Глава 15 — Глава 15

Сегодня мы, наконец, добрались до особняка Руди-сама. - До свадьбы у нас ведь будут отдельные спальни с Руди-сама, верно? – изумленно пробормотала я, когда меня завели в собственную спальню, обставленную прекрасной и элегантной мебелью. Там было большое окно, через которое лился яркий солнечный свет. - Да. Это также просьба герцога Бейтри, да и мы сами понимаем, что это необходимо. Внешность Руди-сама, ну… полагаю, потребуется некоторое время, чтобы привыкнуть. Папаша, ты говоришь неуместные слова!.. Дворецкий, которого мне представили чуть раньше, казался неуверенным, когда говорил это, и я едва сдержала вздох. Конечно, Руди-сама очень красив, так что потребуется время, чтобы привыкнуть к этому! Но, если говорят, что хватит и трех дней, чтобы привыкнуть к красоте, может, дворецкий намекал, что Руди-сама слишком уродлив?.. Но его внешность же вообще не проблема… - От этой спальни есть только два ключа. Один для самой мисс Эммануэллы, а другой для доверенного человека на случай экстренных ситуаций… возможно, Лилирия-сан подойдет в качестве хранителя. Когда дворецкий вручил мне два ключа, я рассеянно уставилась на них. - Хотя Руди-сама – хозяин этого поместья, мы ставим во главу угла безопасность Эммануэллы-сама. Мы никому не разрешим приблизиться к Вам, уверяю Вас. Ага. Нет, нет, нет. Чуть раньше мы завершили все формальности: принесли клятву богам и задокументировали наш брак. К настоящему моменту мы официально стали мужем и женой. Что? Исключить мужа из спальни жены по соображениям безопасности?.. …Разве это не абсурдно?! Они предполагают, что Руди-сама может причинить мне вред?! Что за отношение к собственному хозяину?! Разве так можно, слуги семьи марграфа Санторина?! Неприемлемо!.. По крайней мере, я так думаю. А вот я не возражаю. Не считаю, что сближение с Руди-сама может причинить мне вред. - Что ж… Я Вам доверяю, а Руди-сама может заходить ко мне в любое время… - проговорив это, я вернула один из ключей Руди-сама. Он с отсутствующим выражением взял ключ, как будто видел нечто невероятное, затем внимательно осмотрел его, взглянул снова на меня, потом на ключ и сказал: - У нас всегда есть охрана снаружи спальни, в том числе за окном. Не думаю, что кому-то необходимо стоять на страже в самой комнате. - Как до этого дошло?! Кхм, извините. Какая жена позовет в спальню мужа, если там кто-то еще стоит на страже? О нет, кот снова вылез из мешка! Чувствую, что все напрасно, но я снова сделала выражение лица нейтральным, а потом спросила Руди-сама: - У меня нет другого способа быть полезным… И, как бы Вы ни были взволнованы, не стоит говорить, что нормально впускать влюбленного в Вас мужчину в Вашу спальню, - сделал мне замечание Руди-сама. У меня от этого разболелась голова. Что? Лучше мне ворваться в спальню Руди-сама и попытаться соблазнить его? Поймет ли он, наконец, мои истинные чувства после такого поступка? Но если комната тоже будет заперта, и я не смогу войти, выйдет неловкая ситуация. На самом деле вряд ли я смогу решиться на что-то подобное… Думаю, надо выражаться яснее. - …Нет, я не это имела в виду… Если вы придете ко мне в комнату, я буду не против. Мы же женаты. - Давайте все-таки завоюем замок, - невнятно пробормотал Руди-сама, пока я пребывала в замешательстве после собственных слов. Ага. Почему? - Мисс Эммануэлла, не знаю, как королю удалось убедить Вас, но Ваши чувства важнее всего остального. На самом деле я не могу простить страну, которая подтолкнула Вас к такому отчаянному решению. Пожалуйста, подождите. Мы уничтожим любого, кто посмеет причинить вам вред… - Стоп, стоп, сто-о-оп! – крикнула я, пытаясь остановить Руди-сама, который как раз собирался продолжить с решительным и грозным выражением во взгляде. Никакой государственной измены! Я предприняла очередную попытку убедить Руди-сама. - Разве Вы не понимаете, что я просто хочу мирно жить здесь?! Я имела в виду, ну, я… да, нужны наследники! Для моей репутации будет губительно годами жить в браке и не иметь детей. Не хочу, чтобы из-за этого пошли какие-то странные слухи!.. Если бы это было