Ван родился недоношенным, был крошечный, как котёнок. Но… но он был мальчиком! Я тогда успокоился и уехал в армию. Откуда мне было знать, что их с матерью в деревне будут обижать?! Когда я возвращался домой, все со мной так хорошо себя вели…
Голос Старого Е звучал жёстко и сухо, но Линь Цзинъюй и Бяо ясно слышали в нём горечь и негодование.
А ведь они ничего этого не знали.
— Когда А-Вану было три года, его мать защищала его и случайно упала в воду, погибла. А-Ван тоже упал в воду, целую неделю лежал с высокой температурой, а они даже не смотрели на него. Дальняя родственница передала мне весть через знакомых. Я примчался из армии, срочно отвёз его в больницу и еле-еле спас…
Старый Е выдохнул.
Линь Цзинъюй вдруг широко распахнул глаза, потом молча отвернулся и зажал нос.
*Воняет! Так воняет! Не выдержать!*
Этот запах — разве это дохлые крысы?! Это же… это же…
Линь Цзинъюй внезапно вспомнил.
Прошлым летом в трущобах на окраине Цуйчэна кто-то умер, и труп обнаружили только через месяц. Он пошёл поглазеть, и благодаря связям с участком смог подойти поближе. Как только зашёл в лачугу, нос его заполнила та самая вонь.
*Вот этот запах!*
Значит, правда трупный запах.
Но почему он исходит изо рта дядюшки Е?
Глаза Линь Цзинъюя округлились от ужаса. Он перевёл дух, с трудом взял себя в руки и продолжил слушать рассказ Старого Е:
— После я демобилизовался и приехал с А-Ваном в Цуйчэн, устроился работать на текстильную фабрику неподалёку. Кто-то познакомил меня с женщиной, и у А-Вана появилась злая мачеха. Она постоянно его била и ругала. Я несколько раз вмешался — меня тоже били и ругали. Я… я… виноват. Я думал, что всё, чему меня учили в армии, предназначено для врагов, а не для женщин, поэтому…
Бяо вздохнул:
— Дядюшка Е, А-Вана тогда так мучили, что потом, когда с нами играл, был таким запуганным.
Линь Цзинъюй, вспоминая прошлое, закивал:
— Точно. Хорошо хоть Бяо его защищал, иначе А-Вана бы и на улице обижали.
— Да… Поэтому, когда А-Ван сказал, что хочет уехать в Южные моря, я был против. Но он сказал… он сказал, что не хочет больше в этом доме, не хочет видеть ту женщину… — Старый Е всё говорил, и снова казалось, что он хочет заплакать. Но слёз всё не было.
Чтобы не показаться им странным, он снова повернулся к Су Чэню:
— Молодой человек, ты очень точно гадаешь. Я, приехав в Цуйчэн, ни словом никому не обмолвился о прошлом. А-Ван тогда ещё маленьким был, небось и сам не помнил.
— Молодой человек, я до этого возраста дожил, понимаю — ты это рассказал, чтобы я тебе поверил. Я верю, старик верит! — с отчаянием в голосе воскликнул он. — Скажи, пожалуйста, когда мой А-Ван вернётся домой?!
Закончив, он в душе молил: «Пусть скорее, пусть скорее… а то боюсь, не дождусь».
Су Чэнь услышал это и глубоко вдохнул:
— Дядюшка Е, вам нужно морально подготовиться.
Лицо Старого Е мгновенно изменилось.
Тонкий пух, что покрывал его лицо и руки, начал стремительно расти.
Обновлено: 23.01.2026