Зимний вечер, небо постепенно темнело. На телефоне раздался короткий сигнал, и знакомый женский голос произнес: [У вас новый заказ]. Это означало, что следующие два часа, самый пик обеденного времени, станут для Бу Гэнсиня самыми напряженными в сутках.
Он вскочил на свой белый электроскутер и поспешил в Торговый центр «Фусин», чтобы забрать заказ.
Торговый центр «Фусин» был построен всего четыре-пять лет назад, но уже стал самым популярным коммерческим зданием в округе. Шестой и седьмой этажи занимали всевозможные рестораны. В часы пик перед шестью пассажирскими лифтами всегда выстраивались огромные очереди.
Бу Гэнсинь всегда был очень ответственным. Если он видел, что клиент торопится, он готов был взбежать на шестой или седьмой этаж по лестнице, лишь бы не задержать доставку. Часто пользуясь лестницами, он обнаружил небольшой секрет: на лестничном пролете в углу был грузовой лифт, которым почти никто не пользовался. Выглядел он довольно невзрачно, но когда нужно было очень быстро успеть, на нем можно было тайком проехаться.
Стоял самый разгар обеда, и в торговом центре было не протолкнуться. Бу Гэнсинь, даже не снимая шлема, осторожно лавировал в толпе с термосумкой в руках. Перед популярными ресторанами уже сидели на скамейках посетители, ожидающие своей очереди. Бу Гэнсинь подошел к стойке администратора и заглянул в чек — его заказ еще не был готов.
Некоторые курьеры в таких случаях начинают нервничать, а иногда даже ругаться с персоналом, требуя выдать еду побыстрее. Бу Гэнсинь же никогда не вступал в конфликты. Даже если кухня задерживала блюдо, он просто брал меньше заказов в этот час, но никогда не позволял себе грубости. Если он видел, как другой курьер ссорится с девушкой на выдаче, он часто вмешивался и добродушно успокаивал коллегу, прося не давить на девчонку.
— Это же не их вина, — говорил он с бодрой улыбкой. Загорелое лицо, рост под метр восемьдесят — когда такой здоровяк вставал рядом, желающих спорить сразу становилось меньше. — Посетителей слишком много, а на кухне всего пара человек, они просто не справляются! Все мы работаем на дядю, всем нелегко.
Благодаря своей доброте он примелькался даже кассирше на выдаче.
— Сегодня снова везешь в тот дом? — Глаза девушки радостно блеснули, а уголки губ приподнялись в улыбке. Она узнавала его даже через шлем.
— Просто удивительно, — кивнул Бу Гэнсинь, — уже две недели подряд каждый раз выпадает этот адрес.
Вокруг стоял невообразимый шум. Бу Гэнсинь оперся на стойку и чуть наклонился к ней:
— Слушай, может, мне стоит поговорить с родителями того ребенка? Такой маленький, а каждый день ест одну только доставку. Худой такой, что того и гляди ветром унесет. Совсем о нем не заботятся.
От его внезапного приближения девушка, казалось, немного смутилась. Она опустила голову, и ее тонкая шея окрасилась нежным румянцем.
— Ты всего лишь курьер, кто тебя станет слушать? — быстро проговорила она, бросив на него мимолетный взгляд своих сияющих глаз. — Гм, а ты сам-то ел?
Бу Гэнсинь с улыбкой покачал головой, и она улыбнулась в ответ.
— Чем о других беспокоиться, лучше бы о себе позаботился, — тихо сказала она. Тон ее был слегка ворчливым, но звучал почти как коветство, вызывая в его душе приятный трепет.
Из таких мелочей и складывается жизнь обычных людей в этом простом мире.
Никаких потрясений, но сердце все равно замирает.
У Бу Гэнсиня на душе стало тепло, он хотел еще что-то сказать, но как раз в этот момент его заказ был готов.
Девушка протянула ему белый пластиковый пакет и поторопила, чтобы он скорее ехал.
Направляясь к лифту, он обернулся и крикнул:
— До завтра!
Голос прозвучал так громко, что даже прохожие начали оглядываться.
Девушка прыснула со смеху, а нежный румянец разлился от шеи к самым щекам.
Любовь в самом зачатке — это то, что заставляет сердце биться чаще и не дает покоя мыслям.
Бу Гэнсинь развозил заказы еще два часа, и все это время с его лица не сходила улыбка.