при браке с наследным принцем, мне наплевать, но одна мысль, что это коснется Руди-сама, может заставить меня заплакать! Да, это очень неприлично! Услышав мои слова, Руди-сама кивнул и мягко улыбнулся, успокоившись. - Мисс Эммануэлла, у Вас определенно развито чувство ответственности. Однако не стоит так обременять себя. В конце концов, это надо мной посмеются, сказав, что «бесцветное семя не прорастает». Кроме того, в нашей семье поздно женятся и заводят мало детей. Когда люди сталкиваются с уродливыми вещами, они начинают считать, что уродливые вещи должны быть плохими. Поэтому Ваша репутация нисколько не пострадает. В-в смысле? В смысле?! - Я ударю любого, кто посмеет принижать Руди-саму! Ну что Вы все еще называете меня мисс Эммануэлла, мисс Эммануэлла! Мы уже женаты, поэтому, пожалуйста, обращайтесь ко мне неофициально! Насколько же Вы себя принижаете и как далеко намерены держаться от меня?! – сердито выкрикнула я, и Руди-сама вздрогнул от неожиданности. Он смотрел на меня, обеспокоенно хмуря брови, даже рот открыл от нерешительности. - В таком случае… полагаю, Вам тоже следует обращаться ко мне неофициально, мисс Эммануэлла… Эммануэлла. Обращайтесь ко мне, как Вам будет удобно, не принуждая себя. Как и раньше, пожалуйста, говорите со мной спокойно. Черт возьми. Я рада, что он назвал меня неофициально по имени, но ясно, что дальше можно не притворяться благородной леди… Ну да ничего страшного! - Если я раскрою свою истинную сущность, Вы не будете разочарованы, Руди-сама? - Ваша честность кажется мне милой. Мы хотим, чтобы Вы чувствовали себя свободной. Хотя я знала, что это бесполезно, но, увидев его красивую улыбку, я снова была очарована. - Ну, раз Вы готовы меня за все прощать… я перестану сдерживаться. Так что Руди, хм, пожалуйста, тоже не сдерживайся. Не используй формальные обращения… - Нет, богиню следует почитать. Так что мне легче обращаться к Вам формально. Прежде чем я успела даже договорить, он решительно отверг меня с таким серьезным выражением лица. Ну как так? Ну, если ему действительно так легче, то пусть, да? Или как?.. Ну, неважно. Я глубоко вздохнула, словно стряхивая с себя все, и заговорила: - Руди, как сказала Лилирия, я совсем не похожа на леди и во многом веду себя варварски. Хочу, чтобы вы поняли, я приехала сюда не ради страны или каких-то благородных идеалов. Я здесь, потому что люблю тебя, невзирая на внешность, и хочу, чтобы у тебя был ключ от моего сердца. Мое лицо горело. Думаю, что мои слова и действия были совершенно неподобающими. Кажется, это и есть основа для споров о «моей безопасности» или «времени, чтобы привыкнуть». Я хочу развеять недоразумение, что «Руди Санторина – самый уродливый человек в стране, поэтому, естественно, брак и супружеская жизнь с таким мужчиной нежелательны». Неважно, что подумают обо мне другие, но я этого никогда не допущу. - Однако кому-то вроде меня не подобает обладать этим ключом!.. Я нежно сжала руку Руди-сама, когда он попытался вернуть мне ключ. От простого соприкосновения наших рук он покраснел. Не могу представить, что такая реакция может быть опасной. Мы оба ощущали, как начали гореть наши лица. - Не говорите про моего супруга… с неуважением. Кроме того, у кого кроме мужа может быть ключ от моей комнаты? - …Эммануэлла действительно испытывает ко мне чувства? - Т-ты сам это сказал! И вообще прозвучало так, будто ты думаешь, что в моем сердце есть кто-то другой, хотя я только что вышла замуж… - Да. Это неизбежный факт, - признался Руди-сама с мрачным выражением лица. Ничего не поделаешь! Такие вот браки по договоренности. Наводят на подобные мысли. На самом деле многие открыто заводят любовников. Но… Но все же!.. - Я этого не прощу, - пробормотала я так тихо, что даже была удивлена. Руди-сама тоже в изумлении посмотрел на меня. Я подняла взгляд и изучила его безупречно красивое лицо. - Решение о нашем браке было принято ради страны. Возможно, ты решил взять меня в жены из-за моей семьи и происхождения. Однако, будь то политический брак или нет, муж и жена есть муж и жена. Я хочу, чтобы в твоем сердце была