Глава 12 — Глава 12

В тот же день, когда закончился мой домашний арест, я, наконец, отправилась в свое путешествие. В холле резиденции герцога Бейтри раздался серьезный голос моей матери, и ей вторил мой не менее серьезный голос. - Серьезно! - Серьезно! - Не улыбайся! - Не улыбаюсь! - Показывай всем видом, что ты гордая дочь герцога, которая твердо решила двигаться в будущее, каким бы неопределенным то ни казалось! - Буду показывать, что я гордая дочь герцога, которая твердо решила двигаться в будущее, каким бы неопределенным то ни казалось! Что за выражение лица мне надо сделать?.. - Если не сможешь, надо сохранять отсутствующее выражение лица! - Если не смогу, буду сохранять отсутствующее выражение лица! Ну, это я попытаюсь как-нибудь устроить. Продолжая повторять за матерью, я краем глаза заметила, что мой отец и старший с младшим братья, которые уже успели со мной попрощаться, а также вся наша прислуга еле сдерживали смех, их плечи тряслись. Понимаю. Я бы тоже посмеялась, если бы не приходилось повторять за матушкой. Но она серьезна до глубины души… - Мама, наконец, даст тебе все советы, которые хотела. Сохрани их в своем сердце и отправляйся в путь. А теперь, Эмма-тян, повторяй за мной! Вот с этого и начались многочисленные советы моей матери. Среди них были такие вещи как: «Не забывай одеваться теплее в межсезонье, чтобы не простудиться!» и «Возвращайся домой хотя бы раз в полгода!» Мама просто беспокоилась о ребенке, который отправлялся в свободное плавание. Некоторые советы заставили меня крепко задуматься, потому что они исходили от герцогини и жены, которую до сих пор любил муж. В любом случае каждый совет показывал, насколько искренне она заботится обо мне. Вот почему я отвечала ей такой же искренностью, продолжая повторять слова, наполненные любовью моей матери. - Но, если ты сможешь запомнить лишь одну вещь, можешь забыть или проигнорировать все предыдущие советы. Внезапно голос матери стал тихим. Я подождала, пока она продолжит. - Абсолютно, несмотря ни на что, будь счастлива! - Буду счастлива… несмотря ни на что! Хотя в моем голосе зазвучали слезы после этих слов, мне все же удалось закончить предложение. Да, я буду счастлива. Я могу казаться злодейкой в глазах храмовников и общественности, человеком, издевавшимся над любимым дитя богини, но я определенно буду счастлива. Потому что я любимая дочь этой замечательной семьи, потому что моя мама меня очень любит. Я определенно докажу, что могу быть счастлива. - Да-да, раз уж вы закончили с речами, быстрее садитесь в экипаж, Эммануэлла-сама, - холодный голос горничной несколько нарушил торжественную атмосферу. - О боже, что за балаган, Лилирия-тян. - Ах, прошу прощения. Но уже пришло время отправляться, поэтому, пожалуйста, поторопитесь, -не обращая внимания на мою мать, которая надулась, сказала Лилирия. Моя служанка жила с нами с тех пор, как мне исполнилось шесть, а ей десять, сейчас ей 22. У нее льдисто-голубые волосы и чуть более темные голубые глаза, и вообще она похожа на лоли. Она невысокая, хрупкая и у нее маленькое личико. Черты лица очень миловидные, как у куклы, но цвет волос светлый. От нее отказалась семья виконтов из-за ее непривлекательной внешности и потому что Лилирия не ладила с мачехой, особенно после того, как та родила наследника. Мы приютили ее и защитили. Чета виконтов, вероятно, пренебрегала ей до такой степени, что даже ее рост замедлился. Они даже зашли так далеко, что заявили: «У нас в доме никогда не было такой дочери как Лилирия». Я прокляла их за это. В этом мире выпадение волос или седина – целое событие, а я – девушка, владеющая темной магией. В результате с тех пор никто не видел