Дядюшка нахмурился, и его тон стал недовольным: — Послушай, девочка, ты что здесь делаешь? Уже несколько дней я постоянно вижу, как ты здесь ошиваешься. У тебя какое-то дело?
А Пэн инстинктивно вытерла слезы рукавом и медленно поднялась: — Дядюшка, вы не знаете, выходил ли в последнее время человек, живущий в соседней квартире?
Коричнево-красная железная дверь открылась шире.
Дядюшка оглядел А Пэн с ног до головы, словно оценивая цель ее визита.
— Я его подруга, боюсь, с ним что-то случилось, — у А Пэн появилась надежда, глаза ее заблестели. — Дядюшка, вы слышали какие-нибудь странные звуки в последнее время?
— О...
Дядюшка открыл дверь настежь и выпрямился.
Ему было около сорока лет, высокий и худощавый, в аккуратных золотых очках. На гладком лице ни намека на щетину, он выглядел весьма интеллигентно.
— Почему ты так думаешь? Неужели ты слышала какие-то звуки? — Его глаза скрывались за бликами линз, а в низком голосе промелькнуло едва заметное напряжение. — Ты постоянно здесь крутишься, это потому, что ты что-то слышала? Например... крики о помощи?
— Дядюшка, помогите мне вызвать полицию! — А Пэн сделала шаг вперед, в ее голосе звучала мольба. — Я уже сделала несколько звонков. Но если в полицию обратитесь вы, как сосед, это будет звучать убедительнее.
— Девочка, если ты хочешь, чтобы я вызвал полицию, мне нужна причина, — не спеша проговорил он. — Это потому, что ты... проходя мимо, услышала крики о помощи?
А Пэн решилась и закивала: — Да! Я слышала!
Затем она немного смутилась и пояснила: — Смутно, едва различимо, не очень понятно...
Она в спешке уговаривала его, умоляя помочь.
Но она не заметила, как дыхание дядюшки на мгновение сбилось, а левая рука инстинктивно сжалась в кулак и снова расслабилась.
Он поднял руку и засунул ее в карман куртки.
А Пэн решила, что он поверил ее словам и хочет достать телефон. Она с радостью подняла голову, ожидая.
Он помедлил, оглядел пустой тихий коридор и в конце концов вынул руку.
— Хм... Мой балкон и балкон твоего друга на самом деле находятся рядом, — он тщательно подбирал слова. — Может быть, я попробую позвать соседа через балкон?
Он очень вовремя замялся и засомневался, словно на что-то намекая: — Жаль только... я ужасно боюсь высоты. Иначе я мог бы немного высунуться и посмотреть, что происходит в его спальне...
Его намек сработал.
Есть ли в этом мире люди более самоотверженные, чем фанаты, чье сердце не на месте от беспокойства и чей пыл не знает границ?
Все пошло наперекосяк в ту самую ночь, когда А Пэн впервые тайком пробралась к квартире Фан Чуаня.
— Я не боюсь высоты! Я могу посмотреть! — А Пэн словно увидела луч света. — Может быть... если ваши балконы соединены, можно перелезть через окно? Или хотя бы я смогу увидеть, что там у соседа?
Коричнево-красная железная дверь распахнулась полностью.
Дядюшка в белоснежной рубашке с улыбкой уступил дорогу.
Квартира за его спиной тоже была ослепительно белой. На светлом мраморном полу стояли ведра с латексной краской и валики. Белоснежные стены были безупречно чистыми, до невероятности белыми.
— У меня сейчас ремонт... — дядюшка изобразил уместную улыбку. — Кстати, девочка, ты хлопотала весь вечер, наверное, пить хочешь? Что будешь?
Из этой чистой комнаты донесся едва уловимый запах крови, словно он просачивался из углов, из каждой невидимой глазу щели.
Дверь за спиной А Пэн с легким щелчком закрылась.
Она ничего не заметила и решительно прошла через гостиную к южной стороне.
— Балкон здесь, верно? — А Пэн резко отодвинула раздвижную дверь между балконом и гостиной, подошла к окну и ахнула.
