Глава 23 — Глава 23

— Ты что там с Тяньцзуном натворил, что он психанул и сбежал? Теперь из-за тебя мы с братом полночи на посту торчали! Руань Бей покачал головой, облокотился на дверной косяк и спокойно сказал: — Это ваш Тяньцзун не справился. Сам сбежал с позором. — Так что вы двое не надо уж слишком… э… — Цзе Сюнь замер, моргнув. — Подожди. Что ты только что сказал? — Кто не справился?! Руань Бей, глядя на горящий любопытством взгляд Цзе Сюня, медленно повторил: — Твой босс, Е Тан, не справился. Услышав это, лицо Цзе Сюня, полное любознательности, мигом сменилось на восторженно-сплетническое. Его глаза засияли: — Ч-ч-ч-что?! Тяньцзун?! Ты давай поподробнее! В каком смысле — не справился?! Ха-ха-ха! Молчавший до этого Цзе Шуя строго окликнул: — А Сюнь. Под взглядам брата Цзе Сюнь немного сник, но потом почесал затылок и с виноватой улыбкой пробормотал: — Ой, брат, я просто хотел понять, что произошло, чтобы потом подсказать Тяньцзуну, как исправить. Он же нам ничего не расскажет, а напрямую спрашивать — не вариант! Цзе Шуя: … Цзе Сюнь, подталкивая брата, направил его во двор: — Ладно, брат, иди на вахту во внешний двор. Пока мы тут серьёзное дело обсуждаем, нельзя, чтобы тот карапуз Бай Жогу влез в разговор! Быстро иди, сторожи! Цзе Шуя, обычно холодный и сдержанный, всё же позволил брату себя вытолкать — видимо, сочтя это разумным, действительно пошёл охранять вход. Цзе Сюнь же, вернувшись, откуда-то выудил пакетик пятиспециевых семечек. Сел с Руань Беем у двери и принялся их грызть. — Слушай, только ты никому ни слова, ясно?! — с самым серьёзным лицом на свете сказал Цзе Сюнь, лузгая семечки. — Я умею хранить тайны. Клянусь, ни один третий не узнает об этом! Руань Бей спокойно сказал: — Это ведь не такая уж и позорная вещь. Ну подумай сам — человеку сотни лет, небольшие проблемы со здоровьем вполне естественны. — Вот уж нет! — категорически возразил Цзе Сюнь. — Если об этом просочится слух, первым пострадает наш босс, Шан Синьюнь! Руань Бей недоумённо поднял бровь: — А при чём тут вообще Шан Синьюнь? Цзе Сюнь с восторгом объяснил: — Ещё как при чём! Если слух разлетится, кто станет покупать его эротические новеллы?! У всех этих фанатов, что раньше зачитывались ими до упаду, будет психологическая травма! В лучшем случае — вернут книги, в худшем — затравят! Руань Бей вежливо кивнул, щёлкая семечками: — Логично. — По мне, Тяньцзун, тебе не стоит отчаиваться. Посмотри на телосложение Тяньцзуна — ну не может быть, чтобы он совсем не мог! Может, он просто переутомился, вот и подкачало здоровье. Хочешь, попробуем его подлечить питанием? Руань Бей жевал семечки: — Питанием? — Ага, как говорится: «Лекарства хуже еды». Еда — лучший способ поправить здоровье! Руань Бей задумчиво почесал подбородок: — А что надо есть, чтобы... ну ты понял? Цзе Сюнь не задумываясь ляпнул: — Это к Мужун Тяньцзюну и Шан-лаобану, они в этих делах мастера! А я что — максимум скажу, что если чего не хватает — ешь это! Например, сварить суп с двумя свиными почками и женьшенем… После чего хлопнул себя по коленям и вскочил: — Подожди тут! Я сейчас приведу обоих, будем решать проблему коллективно! Сказав это, он умчался, полный беззаветного энтузиазма и