В девять вечера большинство ресторанов закрылось. Бу Гэнсинь взглянул на индикатор: на электроскутере осталось всего два деления заряда. Он выключил приложение с заказами.
Зимний ночной ветер был холодным. Возвращаясь домой на своем белом «электроконе», он все вспоминал покрасневшие щеки девушки-администратора.
«Завтра я обязательно наберусь смелости и попрошу у нее номер телефона».
«В конце концов, мужчина должен проявлять инициативу. К тому же, она мне улыбалась — разве это не знак симпатии?»
Бу Гэнсинь размышлял об этом про себя, окончательно решившись.
Он снимал небольшую комнату в трехкомнатной квартире. Дом находился не слишком далеко от центра, примерно в семи-восьми километрах. Ночью машин было мало, так что за полчаса можно было добраться.
За этой эстакадой начинался его жилой комплекс. Бу Гэнсинь остановился перед последним светофором и снова взглянул на ЖК-панель скутера.
Осталось одно деление. Хорошо, что дом уже совсем рядом, сразу за этим перекрестком.
Бу Гэнсинь облегченно вздохнул и, как только загорелся зеленый, крутанул ручку газа.
«Когда завтра пойду просить номер, может, стоит прихватить небольшой подарок? Цветы? Нет, цветы — это слишком пафосно», — от одной мысли об этом он почувствовал жгучее смущение.
«Может, что-нибудь практичное? Она весь день работает в ресторане, может, подарить хороший крем для рук?»
Он так погрузился в свои мысли, что потерял бдительность. Лишь спустя десять минут он осознал, что что-то не так.
Сначала заныли руки — он слишком долго был на холодном ветру, и даже плотные кожаные перчатки не спасали.
Бу Гэнсинь опустил голову, потер руки и вдруг заметил, что на индикаторе заряда не осталось ни одного деления.
Он вздрогнул и инстинктивно сбросил газ. В голове промелькнула мысль: «Странно, почему я так долго еду, а ворот комплекса все еще не видно?»
Действительно, казалось, прошло гораздо больше времени, чем обычно.
Бу Гэнсинь словно очнулся от сна. Он поднял глаза, огляделся и обнаружил, что каким-то образом едет в противоположную сторону!
Ему нужно было просто проехать под эстакадой, чтобы оказаться дома, но он, сам того не заметив, где-то развернулся и снова направился в сторону центра города!
Бу Гэнсинь на несколько секунд замер, почесывая затылок.
— Неужели я так задумался, что на автомате поехал обратно к торговому центру?
Он с усмешкой постучал себя по голове, развернул скутер и снова поехал в сторону дома.
Дело было плохо: заряда не осталось совсем, и он не знал, хватит ли его до дома.
Бу Гэнсинь с мрачным видом крутил руль, терпя боль в замерзших руках. Прошло еще десять минут.
На этот раз все шло гладко. Его «электроконь» в решающий момент не подвел и дотянул до самого конца.
Бу Гэнсинь выдохнул, слез со скутера, поднял глаза и в ужасе разинул рот.
Он не приехал домой.
Место, где он остановился, было тем самым Торговым центром «Фусин», в котором он был днем!
Бу Гэнсинь в оцепенении смотрел на здание, и в душе у него закрались недобрые подозрения.
Что за дела? Неужели он снова необъяснимым образом развернулся по пути домой? Почему он этого совершенно не помнит? Почему он подсознательно рвется обратно к торговому центру?
В десять вечера двери торгового центра уже были заблокированы решетками. За прозрачными стеклами царила кромешная тьма, ни души. В пустых витринах замерли манекены, их белоснежные или угольно-черные «лица» были лишены черт.
Безлюдный торговый центр, так разительно отличавшийся от дневной суеты, выглядел пугающе.
Бу Гэнсинь не осмелился больше заглядывать внутрь. Сжав зубы, он снова вскочил на скутер и до отказа выкрутил ручку газа.
На этот раз он не смел отвлекаться. Сосредоточившись только на дороге, он думал лишь о том, как поскорее оказаться дома.
Пальцы давно закоченели, лицо под шлемом горело от ледяного ветра, но на лбу выступила испарина. Он во все глаза смотрел на дорогу.
— Налево... прямо... снова налево... — шептал Бу Гэнсинь себе под нос, пока наконец не остановился на светофоре.
— Смотри, наконец-то уже почти дома, да? — Он вытер пот со лба. Очки запотели от дыхания, поэтому он снял их, чтобы протереть.