— Дядюшка, вы шутите? Как этот балкон может считаться соединенным? Между вашим домом и его — полметра расстояния. Будь я хоть жирафом, я бы не смогла заглянуть к соседу!
Она обернулась, но ее гневное выражение лица мгновенно исчезло, стоило ей увидеть человека за спиной.
Коричнево-красная железная дверь была заперта. Интеллигентный дядюшка небрежно сидел на диване. Его левая рука наконец вышла из кармана, поигрывая сверкающим кинжалом.
— Девочка, ты знаешь, каково это — жениться на женщине, которая тебе не по душе? — он опустил глаза, и его низкий голос звучал как нашептывание дьявола. — Ко-ко-ко-ко, словно шумная курица, которая каждый день кудахчет у тебя над ухом...
— Я женат двадцать лет, растил эту неблагодарную курицу, которая день и ночь изводила меня... И в тот день, когда терпение лопнуло, я наконец обрел покой.
— Она сосет твою кровь, ест твое мясо, тратит твои деньги и при этом каждый божий день вот так «пи-пи-пи» зудит над ухом. А стоит поспорить — норовит клюнуть тебя своим клювом. Видишь, до крови расклевала...
Дядюшка медленно закатал рукава рубашки, обнажая длинные кровавые полосы — следы ногтей, которые отчаявшаяся женщина оставила на его руках в попытке спастись.
— Девочка, ты когда-нибудь резала кур? — он поднял глаза. — Целишься в шею, один удар ножом, и максимум через минуту даже самая прыткая курица затихает...
— Только вот кровь... она забрызгала все стены и пол, такая грязь. Пришлось взять кисточку, белую краску и потихоньку выкрасить всю стену начисто... Стал, хм, маляром.
— Кипяток, чтобы ошпарить перья, нож, чтобы разрубить мясо на куски. Разрезать эту курицу на части. Мясо с бедер — в один пакет, грудку — в другой, а голову... голову пришлось сначала заморозить в холодильнике. М-да... если выбросить ее сразу, то легко могут найти, верно?
А Пэн словно провалилась в ледяную бездну. Она хотела закричать, хотела вырваться, но не могла пошевелиться.
— Одну разделанную курицу нужно разложить в семь-восемь пакетов, чтобы не привлекать внимания. И я подумал, что буду выносить по одному пакету каждую ночь, когда кругом тишина.
Он поднял руку и поправил очки на переносице.
— Но каждый раз, когда я собирался выйти, я видел какую-то девчонку, которая бродила по коридору, бормотала, что слышала крики о помощи, и собиралась вызвать полицию, утверждая, что в этом доме кого-то убили...
— Перед смертью курица всегда издает пару звуков. Я и сам не уверен, слышала девочка крик моей курицы или нет. Но из-за ее суеты мое сердце было не на месте, я потерял покой.
— Скажи, заслуживает эта девочка смерти или нет?
* * *
А Пэн никогда не узнает, что сейчас Фан Чуань заперт менеджером Хуан Пинлань в собственной студии, где та всеми силами уговаривает его расстаться с новой подружкой.
Она также не узнает, что всего через несколько дней богатая и гордая подружка А Чуаня придет с деньгами за расторжение контракта, чтобы выкупить его у продюсерской компании, которая эксплуатировала его восемь лет.
А Пэн не увидит, как через несколько дней «выздоровевший» Фан Чуань снова выйдет на сцену.
Так же как и Фан Чуань никогда не узнает, что была когда-то девушка по имени А Пэн, которая отдала за него жизнь.
В ту самую ночь, когда А Пэн впервые пришла к дому Фан Чуаня, в коридоре, где она бесчисленное количество раз бродила от беспокойства, убийца, жаждущий избавиться от трупа, увидел ее в дверной глазок.
Убийца с нечистой совестью заподозрил неладное.
А Пэн, всем сердцем переживавшая, что Фан Чуаня убьет Хуан Пинлань, так и не догадалась, что настоящей добычей стала она сама.
Обновлено: 02.02.2026