«Я давно знала, что он любит пить простое молоко. Я специально купила его для него, а он теперь притворяется, что не в курсе, делает вид, будто я угощаю его только потому, что сегодня акция «второе молоко бесплатно». Замечать его предпочтения, узнавать его привычки — всё это лишь для того, чтобы в какой-то момент как бы невзначай обнаружить с ним общие черты, создать иллюзию случайного совпадения или судьбы. Потому что это тайная влюблённость, и я боюсь, что он узнает о моих чувствах. Потому что это тайная влюблённость, и я вынуждена сдерживать эти чувства в самых безопасных рамках, лишь бы он ничего не заподозрил, чтобы у него не возникло ощущения, что его границы нарушают. В душе — такая ясная и очевидная любовь. Я ведь так сильно его люблю, столько маленьких хитростей придумываю ради него, в мыслях называю его муженьком, каждый день фантазирую о самой близости с ним, но, когда оказываюсь с ним лицом к лицу, всё сводится к вежливому и отстранённому «товарищ Бай».
Это было откровением для Бай Цзянсиня. Такая сильная любовь, что вот-вот переполнит сердце, но он о ней не знал. Такая искренняя, но скрытая до предела забота и привязанность, что он даже не понимал, как можно было бы это отвергнуть.
Если бы не тот случайный чай с молоком, он, наверное, так никогда бы и не узнал… Не узнал бы, что есть кто-то, кто так сильно его любит.
Бай Цзянсинь должен был признать: как нынешняя Сян Ди, что строит перед ним свои хитрые планы, так и та похотливая Сян Ди — обе они очень на него влияют.
Он мягко принял из её рук молоко и сказал:
— Я очень люблю его.
«Хе-хе, я же знала, что тебе понравится», — подумала счастливая Сян Ди, расплылась в улыбке и великодушно вслух произнесла:
— Тогда я тебя угощаю.
Она взяла и себе бутылку простого молока. Рядом с простым молоком стояло банановое — то, что Сян Ди любила больше всего. Но ничего, сегодня она будет пить тот же напиток, что и Бай Цзянсинь. В конце концов, банановое молоко можно пить каждый день, а вот чтобы Бай Цзянсинь провожал её домой — такое точно не будет часто. Так что пришлось на время, скрепя сердце, отказаться от бананового молока. Ведь чем недоступнее, тем желаннее. Банановое молоко и Бай Цзянсинь? Конечно, она выбирала Бай Цзянсиня.
«Моё любимое банановое молоко, я тебя обожаю, но Бай Цзянсиня я люблю ещё сильнее. Надеюсь, ты понимаешь моё вынужденное решение, увы-увы», — тихо разыграв в душе драму расставания с банановым молоком, Сян Ди вдруг заметила в этой булочной фирменные сырные профитроли с хрустящей корочкой — и, оказывается, они ещё были в продаже.
Сян Ди часто покупала в этой булочной сладости именно ради этих профитролей. Она была без ума от сыра: что бы это ни было, если в названии есть слово «сырный», она непременно должна это попробовать. А сырные профитроли с хрустящей корочкой в этой булочной были самыми вкусными из всех, что она ела до сих пор. Снаружи — хрустящая корочка, идеально пропечённая, начинка-крем не слишком сладкая, откусишь — снаружи хруст, внутри нежность, весь рот наполняется ароматом сыра, сладким и душистым. Обычно эти профитроли раскупались за несколько часов после выпечки, и Сян Ди могла купить их, только если приходила рано утром в выходные. Не думала, что сегодня, так поздно, они ещё остались. Жаль, что она оставила телефон дома, а наличных с собой не так много, хватило только на хлеб и молоко. Ах, сегодня выпал такой шанс, а воспользоваться им не получается.
Сян Ди поджала губы, думая, что в выходные обязательно поставит будильник и придёт сюда купить.
«Эх, Бай Цзянсинь, ты напасть моя, из-за тебя я останусь без профитролей».
Не желая признаваться себе, что предпочла красоту пирожному, она в душе слегка свалила вину на него.
— Я всё выбрала, можно рассчитываться.
— Погоди, — вдруг сказал Бай Цзянсинь.
— Что такое?
— Я тоже кое-что куплю.
Он быстро взял из её рук щипцы для выпечки, подошёл к профитролям и забрал все оставшиеся.
Сян Ди с удивлением посмотрела на него и спросила:
— Ты любишь профитроли?
— Внезапно захотелось купить немного, — ответил Бай Цзянсинь и спросил в ответ: — А ты любишь?
Неужели такое совпадение???
Сян Ди широко раскрыла глаза, не в силах описать, насколько она была в этот момент обрадована. Разве это не самая настоящая судьба?
Обнаружив, что им нравится одна и та же вещь, получив такую общую тему, Сян Ди вдруг стала гораздо разговорчивее, жалея лишь, что ей не хватает слов, чтобы описать, насколько же вкусны эти профитроли.