жажды поделиться информацией. ★★★ — Невозможно! Абсолютно невозможно! — Фэнъюе Тяньцзюн Шан Синьюнь был потрясён до глубины души, будто небо рухнуло прямо ему на голову. Глаза расширены от ужаса, губы подрагивают, кулаки сжаты так, будто он вот-вот начнёт кататься по полу в истерике. — Я в это не верю! — прорычал он сквозь зубы. — Он мог тысячу лет оставаться целомудренным старым холостяком, но чтобы он «не мог»?! Никогда! Мужун Тяньцзюн, стоящий рядом, торопливо обмахивал его веером: — Успокойся, Лао Шан, успокойся. Это же форс-мажор. Если он и правда не может — ну, в третьей части текст подправим, напишем, что он евнух, например? Шан Синьюнь с отвращением фыркнул: — Без финала — не мой стиль! Мужун Тяньцзюн мягко уговаривал: — Тогда и не думай о том, может Тяньцзун или нет. Пиши как раньше. У тебя ведь всегда хорошо продавалось! Шан Синьюнь грозно тыкал пальцем в Мужун Тяньцзюна: — Да ты только о деньгах и думаешь! — Как можно! — всплеснул руками Мужун Тяньцзюн. — Я же тебе помогаю, идеи подкидываю! А ты меня обвиняешь — обидно до слёз! Шан Синьюнь тяжело выдохнул, выражение лица трагическое: — Без реальных основ текст холоден и пуст, всего лишь бездушная агрессивная комбинация слов. Цзе Сюнь всё это время пытался вставить слово, но оба Тяньцзюня были слишком увлечены разговором. Когда Шан Синьюнь наконец замолчал, а Мужун Тяньцзюн завис в раздумьях, Цзе Сюнь мигом воспользовался моментом: — Господа, сейчас совсем не время спорить об этом! Мы говорим о Тяньцзуне! Первом Ланьцюэ-тяне, его появление — и горы дрожат, и луна меркнет! А теперь… он страдает от беды, о которой и сказать-то вслух невозможно. Как же мы, зная это, можем не помочь? Шан Синьюнь прищурился: — Мальчишка из семьи Цзе, а чего это у меня ощущение, что ты ликуешь? — Что вы! Я с такой искренностью, с такой душой! Если уж не «сопереживаю», то точно не злорадствую! — А с чего бы тебе сопереживать? Ты сам — тоже не можешь? — парировал Шан Синьюнь. Цзе Сюнь ухватился за рукоять меча: — Ты… ты вот сейчас сказал — я ведь могу и меч вытащить! Мужун Тяньцзюн, как примиритель, встал между ними: — Мы ведь все свои, к чему ссоры? Всё, что мы делаем — во имя счастья Тяньцзуна. Он обернулся и бросил взгляд на сидевшего в стороне ослепительного красавца, лениво потягивавшего чай. Тот не сказал ни слова, но своей красотой отвлекал больше всех: — Тяньцзун, а ты что скажешь? Руань Бей отвёл взгляд от чайной чашки и спокойно поставил её: — Я позвал вас решать проблему, а не выдумывать новую. Шан Синьюнь без обиняков: — Проблема в том, что мы тебе не верим! Мужун Янь спешно подхватил: — Вот именно, Тяньцзун, может, ты под «не может» имел в виду не совсем то, что мы поняли? Цзе Сюнь с наивной серьёзностью кивнул и, подумав, с искренним недоумением спросил: — А в чём может быть разница? Мужун поднял палец и начал лекцию: — У обычных смертных, если выдерживают аромат благовоний или полчаса — уже достижение. Но в мире культиваторов всё по-другому. Во время состояния пищевого отрешения, парное даосское культивирование может длиться сутки или даже двое без перерыва… Цзе Сюнь слушал с предельной концентрацией: — И потом? — Потом… знаешь, сколько может выдерживать демон-культиватор?