Орену Пэтти не понравилась.
Девочка была спокойной, послушной и опрятной, но она почти с порога начала проявлять неуважение к Данте и слишком живой интерес к нему самому. Орен даже пожалел, что не мог использовать Ямато, чтобы быстро переместить их и поскорее избавиться от этой девчонки. Поэтому добираться пришлось своим ходом.
Оказывается, у Данте была своя машина. Она пахла мёртвым демоном и самим Данте, а также была защищена парой рун. Но Пэтти не понравился запах и внешний вид. Она возмущалась, что Данте не заботится о будущей наследнице огромного состояния как об истинной леди.
— Откуда девочке из приюта знать, как заботятся об истинных леди? — всё-таки не выдержал Орен. Он сам вызвался сесть на заднее сиденье. Ему так было спокойнее. А вот Пэтти захотела поехать на переднем. Наверное, чтобы всю дорогу донимать Данте.
— Я читала много книг.
— Если ты про бульварные романы, то там мало что есть от реальности.
— Вообще-то я имею в виду классику.
— Например?
Тут Пэтти стушевалась.
— Я так и думал.
— А ты больно много классики знаешь!
— «Гордость и предубеждение». «Джейн Эйр». «Кларисса». «Ярмарка тщеславия». Мне продолжать?
— Ты правда прочитал всё это? — удивилась Пэтти.
— Не самое интересное из того, что я читал, но да.
— Я не видела у вас в агентстве много книг.
— Эти книги остались у мамы.
— А, ну тогда понятно.
— Что тебе понятно?
— У богатого мальчика есть много книг, чтобы читать. В приюте не так много возможностей раздобыть книги.
— Вообще-то до восьми лет я тоже жил в приюте. И это никак не помешало мне найти способы читать больше.
— Ты жил в приюте? — удивилась Пэтти, встав на сиденье и обернувшись к нему.
Орен только пожал плечами.
— Но… почему? У тебя же есть мама, и вот дядя.
— Данте не знал о моём существовании до прошлой недели. А мама… скажем так, ей было опасно иметь ребёнка.
— Это как?
— У её семьи было особое положение, а я был маленьким и слабым. Меня могли похитить и шантажировать моей жизнью. А ещё мой папа не состоял с ней в официальном браке, так что это могло уничтожить её репутацию.
— Настоящая мама нашла бы способы преодолеть эти трудности, а не бросила бы тебя в приюте! — зло выпалила Пэтти.
— Настоящая мама позаботилась о том, чтобы я был в безопасности, сыт и одет.
— Но это же не главное!
— Я бы посмотрел на тебя, если бы тебе пришлось ночевать зимой под мостом с одним одеялом на двоих, когда последний приём пищи был вчера вечером и не тёплой кашей, а черствым куском хлеба.
Пэтти вся побледнела.
— Даже сейчас ты, живая, здоровая, сытая и одетая, едешь в машине под защитой самого сильного наёмника на всём свете, и ты всё равно недовольна тем, как твоя мама позаботилась о тебе. Думаю, если бы вы были под мостом, ты бы била её кулаками за то, что она решила выбрать тебя, а не твоё благополучие. Если бы тебе хватило сил от голода, конечно. Неблагодарные люди неблагодарны до самого конца. — Скривился Орен.
— Я не… — кажется, его слова дошли до неё. Пэтти расстроилась. Она порывалась вернуться на своё сиденье, но впереди замаячил грузовик, на котором оба они — Орен и Данте — почуяли запах демона.
— Эй, — окликнул её Орен, отвлекая, — если спросишь меня, то всё в порядке.
— М? — неуверенно взглянула на него Пэтти.
— Мы с тобой просто дети. Мы имеем право быть неблагодарными. Но именно благодаря правильным — заметь, не хорошим — решениям родителей мы можем стать взрослыми и понять. И тогда уже поблагодарить.
— Сейчас тряхнет, — предупредил Данте. Орен схватил Пэтти за плечи, чтобы она не обернулась. Данте сделал пару точных выстрелов. Демон свалился с грузовика. Машина переехала труп, знатно тряхнув сиденьями.
— Эй, аккуратнее! — возмутилась Пэтти, оборачиваясь к Данте. — Ты уверен, что твоя машина не развалится прежде, чем мы доедем?
Данте не ответил.
Орен отпустил Пэтти, но та не торопилась возвращаться на своё место.
— Я уже никогда не смогу поблагодарить мою маму.
Орен поднял на неё свои глаза.
— Она заболела и умерла, когда я была совсем маленькой. — Её рука сжала амулет, спрятанный под одеждой. Что-то в источаемой им силе очень не понравилось Орену.
— Сочувствую.
Пэтти выдавила улыбку.
По дороге на них постоянно кто-то нападал. Мелкие сошки, ничего серьёзного, но всё равно неприятно вдруг обнаруживать на себе столь пристальное демоническое внимание.
Это из-за Данте? Слух о том, что он убил Мундуса, разлетелся так быстро? Теперь каждый демон будет пытаться отнять его титул принца преисподней?
Эти мысли смущали Орена. Он был горд, но вместе с тем подавлен. Если так продолжится дальше, то Данте решит, что Орен обуза. Отошлёт его обратно в Фортуну, где Орена тут же раскроют…
На ночь они остановились в старом дрянном мотеле с крайне подозрительным администратором. И пока Данте брал номер, Пэтти как заворожённая рассматривала афишу какого-то концерта, который обещали поставить сегодня вечером в местном концертном зале.
— Что-то интересное?
Пэтти снова сжала амулет.
— Это… это моя мама.
Орен внимательно посмотрел на афишу.
— Уверена?
Девочка кивнула.
— Дети, идём! — окликнул их Данте.
Пэтти поспешила за ним. Орен на минуту задержался у афиши. Когда администратор отвернулся, астральные когти полоснули по бумаге, тут же обратившейся адским мотыльком. Тот пеплом осыпался на пол.
Обновлено: 18.01.2026