Глава 13 — Глава 13

А ночью нас ждал неприятный сюрприз. Хотя совсем неприятным его назвать и нельзя, но нервы он нам потрепал. Едва уставшие за день воины устроились на отдых, как Чуча развернулась в сторону джунглей, где спатхи бились с журами, и залихватски свистнула. В результате, и стоявшие в карауле, и уснувшие воины вновь схватились за головы, а Игле пришлось снова дуть в приспособление для снятия боли и рези в ушах. И только пленный, почмокал во сне губами и перевернувшись на другой бок продолжил храпеть.  - Видимо запах крови всё-таки привлёк Крахаров, - потирая уши проговорил Кнубур.  - А вот мне интересно, эти прожорливые сволочи испытывают тоже самое, что и мы? – закончив ругаться спросил Тор.  - Думаю, что им даже хуже, - массируя плечо, ответил начальник отряда, - у хищников слух очень хороший, и этот свист должен быть для них страшной мукой. - Мне кажется, что после этого, хищники должны быть просто в ярости. – Игла гладила успокоившуюся Чучундру. – Молодец, девочка. - Не завидую тем, кто сейчас попадётся им на пути, – добавил я, - надеюсь до самого утра нас больше никто не побеспокоит.  - Скорее всего так и будет. Крахи теперь разгонят всю живность в округе. – Кнубур продолжая тереть плечо, радостно заявил, - а боли совсем нет! Может снимем повязку? – Он посмотрел на жрицу. - Нет, до утра пусть остаётся, а там я посмотрю. Давайте спать! – Слово сеньориты Валерии было законом, и успокоившийся отряд продолжил прерванный отдых. Остаток ночи, как я и предсказывал, прошёл спокойно. Чуча сидела тихо, а когда все стали подниматься, она, понюхав воздух, юркнула в свою сумку и затихла. Может легла спать, а может просто не захотела смотреть на храпящего пленника, которого ночью не было видно. Коротышка продолжал спать, и видимо, как и обещала Игла, должен был продрыхнуть до обеда. Вот только кто же ему даст это сделать.  Сегодня, с утра пораньше, было решено полным составом выступить в сторону пещер журов. Надо было выяснить, пойдут ли они искать своих воинов. Если они соберут отряд для их поисков, то нам придётся, или прятаться, или вновь вступать в бой. Всё будет зависеть от того, насколько многочисленный он будет.  Меня только смущал вопрос о зебрах, что мы с ними будем делать? Но Кнубур меня успокоил.  - Они пойдут за нами даже без привязи. Животные хорошо знают своих наездников, и никуда от них не убегут. К тому же здесь собраны только самки и их уже взрослые дети. Если вести мать в поводу, то потомство будет бежать за ней. - А те на которых ехали мы?  - Они пойдут за остальными сородичами, - ответил мужчина, - на всякий случай за ними присмотрят. Не переживай, даже если каким-то образом мы потеряем половину зебр, то остальных нам всё равно хватит, чтобы вернуться. Да и дорогу обратно можно и пешком пройти, лишь бы решить вопрос с проклятыми джунглями. Да… Я почесал голову. Этот вопрос пока остаётся в подвешенном состоянии. Но сами джунгли меня теперь не очень интересовали. Непонятное сооружение занимало все мои мысли.  Кое-как растолкав пленника, мы, наконец, тронулись в путь. Коротышка сегодня был совсем другой. Он не щерился и не обещал всех нас сожрать, а был каким-то слегка «пришибленным». Когда ему сказали вставать – он встал, когда сказали идти – он пошёл. Руки ему на всякий случай связали, и конец верёвки взял один из воинов. Посмотрев, как он идёт, у меня создалось впечатление, что жур ещё не проснулся и просто переставляет ноги, продолжая спать с открытыми глазами. Я кивнул на него Игле, но та только улыбнулась и сказала: - Всё нормально. До обеда должен прийти в себя, - но задумавшись на секунду добавила, - а может только к вечеру проспится. Ничего, нам меньше мороки с ним будет. Раненные спатхи чувствовали себя вполне нормально. Наша медичка только подтвердила свой статус богини. Кнубур упросил её снять повязку, и уверял, что с ним всё в порядке. Он даже покрутил своим мечом обеими руками, показывая, что левая работает не чуть не хуже правой. Это радовало, потому что у нас каждый воин на счету!   Был ещё один момент, который не давал мне покоя. За всё время нашего похода нам ни разу не удалось увидеть в ночи «голубые глаза». Что это за огоньки? Откуда они берутся и куда деваются, было непонятно. Ну да ладно, сейчас не об этом надо думать, а о том, как тихо и незаметно подобраться к пещерам.  Обходить странное «блюдце» я предложил справа и это был обдуманный выбор. Почему-то мне казалось, что с этой стороны дорога будет более проходимой. Возможно, именно поэтому нападавшие справа подошли к нам быстрее. И, как оказалось моё предположение полностью подтвердилось. Даже место вчерашнего боя, где спатхи устроили засаду, представляло большую поляну, где росла только высокая трава.  