Райзан с Хикари в последний момент заскакивают в лифт, за секунду до закрытия, и спускаемся вниз. Внутри — тусклый свет, запах стерилизатора и лёгкий машинный гул. Райзан тихо говорит Рейко:
«Хорошо, что Вейн сделал мне трость, чтоб спрятать «Раскат Бури». Это очень полезно. Если что, одну руку держи на активаторе клинка, чтоб хоть один могла достать.»
Рейко прижимается к стене, её пальцы уже на активаторе клинка:
«Твоя «трость» выглядит как палка бомжа. Гениально.»
Лифт едет вниз… Глубже, чем должны быть городские коммуникации.
Перед ребятами раскрывается вход в подземный комплекс Ноктис-Индастриз. Двери медленно расступаются, и они оказываются в длинном коридоре, стены которого покрыты гладким, зеркально-чёрным материалом.
Поверхность отражает слабый свет, создавая иллюзию бесконечности и погружая вас в атмосферу загадочности и напряжения. Кажется, что за стеклом или зеркалом скрыты невидимые камеры или одностороннее стекло, через которое наблюдают за каждым вашим движением.
Тишина здесь пронзительна, лишь редкие звуки шагов и тихий шорох медицинских масок нарушают гнетущую тишину.
Медперсонал в строгих масках и стерильных халатах движется по коридору с безэмоциональной сосредоточенностью. Их глаза — пустые, безжизненные, словно у зомби — не выражают ни сочувствия, ни интереса.
Они ведут группу «добровольцев», которых словно собирают на неизвестную процедуру или эксперимент. Эти люди идут молча, их взгляды устремлены вперёд, лишённые всякой надежды или понимания происходящего вокруг. Вся сцена кажется оторванной от реальности — будто они оказались внутри кошмара или научной фантастики.
На одной из стен ярко выделяется логотип с надписью: «Project Lazarus: Phase 2». Он словно маяк в мраке — напоминание о тайных экспериментах и скрытых целях этого места. Надпись кажется зловещей и загадочной одновременно, вызывая ощущение, что за этим проектом скрываются неведомые силы и опасные тайны.
Вся обстановка наполняет семью Хикари чувством тревоги и любопытства: что же происходит внутри этого комплекса? Какие секреты хранятся за этими стенами? И кто эти люди, ведомые безжизненными взглядами медперсонала?
Райзан тихо взял за руку свою жену и шепнул с напряжением в голосе:
«Давай пойдём в серверную. Главное — незаметно свернуть, чтобы нас не заметили.»
Время от времени они движутся позади всей очереди добровольцев, словно тени, сливаясь с окружающей тьмой и шумом людской суеты. В их глазах — смесь тревоги и решимости, каждое движение — аккуратное и выверенное. В какой-то момент Райзан заметил на своем комлинке сообщение от Вейна. Его сердце сжалось:
«Сука, ещё и Вейн звонит... Похуй, потом». Он быстро подавил раздражение — сейчас важнее было оставаться незаметными.
Они медленно крадутся вдоль стены, используя слепые зоны камер — благодарность Вейну за схемы комплекса оказалась бесценной. Каждое их движение — словно шаг по минному полю: любой шум или ошибка могли раскрыть их присутствие.
Внутри всё было пропитано ощущением опасности и предчувствия: каждый звук, каждое шороховое движение казались эхом в безмолвной тишине этого мрачного коридора. Они знали, что время играет против них, и каждая секунда может стать последней.
Рейко быстро взломала электронный замок на двери с надписью «Технический отсек D7». За ней открылся узкий коридор внутри — серверная комната, наполненная мерцающими голографическими процессорами, словно живая сеть невидимых нитей, связанная с тайнами этого места.
Внутри царила полутьма, лишь мерцание экранов освещало пространство холодным светом.
«Бинго», — прошептала она с облегчением, подключая свой девайс к центральному терминалу.
Её глаза засияли от предвкушения:
«Дай мне три минуты…» — сказала она тихо, погружаясь в работу.
На экране всплыли файлы: один за другим появлялись названия и списки. «Lazarus Subjects» — список добровольцев с отметками «Успешно», «Отбраковка», «Подавление воли». Каждая строка напоминала о людях, чья судьба была переплетена с этим загадочным проектом.
Следующий файл — «Phase 2: Neural Rewiring» (нейронная перестройка) — показывал видео, где людям прямо в мозг внедряли чипы; кадры были холодными и безжалостными, словно запечатлели нечто чуждое человеческой природе.
И наконец — «Phase 3: [REDACTED]» — доступ к нему был полностью закрыт.
Внезапно раздался резкий сигнал тревоги: «СЕРВЕРНАЯ ЗАБЛОКИРОВАНА. ОБНАРУЖЕН НЕСАНКЦИОНИРОВАННЫЙ ДОСТУП.» Громкий голос эхом разнесся по комнате. В этот момент из коридора донесся топот охраны — тяжелые шаги приближались быстро и решительно.
Сердце забилось сильнее; напряжение достигло предела. Они понимали: сейчас всё может закончиться или начаться что-то гораздо худшее.
Время истекало, а опасность становилась всё ближе…
Наблюдая за разрушением, герои мгновенно принимают решение. Взрывая терминал мощными гранатами, предоставленными Вейном, они создают оглушительный взрыв, который разносит двери серверной комнаты в щепки и клубы дыма.
Вихрь пыли и искр заполняет пространство, а звуки разрушения эхом разносятся по коридору. Не теряя ни секунды, они быстро и аккуратно влезают в узкую вентиляционную шахту — их единственный шанс скрыться и продолжить миссию.
В темноте и тишине туннеля каждый их движений — борьба с ограничениями пространства и внутренним страхом быть замеченными.
