— Так, это сюда, а это сюда… Ку-ку-ку-ку-ку…Так, не вращай глазами, ты, конечно, временно парализован, но раз каким-то образом пришёл в сознание — не мешай операции. Лучше скажи спасибо, что я лечу тебя после того, как ты сам насадился на своё собственное оружие… Или это было оружие твоего товарища? Таращить глаза — аналогично раздражающая вещь. Тебе ведь при парализации и чувствительность отшибло и только зрение с обонянием позволяют тебе понять, что я укладываю тебе кишки обратно в живот, — говорил я своему пациенту, что пучил глаза столь старательно, будто он мог чувствовать отключённую боль.
Практика полевой хирургии проходила весьма спокойно и быстро, особенно когда не стараешься восстанавливать идеальную целостность организма, используя алхимию лишь для очистки ран и грубого сращивания повреждений. Сюрприз доставил лишь мой последний пациент, что неведомым образом умудрился прийти в сознание, что ранее мне казалось невозможным. Устроив проверку его мозга, путём зондирования тонкими энергетическими иглами, я понял, что его случай действительно был особенным. Если конкретно, его мозг работал не как у норманнах людей и причина этому была весь материальна — здоровенная опухоль, она была доброкачественной и уже перестала расти, но самим фактом своего существования она заставила нейронные пути перестроиться, дабы сохранить работоспособность утратившего где-то треть своего объёма мозга. В последнем было мало удивительно, ведь по неподтверждённым данный, полученным мною в прошлой жизни, был один случай, когда у мужчины девяносто процентов мозга было заполнено жидкостью и он был в достаточно адекватном состоянии.
— Эй, парень… ладно, мне плевать на твоё имя. Ты видел вживую, чтобы у людей были какие-то наросты на теле? Моргни два раза если видел. О, реально видел… И головные боли у тебя были? Ага, были… В общем, у тебя прямо внутри головы был один такой здоровенный нарост. Именно из-за него ты проснулся раньше времени и увидел то, как я лечу тебя от смертельного по твоему мнению ранения. Нарост этот уже перестал расти сам, но я немного повлиял на него, чтобы он не давил тебе на голову изнутри и сделал так, чтобы он точно более не увеличивался в размерах. Вытаскивать я его точно не стану… Или ты хочешь, чтобы я его вытащил, вскрыв тебе голову?
— Не—ее—ет.
— О! Речь, а значит и чувство боли начали возвращаться к тебе быстрее… Но не надейся оклематься быстрее и сбежать. Теперь я знаю, как правильно тебя вырубить. Сладких снов!
Закончив с лечением всех болезных, я решил осмотреть то, что украл Птеродактиль. И… Для меня это был просто дорогой хлам, не стоящий внимания, а вот расщелина, куда грабитель хотел убежать, оказалась интереснее, ведь вела во что-то очень похожее на виденные мною ранее храмы.
— Хм… Видимо, здесь вход в какое-то сооружение… И оно должно иметь ещё и выход, ведь преступник явно не стал был загонять себя в ловушку, давая возможность своим преследователям заблокировать его в этом месте… О, девушки. Я вас уже заждался.
— Нужно было помочь торговцу с хиличурлами, да и решивших задержать нас парней следовала хорошенько связать, — пожала плечами идущая ко мне Эмбер.
— Ого! Какая куча из людей… А-а-а! Почему у них столько крови на одежде, — впечатлялась Паймон видом моих пленников.
— Мне удалось свалить из всех в кучу… от чего они умудрились друг дружку прирезать. Пришлось временно усыпить их и заштопать им раны. А тот, что валяется отдельно с синяком от камня на лбу, это и есть Птеродактиль.
— Попался! Кинг, спасибо за помощь. Дальше я уже сама, — с этими словами она достало что-то отдалённо похожее на одноразовую ракетницу и сделала залп в небо, — это должны были увидеть в Спрингвейле и один из отрядов рыцарей, охраняющих его, прибудет сюда и поможет увести всех задержанных.