Вчера, укрывшись в ней, воины отряда взяли коротышек в классические «клещи»; когда журы вышли на свободное место, первый десяток ударил им в спину, коротышки, развернувшись, кинулись на врага, и теперь уже второй десяток ударил сзади. В результате спатхам удалось не потерять ни одного воина, хотя раненые всё-таки были.  Наш отряд двигался по джунглям точно в таком же порядке, как и по дороге, только передовой дозор шёл метрах в десяти-пятнадцати впереди. Надо признать, что как мы не старались, но совсем беззвучно двигаться не получалось, но тут уже ничего не поделаешь.  - Думаю, что когда подойдём ближе, надо будет вперёд послать разведку, - предложил я Кнубуру, - чтобы не наделать лишнего шума у самих пещер. - Конечно, Топтун. Так и сделаем. Наверное, мне не надо было учить воина, что надо делать, но кто их знает, как они тут в джунглях воюют. Тем более что с людьми спатхи давно уже не сражались, если не считать вечернего боя, в котором, надо признаться, они показали себя с самой лучшей стороны. Почти час мы обходили так заинтересовавшее меня строение, когда наш дозор доложил, что впереди открытое пространство. Отряд остановился и занял круговую оборону. Я с Кнубуром и ещё двумя воинами, выдвинулся вперёд, чтобы разведать обстановку. Пробравшись к опушке, мы принялись осматриваться. Оказалось, что с этой стороны странного «блюдца» хоть и нет дороги, но джунгли вырублены и вырубка эта уходит как раз к тем самым пещерам.  Я показал рукой, в сторону стойбища племени и наша группа тихо направилась по краю зарослей в ту сторону. От непонятного объекта до входов в пещеры было метров сто. Просека, вдоль которой мы пробирались, была такой же ширины, как и дорога стой стороны объекта. Местами лианы полностью перекрывали верх, образуя всё те же арки над этим подобием дороги. Было видно, что этот проход время от времени чистили, срезая отросшие ветки и кусты. Непонятное покрытие настоящей дороги здесь заменяла невысокая травка, которую вроде как тоже подрезали. В общем было заметно, что эту, тянувшуюся от пещер до «блюдца» просеку поддерживали в таком состоянии, чтобы это было похоже на продолжение не зарастающей дороги. Для чего это делалось – непонятно. Наш пленник вчера сказал, что жить здесь плохо, но надо.  Это был ещё один вопрос, на который хотелось бы найти ответ. Мы приблизились ко входам в пещеры и замерли, стараясь как можно лучше рассмотреть, что здесь происходит.  Похоже племя только просыпалось и готовилось к приёму пищи. На поверхность из пещер подняли несколько больших, закопчённых котлов, и установив на крупные камни, чем-то наполнили их, и развели под ними костры. Потянуло дымом и довольно неприятным запахом говорящейся еды. Даже спатхи сморщили физиономии, а у меня так засвербило в носу, что я с трудом сдержался, чтобы не чихнуть. Котлы из пещер доставали молодые журы, видимо это вменялось им в обязанности. Готовкой занялись женщины, и только после этого показались взрослые коротышки.  Вышел какой-то важный дикарь в окружении нескольких воинов. Скорее всего это был вождь. Он был немного выше ростом, и сильнее других заросший волосами. На нём была странная одежда из шкур, которые по расцветке показалась мне знакомыми, и через минуту я понял, что это были шкуры сандал! Похоже журы ели этих зверушек, а из шкур шили одежду. Вот и выяснилось, почему Чучундра не переносила этих коротышек. Возможно, что и ей приходилось убегать и прятаться от дикарей, или видеть, как убивают её сородичей. Надо признаться, что и мне это дело не пришлось по душе. Хотя, казалось бы, я должен был понять, что это одна из норм жизни данного народа. Вождь, что-то сказал одному из сопровождавши его воинов и тот громко крикнул, кого-то подзывая. Подбежал жур с копьём и стал быстро что-то говорить. К сожалению, разобрать о чём идёт речь было невозможно, слишком далеко находились мы от коротышек, но Кнубур, вдруг сказал: - Вождю доложили, что пока никто не вернулся. Видимо имеется ввиду из тех, кто вчера ушёл в нашу сторону. Надо же, какой тонкий слух у начальника нашего отряда, даже ночной свист Чучи на него не повлиял.  - Ты хорошо это расслышал? – Спросил я. - Не то чтобы расслышал, - ответил мужчина, - это было больше понятно по жестам. Да и по смыслу, вождь должен был бы спросить, где его люди, ушедшие вчера.  В принципе он, наверное, прав, но и давать стопроцентную гарантию, что всё это именно так, я бы не стал.  