— Люблю, люблю, я их обожаю, — взволнованно сказала Сян Ди. — Тебе повезло, знаешь ли, сырные профитроли в этом магазине просто невероятно вкусные, не преувеличу, если скажу, что за свои восемнадцать лет я не ела лучше.
Бай Цзянсинь едва заметно улыбнулся и спросил:
— Раз ты так их любишь, почему не взяла?
Сян Ди замялась: «Не могу же я сказать, что потому что ты любишь мясную начинку, я подстраиваюсь под твои предпочтения и обманываю, что тоже её люблю, чтобы создать у тебя образ любителя мясной начинки, и поэтому не беру профитроли…»
Или сказать, что у неё не хватило денег? Его семья была богатой, обычная обувь стоила от четырёхзначной суммы, а по словам Цяньцянь, у него даже было несколько пар лимитированных коллекций. Перед ним она тоже хотела притвориться юной барышней из богатой семьи.
— Раньше очень любила, но в последнее время мой номер один — хлеб с мясной начинкой, — сказала Сян Ди. — Но я и не думала, что ты тоже любишь профитроли.
Бай Цзянсинь слегка приподнял бровь, не выдавая мыслей этой «юной барышни».
— Раньше почти не пробовал, — он сделал паузу и тихо добавил: — Но профитроли в этом магазине выглядят очень аппетитно.
Сян Ди одобрительно кивнула, подняв большой палец:
— У тебя отличный вкус. Поверь, они не только выглядят аппетитно, но и на вкус — просто неземное наслаждение. Купи их, не пожалеешь.
Бай Цзянсинь кивнул, затем убрал простое молоко обратно и взял вместо него банановое.
— Угости меня этим, — сказал он.
После простого молока иногда хочется чего-то сладкого, попробовать, какой вкус нравится ей.
Сян Ди ничего не понимала, она лишь знала, что всё это было слишком большим совпадением, настолько большим, что, если бы его не было рядом и ей не пришлось бы сдерживаться, она бы уже давно подпрыгивала на месте.
«Что это такое! Это судьба между мной и муженьком!!!»
«Это неожиданная судьба! Это судьба, заработанная в прошлой жизни! Это предначертанная судьба! Что там Пастух и Ткачиха, Сюй Сянь и Белая Змейка тоже не сравнятся, Лян Шаньбо и Чжу Интай вообще могут отойти, только мы с муженьком — самая-самая подходящая пара!»
Бай Цзянсинь нахмурился: частично из-за того, что её мысли его отвлекали, а частично потому, что её примеры были действительно неудачными.
Пастух и Ткачиха могли видеться только раз в год в седьмой день седьмой луны, Сюй Сянь стал монахом, а Белая Змейка была заточена под пагодой Лэйфэн, судьба Лян Шаньбо и Чжу Интай и вовсе оказалась трагична — соединились только после смерти, превратившись в бабочек. Если не умеешь приводить примеры — не приводи вообще.
Сян Ди всё ещё была в восторге, когда продавец за стойкой поторопил их:
— Одноклассники, вы уже выбрали? Мы закрываемся.
Девушка поспешно ответила:
— Выбрали, выбрали.
Подойдя к стойке, она повесила рюкзак спереди и уже собиралась достать из него деньги, как стоящий рядом парень достал телефон из кармана школьной формы.
Сян Ди подумала, что он хочет сначала заплатить за профитроли, и сказала продавцу:
— Мы платим отдельно, я оплачу хлеб и молоко.
Бай Цзянсинь тут же оправил:
— Давайте вместе.
Сян Ди вежливо отказалась:
— Не надо, не надо, у меня есть деньги, и я сказала, что угощу тебя молоком.
Продавщица смотрела на юношу и девушку перед собой, на её губах играла многозначительная улыбка — такое она видела часто, обычно среди пар, которые находятся в неопределённых отношениях, но ещё не стали официальной парой: парень хочет оплатить, а девушка настаивает, чтобы платила сама.
Вот и настал момент проткнуть оконную бумагу: как только девушка скажет: «Ты же мне не парень, как я могу позволить тебе платить за меня? Нет, нет», парню, если он понимает в романтике, достаточно ответить: «Тогда позволь мне стать твоим парнем, вот и будет право платить за тебя».
И тогда розовые пузыри поплывут между ними, а продавщица в этот момент будет отвечать за «тётушкину улыбку» и заодно перекусывать «собачьим кормом»*.
П.п.: *«Собачий корм» (狗粮, gǒuliáng) — интернет-сленг, обозначающий демонстрацию любви или нежности между парой, которая заставляет окружающих, особенно одиноких людей, чувствовать себя некомфортно или ревновать.
Нынешняя молодёжь очень умело играет в неопределённость, и продавщица уже приготовилась «поесть корма». Девушка уже отказала парню в оплате, теперь очередь парня проявить себя.
— Ты слишком медленно копаешься, — спокойно сказал Бай Цзянсинь. — Я сначала заплачу, потом отдашь.
Выражение лица продавщицы застыло.
Обновлено: 03.02.2026