эту чету виконтов в высшем обществе, так что, вероятнее всего, мой эксперимент с проклятьем увенчался успехом. Хотя она и моя горничная, но изначально ее привели в дом скорее как подругу по играм и сестру. Но у нее нет претензий к нашей семье. И, возможно, из-за плохого обращения, несмотря на ее милую и очаровательную внешность, у нее резкий и колючий характер. Она часто говорит резкие слова. Однако Лилирия без колебаний решила сопровождать меня при переезде в отдаленный край маркграфства. На самом деле она очень хорошая девушка. Мы выросли вместе и хорошо понимаем друг друга. Мне нравится ее прямолинейность, потому что ее легко понять. - Лилирия, вверяю тебе свою дочь. Если что-то случится, пожалуйста, немедленно сообщи. - Да, Лилирия-тян, рассчитываю на тебя. Служанка, на которую обратили внимание ее леди и мать, бесстрастно кивнула. - Да, да. Если разум Эммануэллы-сама слишком глубоко погрузится в фантазии, я даже ударю ее, чтобы вернуть обратно. Стоило ей встретить маркграфа-саму, и ее мысли превратились в сплошной цветочный сад. Она была идеальной молодой леди, которую было сложно смутить, что бы ни произошло. Не волнуйтесь. - Это так. Я хотела дать тебе образование, подходящее будущей королеве… но в последнее время… ну… пожалуйста, берегите друг друга, Лилирия-тян! - Оставьте это на меня. Горничная и мать ужасны. Что ж, поскольку меня сопровождает надежная и способная Лилирия, которой доверяют оба моих родителя, полагаю, все будет хорошо. Да. Низко поклонившись родителям, Лилирия выпрямилась и посмотрела на меня. Ее маленькие и красивые вишневые губы снова произнесли резкие слова: - Ну, Эммануэлла-сама, хватит бездельничать и пошли уже. О, прежде мы выйдем на улицу, сотрите это глупое выражение со своего лица. - Прости, Лилирия. Я буду осторожнее. Что ж, отец, матушка, все… я ухожу! Несмотря на то, что я только что повторяла инструкции матушки, выражение лица я так и не поменяла. Я собрала всю свою решимость и направилась на улицу. Как только я выйду, на меня наверняка будет направлено много незнакомых взглядов. Если подумать, прошло три месяца с тех пор, как я последний раз выходила на улицу, если не считать сада вокруг резиденции. - Если кто-то попытается помешать счастью Эммануэллы-сама, на сей раз я определенно устраню их. Идите уверенно и будьте счастливы, - услышала я позади полный решимости голос Лилирии, и у меня по спине пробежал легкий холодок. – Пока я следую за Вами на этом поле боя, никогда не позволю Вам проиграть, так? – добавила она с легким смешком, и от ее слов моя спина еще больше выпрямилась. Будучи на четыре года старше и родившись благородной леди, пусть и с небольшой магической силой, Лилирия не могла ходить в школу. После того, как моя судьба была решена, мама по секрету сказала мне, что Лилирия плакала от разочарования, потому что ничего не могла сделать со сложившейся ситуацией. После ее слов я едва не прослезилась, но чувствовала решимость на сей раз точно стать счастливой. - Лилирия, а ты все такая же милая, да? - Вы что, ослепли? - Это неправда! Лилирия – моя очаровательная, самая обожаемая служанка, которой я горжусь, кто бы что ни считал! - Смеетесь? Может, я ниже ростом, но я все же старше Вас, - со вздохом сказала она. Но я все равно считала ее милой. Эту цундере. О, нет. Нельзя улыбаться. Тухлые яйца – это страшно. Итак, подправив выражение лица, со все еще полными слез глазами, но чувствуя, что хочу стать счастливой во что бы то ни стало, я покинула дом, стараясь выглядеть гордой дочерью герцога, которая решилась на жертву ради страны, несмотря на беспокойство о будущем. Позже до меня дошли слухи, какое именно выражение лица у меня было…