В тот день она, как и Фан Цзянь, надела серо-белые спортивные штаны, и хотя пятно крови было небольшим, оно всё же бросалось в глаза.
К счастью, Фан Цзянь носила с собой гигиеническую прокладку.
Передав её Сюй Чуньюй, она нашла решение:
— Давай поменяемся куртками. Моя длинная, она прикроет пятно.
Сюй Чуньюй смутилась.
Она понимала, что эта бледно-лиловая куртка Фан Цзянь была фирменной и недешёвой.
Боялась запачкать её.
Но Фан Цзянь лишь пожала плечами:
— Не страшно. Если запачкается — отстираю.
Она тут же сняла куртку и поменялась с Сюй Чуньюй.
Они были одного роста, с похожей фигурой и причёской, и когда Сюй Чуньюй надела её куртку, со спины её было не отличить от Фан Цзянь. Когда они вышли из туалета, однокурсницы даже перепутали их.
Сюй Чуньюй рассмеялась:
— Фан Цзянь куда симпатичнее меня. У неё такая фарфоровая кожа и идеальные пропорции.
Это не было ложной скромностью.
Все знали: Фан Цзянь просто не любила краситься, но от природы она была хороша.
Парни из группы даже обсуждали, что если бы она навела марафет, то наверняка стала бы новой королевой курса. Непонятно, о чём она думает, раз ходит такой серой мышкой.
Жаль, Фан Цзянь не слышала этих комплиментов.
Пока она ждала Сюй Чуньюй у туалета, ей позвонила бабушка.
Увидев, что та занята разговором, Сюй Чуньюй не стала мешать, лишь махнула рукой и ушла к остальным.
Полуденное солнце палило нещадно.
Фан Цзянь отыскала тенистый уголок и слушала, как старушка ворчит.
Та спрашивала, чем она занята в последнее время и почему не навещает.
Фан Цзянь вспомнила последние события и ответила:
— Была очень занята, не выкроила времени.
Бабушка протяжно «охнула»:
— Мама говорит, ваш курс сегодня на экскурсии в горы?
Фан Цзянь не ожидала, что Линь Яфэнь в курсе даже этого.
— Она тебе про меня рассказывала?
— Ты же её дочь, о ком ещё говорить? — бабушка буркнула. — Вчера зашла, рассказала. Ещё сказала, что этот ваш Ван Кэпин познакомил тебя с парнем.
Тут Фан Цзянь уже поняла, к чему клонит бабушка.
И точно: та продолжила с нарочитой серьёзностью:
— Говорят, парень хороший. Как вам общение?
Фан Цзянь криво усмехнулась — ясно, Линь Яфэнь подослала бабушку разузнать.
— Не общались. Только в друзьях добавились.
Бабушка удивилась:
— Не общались? Почему? Он тебя игнорирует?
Фан Цзянь не хотела развивать тему, но перед бабушкой нельзя было отмахнуться.
— Просто добавились и молчим оба.
Бабушка задумалась:
— А, понятно.
Почувствовав сопротивление внучки, смягчила тон:
— Но ты не переживай. Хочешь — общайся, не хочешь — нет. Не слушай мать. У неё своих дел выше крыши, ещё и тобой командует. Тебе бы радоваться жизни, а она уже замуж выдать норовит.
Фан Цзянь приподняла бровь:
— А что с ней?
Бабушка вспыхнула:
— Да всё то же! Мачехой стала — теперь унижается. Этот пасынок Ван Кэпина… даже говорить противно! А она терпит. И где её гордость? На работе начальница, а дома тряпка.
Фан Цзянь опешила. Она думала, Линь Яфэнь живёт припеваючи.
Тут раздался ещё один звонок.
Увидев имя Сюй Чуньюй, Фан Цзянь тут же решила, что что-то случилось, и сказала бабушке:
— Мне нужно идти, тут дела.
Бабушка покорно согласилась.
Переключив звонок, Фан Цзянь услышала встревоженный голос Сюй Чуньюй:
— Фан Цзянь, Цзян Фу укусила змея! Быстрее сюда!
У Фан Цзянь в голове пронзительно зазвенело.
Не успев даже осознать, что произошло, она схватила рюкзак и помчалась к смотровой площадке.
У ступеней, ведущих к роще, столпились люди. Подбежав, Фан Цзянь увидела, как Чжоу Ко промывает рану на руке Цзян Фу.
Рядом Лоу Цзяхао с помощью мусорных щипцов удерживал змею.
Однокурсники и туристы вокруг перешёптывались в ужасе.
Цзян Фу первым заметил Фан Цзянь.
Увидев её в куртке Сюй Чуньюй, растерянную и испуганную, он почувствовал, как камень с сердца упал.
Но лицо его оставалось хмурым. Он сдвинул брови и спросил с опасно-ровной интонацией:
— Где ты пропадала?
Остальные не понимали, почему он так резок с Фан Цзянь, и замерли в неловкости.
Фан Цзянь тоже растерялась.
Не желая разозлить его ещё больше, пробормотала:
— Я… разговаривала по телефону.
Она перевела взгляд на Чжоу Ко и Сюй Чуньюй:
— Что случилось? Скорую вызвали?
Сюй Чуньюй вспыхнула:
— Кто-то пошёл за персоналом, скоро должны подогнать канатную дорогу—
Она не закончила. Цзян Фу перебил, нахмурясь:
— Вряд ли ядовитая. Не надо паники.
Но едва он это сказал, как Фан Цзянь нашла пустую бутылку, ловко подхватила змею из-под щипцов и запихнула её внутрь.
На это ушло несколько секунд.
Окружающие остолбенели, кто-то едва не вскрикнул.
А Фан Цзянь, словно циркачка, невозмутимо осмотрела извивающуюся в бутылке змею и заключила:
— Да, не ядовитая.
Цзян Фу…
Цзян Фу вспыхнул. Отшвырнув бутылку, он шагнул к ней, не обращая внимания на обрабатывающего рану Чжоу Ко.
— Ты с ума сошла?
Фан Цзянь вздрогнула от его резкости.
Цзян Фу поднял бутылку укушенной рукой, и его тёмные глаза, полные ярости и тревоги, впились в неё:
— А если бы она тебя укусила? Ты вообще думаешь, что делаешь?
Впервые видя его в таком гневе, все вокруг замерли.
А у Фан Цзянь запершило в носу.
Она выпрямилась и крикнула в ответ:
— А ты чего орёшь? Я же волновалась! Хотела отвезти её в больницу на анализ!
Её кожа, и без того светлая, покраснела от бега и эмоций.
Этот контраст кольнул Цзян Фу в самое сердце.
Вся злость мигом улетучилась. Он смягчил взгляд.
Но не успел заговорить, как к ним подошёл сотрудник парка с одним из однокурсников:
— Кого укусили? Быстро, кто-нибудь сопровождает его на канатной дороге!
Чжоу Ко и Сюй Чуньюй тут же шагнули вперёд, но Фан Цзянь и Цзян Фу сказали одновременно:
— Она поедет со мной.
— Я отвечаю за группу, я поеду!
Их взгляды встретились — и в этот момент Цзян Фу, стиснув губы, решительно схватил Фан Цзянь за руку.
Обновлено: 21.01.2026