Через некоторое время действительно пришёл отряд рыцаре… а после ещё один. Оказалось, что первых позвал спасённый от хиличурлов торговец, услышав звуки боя, когда девушки столкнулись с бандитским отрядом, что пытался их задержать. Вторая же группа рыцарей были именно теми, кого звала Эмбер и всей собравшейся толпой они быстренько повязали приведённых мною в сознание товарищей бандитов.
— Сейчас поведу их всех в Мондштадт и из-за этого экзамен немного откладывается. Да и сейчас уже очень поздний вечер. Увидимся завтра в полдень рядом с собором и я выдам вам лётные лицензии, — сказала нам Эмбер.
— Точно! Ещё ведь не весь экзамен сдан… Кинг! Паймон, помнит, что ты обещал угостить нас необычными вкусностями…
— Необычными вкусностями? — спросила уже собирающаяся иди Эмбер.
— Лови! Там налит один очень интересный сладкий и безалкогольный напиток, — кинул я ей бутылку колы и лучше бы ей не знать, что её только что выплюнул из своего рта Хомыч.
— Хм, очень вкусно! Даже жаль, что я не смогу попробовать что-то ещё, — оценила Эмбер моё изделие.
— Мы принесём тебе кусочек… если останется, — сказала Люмин, посмотрев на Паймон, из чьего рта вновь чуть не начали капать слюни.
— Ладно, пойдёмте, а то Паймон явно очень проголодалась и от упоминаний еды точно захлебнётся слюной, — усмехнулся я, начиная свой путь до дома.
По пути я останавливался, быстро собирая с диких фруктовых деревьев их плоды своим энергетическими щупальцами, дабы компенсировать ими возможною нехватку сырья. У меня тут просто возникла идея, как сделать реальную молекулярную кухню и сладкие фрукт вполне подходят для основы. Что такое вкус? Это данные, поступающие в наш мозг с органических датчиков на поверхности языка. Что нужно, чтобы продукт был вкусным? Мозг должен интерпретировать полученные данные и решить, что поедаемый продукт очень полезен и несёт в себе множество калорий. На практике эта простая схема работает весьма криво: тот же глутамат натрия, является в своей сути естественной аминокислотой, по наличию которой в еде, мозг судит о её полезности. Но ведь это вещество можно добавлять и искусственно в совершенно не съедобную еду.
В общем, я окончательно придумал будущую схему заработка на необычных специях и напитках: нужно смоделировать перестроенный на молекулярном уровне продукт, что не будет вредным для организма, но будет казаться невероятного вкусными для него. Для определения вредности мне вполне хватит знаний химического состава и понимания биохимии человеческого тела. А вот для вкуса придётся побыть собственным подопытным: отправлять ложные данные на основе смоделированных искусственных продуктов в свою нервную систему. Собственно, всю дорогу до дома я этим и занимался, на вкус оценивая ещё не созданные блюда.
— Кинг, а зачем ты иного корчишь странные рожицы? — не выдержав, поинтересовалась у меня Паймон.
— Прикидываю, какой вкус будет у придуманных мною только что блюд. И иногда он мне очень не нравится. Но как видишь, я «корчу рожицы» всё реже, а значит, я скоро пойму, как делать все блюда вкусными.
— А такое разве возможно? — немного скептично поинтересовалась Люмин.
— Как видишь, если очень захотеть — возможно всё. А вообще, я просто решил немного попрактиковаться в готовке. У меня тут появилась одна идея, как без моего личного участия создавать всякие необычные напитки и специи и практика тут будет не лишней. Они буду невероятно вкусны, а знать, как их делать, буду только я! Аха-хаххах!
— А ты дашь их попробовать Паймон?! Подожди… Если продавать их будешь только ты и они будут очень вкусными… Это сколько Моры можно заработать?! А можно и Паймон их продавать?
— Как, если секрет их изготовления знает только Кинг? — усмехнулась Люмин, глядя на экспрессивное поведение Паймон.
— Ой…
— Ладно, первым делом нужно продегустировать всё в живую, а не пытаться угадывать, какой будет вкус, как ранее делал я. Не волнуйтесь, отравиться нельзя, ибо пробовать я буду в первую очередь сам и даю гарантию безопасности как профессиональный врач и алхимик!
Обновлено: 15.02.2026