Чжи Доу Син приблизил нос к камере, шумно дыша в сторону Ши Юй Фэна, но вскоре немного отстранился и, словно верный пёс, обхватил лапами руку Сан Цай И, невинно и заискивающе моргая глазами.
Ши Юй Фэн рассмеялся, не зная, что сказать, затем перевёл внимание обратно на лицо Сан Цай И и спросил:
— Ты только с работы?
— Ага, — Сан Цай И слегка отодвинула телефон, чтобы её лицо не казалось таким большим. — Ты за границей?
— В Бостоне, — объяснил Ши Юй Фэн. — Здесь проходит медицинская конференция.
— А что там интересного?
Ши Юй Фэн задумался.
— Здесь неплохая романская и готическая архитектура, подойдёт для любителей истории. В остальном ничего особенного.
Сан Цай И шутливо заметила:
— Ты хорошо знаешь Бостон.
— Да, раньше я тут учился в университете.
Сан Цай И замерла.
С тех пор, как Ши Юй Фэн перевёлся, никто не слышал о нём новостей, и только сейчас Сан Цай И узнала, что он учился за границей.
Она немного колебалась, но затем решилась спросить:
— Ты тогда внезапно перевёлся из школы Пинси, потому что собирался уехать учиться за рубеж?
Ши Юй Фэн ненадолго замолчал.
— Не совсем.
В те дни он вообще не думал о завтрашнем дне и будущем, тем более о том, кем станет. Для Ши Юй Фэна всё это казалось слишком далёким. Лишь после выписки, когда он подавал документы в университет и выбирал специальность, он осознал, что больница — идеальное для него место.
Врачи не прощают ошибок, здесь всё должно быть идеально, и ему нравилась хирургия с её точностью и совершенством. А долгое пребывание в больнице сделало его похожим на холодные приборы — он научился спокойно встречать рождение и смерть. Поэтому в итоге Ши Юй Фэн выбрал профессию врача.
Сан Цай И не стала расспрашивать дальше и сменила тему:
— В День национального праздника в Первой школе Пинси будет встреча выпускников. Мы с несколькими одноклассниками договорились приехать. Ты пойдёшь?
— Мне нужно согласовать график дежурств в больнице. Если получится, пойду с тобой.
— Отлично.
В последующие дни Ши Юй Фэн был занят конференциями, работая день и ночь, но общение с Сан Цай И не сократилось. Он привык находить время, чтобы проверить телефон, и если было сообщение от неё, отвечал обстоятельно, а если нет — чувствовал себя не в своей тарелке.
Через неделю медицинская конференция закончилась, и в последний день перед отъездом у них было свободное время. Двое коллег отправились за сувенирами, а Ши Юй Фэн, собравшись, пошёл в кондитерскую в центре города.
Он купил фирменные конфеты и шоколад, упаковал их в два пакета, а выйдя из кондитерской, увидел напротив ювелирный магазин.
Ши Юй Фэн и сам не понимал, что им двигало: он не знал, кому собирается дарить, но тело отреагировало раньше разума. Он вошёл в магазин и сразу заметил жемчужное ожерелье.
Его мягкий, тёплый блеск почему-то заставил его задуматься: как бы оно смотрелось на шее Сан Цай И?
Когда он уже расплачивался, его неожиданно окликнул мужчина средних лет:
— Эй, Уоррен, давно не виделись.
Ши Юй Фэн обернулся и увидел Зика, своего лечащего врача во время болезни. Зик работал в Онкологическом центре Андерсона, и именно он отвечал за лечение Ши Юй Фэна в США, а после выписки они поддерживали связь.
Зик хлопнул его по плечу.
— Приехал в Бостон на конференцию?
— Да.
— Похоже, у тебя всё хорошо, — заметил Зик.
Ши Юй Фэн улыбнулся.
— Да, всё в порядке.
— Подарок для девушки? — Зик лукаво улыбнулся. — Если хочешь, приведи её к нам на ужин. Мы с женой недавно переехали в Бостон и пока скучаем.
Ши Юй Фэн на мгновение замялся.
— Пока что у меня нет девушки.
Уловив намёк в его словах, Зик рассмеялся.
— Ладно-ладно, удачи.
Зик пришёл с женой — у них скоро была годовщина свадьбы, и они выбирали обручальные кольца. Поболтав немного, Ши Юй Фэн попрощался с ними.
Перед тем как уйти, Зик снова окликнул его:
— Уоррен, я рад видеть тебя таким здоровым, но мне кое-что интересно.
Ши Юй Фэн:
— Говори.
— Когда ты болел, ты часто повторял несколько слов — похоже, это было чьё-то имя. Я сейчас исследую влияние рака на сознание, и моя команда считает, что в состоянии помутнённого рассудка речь перестаёт быть просто средством общения, а становится проявлением скрытых эмоций. То, что обычно подавляется разумом, в такие моменты вырывается наружу. Поэтому мне интересно, чьё это имя и как этот человек связан с тобой, — Зик рассмеялся. — Думаю, это поможет моему исследованию, поэтому я и обратился к тебе.
Ши Юй Фэн застыл.
Когда он только приехал в США, его состояние ухудшилось, и он почти не приходил в себя. Во время тяжёлой болезни мозг даёт сбои, и бред — обычное дело, но Ши Юй Фэн не ожидал, что мог повторять чьё-то имя.
Шэн Вэй? Или бабушка? Интуиция подсказывала, что нет.
Ши Юй Фэн спросил:
— Какое имя?
— Ты же знаешь, я не говорю по-китайски, — Зик пожал плечами. — Звучало как „Сан“ что-то, вроде три слова? Не уверен насчёт произношения, прошло уже много времени.
— Сан?
Сердце Ши Юй Фэна ёкнуло. Он понял, чьё имя это могло быть.
Он спросил:
— То, что я повторял, было „Сан Цай И“?
Зик хлопнул в ладоши.
— Да, именно так! Значит, это действительно чьё-то имя? Кто это? Родственник?
Ши Юй Фэн и сам был ошеломлён. Ему потребовалось время, чтобы прийти в себя.
— Она… очень важный для меня человек.
Обновлено: 09.04.2026