В это время из пещер стали появляться мамаши с детьми. Были тут и совсем малыши, которых женщины выносили на руках, были и постарше, были и подростки. За всем этим «детсадам» показались и остальные мужчины племени. Они не торопились, видимо еда ещё не была готова, и воины отправлялись в ближайшие кусты, поделать утренние дела. Шли все они в ту же сторону, куда время от времени отбегали и женщины. Можно было предположить, что там находился туалет, типа «сортир», возможно даже без букв «мэ» и «жо». Но, по любому, это говорило хоть о каких-то гигиенических нормах народа. Не знаю, конечно, как у них пещеры оборудованы, скорее всего кроватей там нет, и санузлов, куда можно было сходить ночью, тоже.  Вокруг вождя стали собираться воины. Пока никакого оружия у них видно не было. Только у некоторых на боку висели подобия кинжалов. И кое у кого я заметил те самые шипы, один из которых Тор сшиб у «носорога».  - Как думаешь, если мы сейчас нападём, сможем мы загнать племя в пещеры и держать там под нашим наблюдением? – Спросил Кнубур.  - А что дальше? – спросил я в ответ. – Если там несколько сотен воинов, то удержать мы их там не сможем. - Так что же делать? – В голосе мужчины послышалась растерянность, - как вы будете изучать это место, если нам не удастся решить вопрос с журами? Да, тут было над чем подумать.  - Мне надо посоветоваться с товарищами, - я повернулся к одному из воинов, - позови сюда моих друзей, только быстро. Времени у нас было немного; сейчас журы набьют животы своей вонючей стряпнёй, и отправят отряд на поиски ушедших вчера. Думаю, у них есть следопыты, которые без труда поймут, что произошло в джунглях и на нашей стоянке, после чего, по следам, найдут и нас. Даже мне удалось бы отследить такое стадо зебр, которых мы с собой вели. Поэтому, надо было быстро что-то придумать. Игла и Тор появились через пять минут. Увидев стоянку племени, они тоже озадачились.  - Надо как-то наладить с ними контакт, - предложил Тор. - После того, как мы завалили почти шестьдесят их воинов? Как ты собираешься это сделать? – спросила Лерка. Серёга тут же выдвинул другой вариант, - я выхожу один и вызываю их вождя на поединок, с условием, что тот, кто победит, будет новым вождём. - Неплохое предложение, - с сарказмом проговорил я, - а если они не придерживаются таких правил и просто кинутся на тебя всей сворой?  - Ну, человек пятьдесят я успею уложить, остальных добьёте вы. Кнубур заёрзал, видимо предложение Тора не показалось ему таким уж фантастическим.  Мне пришлось остудить головы мужчин. - Ты считаешь, что наши двадцать воинов сумеют перебить остальные три-четыре сотни коротышек?  - А что, их так много? – Серёга почесал голову. - Может быть и больше. Кто же их считал. И, к тому же, ты не берёшь в расчёт женщин и подростков, которые вполне могут кинуться на подмогу мужчинам, – в конец зарубил я предложение Тора. – Если вспомнить слова нашего пленника, и предположить, что здесь живёт не всё племя, а только две трети – то это может составить больше трёх тысяч! Пусть из них только половина примет участие в сражении, но и тогда это будет много больше чем полторы тысячи противников. Все задумались, а время неутолимо утекало.  - А что ты предлагаешь, Топтун? – спросила Игла, успокаивающе поглаживая в сумке Чучу.  Зверушке было явно некомфортно в близи племени, которое употребляло в пищу её соплеменниц, и одевалось их в шкуры. Я уже собирался сказать, - «давайте попробуем ночью», как вдруг, что-то громадное выскочило с той стороны, где справляли нужду жители племени. Одновременно с появлением первого хищника, раздались крики сотен голосов, а тем временем, второе животное выскочило с противоположной от нас стороны, и в тот же миг показалось третье!  - Крахары! – Вскакивая, заорал Кнубур, но его крик потонул в общем диком вопле сотен перепуганных коротышек.  Хищники кинулись в самую гущу людей, ударами лап раскидывая дикарей в разные стороны.  Как по мановению волшебной палочки, в руках журов оказались копья и дубины, а женщины, выхватывая горящие головёшки, бросали их в страшных животных. Но крахары разбрасывая людей уже сшибли котлы с едой на землю, и жижа из них залила костры. Из подземных пещер выбегало всё больше людей; в хищников полетели копья и камни, но, казалось, что зверям всё нипочём. Только одному из них какой-то смельчак сумел вонзить копьё под заднюю ногу, и хищник, зашипев как змея, сразу захромал.   Раздался крик вождя, и воины кинулись к нему, стараясь защитить главу племени. В этот момент один из крахаров, прыгнув в ту сторону, просто втоптал в землю человека и нескольких воинов стоявших рядом с ним.  Надо признаться, журы бились храбро, защищая своих женщин и детей. Некоторые из женщин хватали в охапку малышей и бежали в норы, но повезло совсем немногим, и скорее всего, от племени остались бы только осколки, если бы в этот момент, не засвистела Чучундра.