Но когда он снова надел очки, окружающий пейзаж словно внезапно изменился.
Присмотревшись, Бу Гэнсинь обнаружил, что Торговый центр «Фусин», от которого он уехал двадцать минут назад, все еще находится позади него, не далее чем в одном квартале!
Он ехал так долго, а проехал всего один квартал?!
Бу Гэнсинь пришел в ужас!
Словно посреди лютой зимы на него вылили ушат ледяной воды.
Неужели последние двадцать минут он просто кружил на месте?
Дорога, которую он видел перед собой, и та, по которой он ехал на самом деле — это были разные дороги?
Тогда... это у него проблемы с ориентацией в пространстве или он столкнулся с... чем-то нечистым?!
Что происходит? Догадки становились все страшнее. Ладони Бу Гэнсиня стали влажными, на руках волоски встали дыбом. Его взгляд упал на белый электроскутер, и он внезапно замер.
Все эти метания туда-сюда заняли уже больше часа.
Как электроскутер, у которого еще час назад почти сел аккумулятор, умудрялся ехать все это время, ничуть не замедляясь?
Разве может скутер ехать... без электричества?
Если дорога, которую он «видел», была ненастоящей, то кто с такой точностью раз за разом возвращал его к этому Торговому центру «Фусин»?
Бу Гэнсинь вытаращил глаза и невольно отступил на шаг.
Этот белый электроскутер, к которому он так привык за два месяца, теперь казался ему совершенно чужим. В голове настойчиво крутилась одна безумная мысль: «Мой скутер... в него... в него вселился бес».
* * *
Бу Гэнсинь больше не решался ехать верхом. Он осторожно катил скутер рядом, касаясь руля лишь кончиками пальцев.
Обычный белый электроскутер теперь казался ему каким-то засланным монстром, а его круглая фара — огромным глазом чудовища.
Раз он сам не может найти дорогу домой, может, стоит вызвать такси? Не может же и такси вместе с ним обезуметь?
Бу Гэнсинь оставил скутер на парковке для велосипедов у торгового центра и, не оглядываясь, побежал к большой дороге.
Он сел в такси. Водитель, увидев на нем форму курьера, понимающе усмехнулся:
— Решил подзаработать, а в итоге аккумулятор сел?
Бу Гэнсинь был так напуган, что его начинало трясти при одном упоминании слова «аккумулятор». Он, не мигая, смотрел в окно, про себя считая каждый пройденный светофор.
К счастью, на этот раз Бу Гэнсинь благополучно пересек эстакаду и наконец-то оказался дома.
Соседи, семейная пара, уже давно спали. Он на цыпочках прошел в ванную. Умываясь, он несколько раз протер лицо полотенцем, прежде чем окончательно осознал: все, что произошло сегодня ночью, не было дурным сном.
— Как же так? — пробормотал Бу Гэнсинь, глядя на свое отражение в зеркале. — Почему, стоит мне сесть на скутер, я никак не могу попасть домой и постоянно возвращаюсь в тот торговый центр?
Он лежал в кровати, пытаясь восстановить события в памяти, и вдруг вздрогнул.
Бу Гэнсинь вспомнил одну деталь — этот странный электроскутер был подержанным.
* * *
Бу Гэнсинь ворочался всю ночь и заснул только под утро. Когда он открыл глаза, солнечный свет уже заливал его одеяло.
Возможно, теплое солнце придало ему смелости, но, встав с кровати, Бу Гэнсинь твердо решил во всем разобраться.
«Тот, чья совесть чиста, не боится стука в дверь среди ночи. Негоже взрослому мужику бояться какого-то электроскутера».
Бу Гэнсинь сел на автобус и приехал к Торговому центру «Фусин», от которого вчера никак не мог сбежать.
Обеденный час миновал. Хотя в торговом центре было много людей, в ресторанах посетителей поубавилось.
Курьеры, отработавшие смену, собрались на ступеньках за зданием, каждый сидел на своем скутере.
Кто-то ел, кто-то залипал в телефоне, кто-то переговаривался.
Бу Гэнсинь, благодаря своему росту, издалека заметил своего земляка.
— Лао Сунь! Лао Сунь! — Он подбежал и с силой хлопнул того по плечу. — А ну, выкладывай, что это за скутер ты мне всучил?
Обновлено: 02.02.2026