Райзан, ползущий впереди, с легкой улыбкой на губах шутит:
«Ммм, а мне нравится такой вид. Люблю смотреть на тебя сзади.»
Его голос звучит тихо, но в нем слышится нотка иронии и спокойствия — словно он наслаждается моментом даже в этой опасной ситуации.
Рейко, сосредоточенно и чуть сердито, прилепляет к металлическому корпусу серверной мини-заряд и шипит:
«Заткнись и ползи, кретин!»
Её глаза сверкают от напряжения и решимости — она знает, что каждая секунда на счету. В этом узком пространстве их сердца бьются быстрее обычного, а каждое движение кажется последним.
Шахта узкая и холодная; металл под коленями гремит при каждом движении, словно напоминая о жестокости окружающей среды. Грохот взрыва за дверью глушит все остальные звуки — только их дыхание и тихие шорохи слышны в этом мраке.
Впереди — Рейко ведёт их по лабиринту металлических коридоров. И да, вид действительно… отвлекающий: мерцающие огоньки серверных блоков создают причудливую игру теней на стенах, вызывая ощущение нереальности происходящего. Хотя, конечно же, отвлекло нашего героя точно не это.
Через примерно двадцать метров перед ними появляется решётка — вход в другой отсек комплекса. Райзан шепчет тихо:
«Стой, тут охранник.»
Его голос полон осторожности и тревоги. Внизу под решеткой — одинокий ученый в очках нервно печатает что-то на терминале. Его движения суетливы и неуверенные; он словно не замечает окружающего мира или полностью поглощён своей работой.
На столе рядом с ним лежит прототип загадочного чипа — символ будущего или опасности — и пистолет, готовый к любым неожиданностям.
В этом мраке и тишине каждый их шаг ощущается как прыжок через пропасть: они знают — впереди опасность, которая может разорвать их судьбы или открыть путь к истине.
Но сейчас важнее всего — оставаться незаметными и добраться до цели любой ценой.
Райзан твердо и решительно указал:
«Сиди тут. Я допрошу его.»
Его голос прозвучал холодно и уверенно, словно он уже принял решение, которое не подлежит обсуждению. В этот момент он спрыгнул вниз, словно хищная пантера, грациозно и бесшумно, доставая из-за спины свой меч — клинок «Раската Бури», сверкающий в тусклом свете вентиляционных ходов.
Его движения были точными и отточенными, каждое мгновение казалось наполненным опасностью и решимостью. Приземлившись на пол, Райзан быстро и ловко прижал учёного лицом к столу. Его рука с мечом не дрогнула — клинок упирался прямо в шею жертвы, создавая ощущение неминуемой угрозы.
В воздухе витала напряжённость, словно сама тишина ожидала взрыва. Взгляд Райзана был холоден и сосредоточен, а глаза — полны ярости и решимости довести дело до конца.
«Что тут, блять, у вас происходит?!» — прорезал тишину его голос, резкий и требовательный. Он говорил быстро, с нажимом, словно боялся потерять контроль или что-то важное ускользнёт. Его рука с мечом чуть сильнее прижала учёного к столу.
«Говори быстро, или твои мозги совершенно случайно окажутся на мониторе.» — В этом жестоком предупреждении звучала не только угроза, но и безжалостная решимость.
Учёный задыхался, его лицо было покрыто потом и испугом. Он пытался говорить, но слова путались в горле — либо от нервов, либо от давления клинка. Или от того и другого одновременно. Его глаза метались по сторонам в поисках выхода из ситуации; страх был очевиден в каждом движении.
«П-проект Lazarus!» — вырвалось из его рта с трудом. «Они... они переписывают сознание! Чипы — это только начало! Phase 3 — это... о боже, они загрузят в них что-то... древнее!»
Его голос дрожал от страха и отчаяния. Каждое слово казалось взрывом в тишине коридора, напоминанием о масштабах их опасности.
В этот момент сверху раздался крик Рейко:
«Райз! У нас посетители!» — Её голос был полон тревоги и срочности. В коридоре за стеной послышался топот ног — минимум пять человек в охранной экипировке мчались навстречу.
Райзан мгновенно среагировал. Не раздумывая ни секунды, он вырубил учёного ударом рукоятки своей катаны по голове — тот тут же осел без сознания.
Быстро схватив несколько папок со стола — важные документы или планы — он прыгнул обратно в вентиляцию. Его движения были быстрыми и точными; он знал цену времени.
Учёный остался лежать без сознания на полу, его лицо выражало смесь страха и растерянности. В этот же миг из-за угла выскочили вооружённые охранники — их чёрная тактическая экипировка сверкала в тусклом освещении коридора. Они были готовы к бою или захвату.
Но Райзан уже отталкивался от стола, чтобы достать до вентиляционной шахты. Его рука метнулась к ручке входа в узкий туннель. В этот момент Рейко схватила его за руку — она тянула его внутрь вентиляции как раз перед тем, как очередь пулемёта прорезала стену под его ногами.
«Гениальный план, Хикари!» — шипела девушка сквозь зубы, таща мужа по узкому коридору. Её голос был полон сарказма и раздражения — «Особенно часть, где ты орёшь как сумасшедший!»
Она старалась держать равновесие и одновременно вести их через опасное пространство узкого прохода под огнём врагов.
Внутри вентиляции царила гнетущая тишина; слышался лишь их тяжёлый дыхание и тихие шорохи движущихся тел. Каждое мгновение казалось последним для них всех — опасность висела над ними тяжёлым грузом невидимой угрозы.
Но они знали: выхода нет другого пути. Их единственный шанс — пройти через это испытание до конца или погибнуть здесь же в тёмных глубинах комплекса.
Обновлено: 20.01.2026