только я, а в моем будешь только ты. Я прибью любую женщину, которая посмеет приблизится к Руди-сама, - вежливым тоном заявила я, желая подчеркнуть, что именно я являюсь предполагаемой злодейкой. Что ж, называться «юной леди», раз уж я замужем, больше нельзя. Но будучи «злодейкой, которая мучила даже любимое дитя богини», я полна решимости устранить любых соперниц в любви. Руди-сама покраснел еще больше, заметив мой полный решимости взгляд. - Эм, все… все в порядке. Мое сердце принадлежит тебе. Ты первая женщина, Эммануэлла, которая отважилась приблизиться ко мне. Внезапно я поняла, что все это время держала его за руку, не позволяя вернуть мне ключ, к тому же находилась в нескольких сантиметрах от его лица. Так вот почему он покраснел? - …Когда ты в тот день нес меня на руках, мы были довольно близки, не так ли? Руди-сама отвел взгляд. - Это была экстренная эвакуация с поля боя, спасательная операция. К тому же ко мне впервые кто-то проявляет внимание сам… «Это слишком - вступать в романтические отношения ради чьего-то богатства», - говорили мне. И были случаи, когда в меня буквально плевали, из-за уродливой внешности. В смысле? Даже если он считается уродливым с точки зрения внешности, такое поведение просто… Я даже не знала, что ответить на печальную историю Руди-сама, поэтому он улыбнулся и продолжил: - Я искренне буду предан Эммануэлле. Никогда не предам тебя. Ну, к тому же нет женщины, которая приблизилась бы ко мне добровольно. Даже собственная мать, увидев мое крайнее уродство при рождении, была шокирована и убежала, не взяв меня на руки… Ладно, объявляю свекрови войну (физическую). Даже если мне придется использовать магию, я собираюсь ее победить. Наконец-то я смогла идентифицировать одного из врагов Руди-сама и направила против него кровожадные намерения. - Позвольте мне уточнить, мои предыдущие слова не подразумевали, что Руди-сама терпимо относится к неверности, и оно не являлось попыткой оскорбить Эммануэллу-сама. Просто когда мать Руди-сама покидала этот дом, рядом с ней был любовник, они держались за руки. Это приводило в бешенство нас, слуг, но и Руди-сама, и предыдущий лорд отнеслись к этому как «неизбежному» из-за уродства. О, понятно. Это будет действительно война со свекровью. Дворецкий рассказывал спокойным, но наполненным тихим гневом по отношению к матери Руди-сама голосом, и мое убийственное намерение окрепло. Комплекс из-за внешностью Руди-сама не просто глубоко укоренился, он превратился в травму. Неудивительно, что его самооценка не развилась должным образом, и понятно, почему он перестал доверять людям. Сколько раз ему причиняли боль? Сколько раз он испытывал отчаяние? Он смирился, так как я могу заставить его поверить в мою любовь? Не так просто будет победить корень всего зла (мать Руди-сама). Что ж, даже если это будет бессмысленно, я ее вырублю, если найду. Абсолютно точно. …Что ж, как и сказала Лилирия, я пришла к пониманию, что потребуется время, чтобы зародить веру. Чтобы заставить его понять как можно скорее, мне придется быть откровенной и выложиться на полную. Я приняла решение и облекла его в слова. - Я решила. Я отбрасываю стыд и колебания. Руди, с этого момента, пока ты не поймешь мои чувства, я буду преследовать тебя, не ожидая взаимности, отбросив все устои, привычные избалованной благородной леди, и изо всех сил буду доносить до тебя свою любовь. - А?.. Руди-сама выглядел ошарашено, а дворецкий – удивленно. Я озорно улыбнулась и продолжила: - Приготовься. Я люблю тебя, Руди Санторина. Я действительно по-настоящему люблю тебя. И не сдамся, пока ты в это не веришь! На данный момент буду считать успехом, что я сократила дистанцию и могу называть его просто по имени, к тому же я силой вручила ключ от спальни. Но с этого момента я буду пытаться стать еще ближе, и, надеюсь, не позже чем через девять месяцев после нашей свадьбы, он поймет, что наша любовь взаимна. Даже если он разочаровался в женщинах, я ни за что не позволю ему отказаться от меня. Ни Руди-сама, ни остальным людям в этом доме. С этого решения началась моя жизнь в доме маркграфа.