Глава 10 — Глава 10

[Фан Цзянь, ты конченная, держись там сама как знаешь] [Ох, моя бедная малышка Фан Цзянь, как же ты теперь] [Лучше переживай за нас — как мы будем без нашей отличницы Фан Цзянь QAQ] [Пошли домой, детка, пошли домой, все по домам] — Какой ещё дом?! Всем собраться! Скажу маме, что я не тряпка! Мы сами справимся с этим проектом!! ... В групповом чате 607-го общежития сообщения сыпались без остановки, все в таком же истеричном стиле. Только Цю Луцзя, получив сообщение от Фан Цзянь, ответила ей: [Блин, везучая ты девчонка! Привязалась к такому красавчику!] [...] Фан Цзянь просто обалдела: [Ты вообще человек? Хочешь, чтобы тебе такой «удачи»?] [Ну подумай иначе, — отписала Цю Луцзя. — Всё равно в групповых проектах ты всех тащишь, так какая разница, кого именно?] В принципе, так и было. Но Фан Цзянь предпочла бы тащить своих соседок по комнате. Хотя бы потому, что они её слушались. А теперь две недели придётся работать с этой командой над пятиминутным микроклипом. От одной мысли её пробирало тоской. Но худшее было ещё впереди. В тот вечер, когда Фан Цзянь вернулась в общежитие после студсовета, в классном чате объявили о смене старосты. Ян Тао, сидя на верхней койке и хрустя чипсами, поздравила её: [Аплодисменты! Теперь наша Фан Цзянь — староста!!] Соседки Чжоу Синьян и У Сяосяо тут же подхватили, заявив, что теперь будут держаться за её подол. [...] Фан Цзянь только что провела несколько часов у ворот университета, раздавая презервативы, и еле держалась на ногах от усталости. Ей было не до шуток — сил хватило только на то, чтобы поменять воду черепахе. Черепаху она привезла с собой ещё с первого курса и с тех пор заботливо растила. Соседки, к счастью, не жаловались и даже помогали ухаживать за ней, когда Фан Цзянь не было, так что рептилия жила припеваючи. Закончив с водой, Фан Цзянь плюхнулась на кровать и взяла телефон. В классном чате тем временем развернулась церемония передачи полномочий: старосты и преподаватели обменивались вежливыми фразами. Фан Цзянь, скрипя сердцем, тоже выдавила пару стандартных фраз. Едва закончив с этим, куратор создала новый чат и поручила трём активистам организовать мероприятие для начала семестра. Фан Цзянь чувствовала себя выжатым лимоном и не имела ни малейшего желания этим заниматься, поэтому отписала: [Вы пока разберитесь, а я пойду в душ.] Бросила телефон и направилась в ванную. Когда вернулась, её уже забрасывали сообщениями в другом чате — группе проекта. Чат создали после пары парнем с передних рядов. В группе было четверо: среди них — Цзян Фу. Фан Цзянь, разумеется, стала старостой группы. Помимо них, ещё двое — из первого и третьего класса. Сейчас в чате разгорелся спор из-за того, что одна девушка хотела добавить в группу свою подругу. Яблочный Хрустик: [В других группах по пять человек, нам же не помешает ещё один, да?] Яблочный Хрустик: [И моя подруга учится отлично, у неё всегда первое место в классе. Фан Цзянь, ты её знаешь.] Фан Цзянь действительно знала её — девушку из шестого класса по имени Цинькэсун. Училась она хорошо, но характер... Говорят, как-то раз во время группового проекта одногруппники её не слушались, и она пожаловалась преподавателю. В итоге всем было неловко. Фан Цзянь не понимала, зачем ей лезть именно в их группу. Она колебалась. А вот парень из группы ответил сразу. Не_собака: [Думаю, можно. Спроси у старосты, я не против.] Вопрос упёрся в Фан Цзянь. Ей хотелось ответить многоточием. Но, подумав, она вежливо написала: [Я не могу решать одна, нужно общее согласие.] Как только сообщение ушло, девушка тут же принялась упорно упоминать Цзян Фу: [@jf, выходи выходи, ждём только тебя! *глаза-звёздочки*] Хотя... она явно не знала Цзян Фу. Его жизненное кредо — «я мёртв, по делам обращайтесь в крематорий». Фан Цзянь не верила, что он вообще ответит. Так и вышло. До отбоя «Яблочный Хрустик» так и не дождалась реакции Цзян Фу и написала Фан Цзянь в личку, чтобы та спросила его сама. Яблочный Хрустик: [Я его в друзья добавила, но он не принимает.] Как староста, Фан Цзянь не могла отказать. Пришлось ответить: [Ладно, спрошу.] Но и это не помогло. Цзян Фу игнорировал её и в чате, и в личных сообщениях. Два дня Фан Цзянь пыталась организовать обсуждение темы проекта, но Цзян Фу так и не появился. «Яблочный Хрустик» донимала её вопросами, почему он не отвечает, и Фан Цзянь просто не знала, что сказать. Потом они случайно встретились в столовой. Девушка остановила Фан Цзянь и с серьёзным видом заявила: — Цзян Фу, кажется, уже два дня не появлялся в универе. Он вообще будет участвовать в проекте? Фан Цзянь дёрнула уголком рта. Честно говоря, она и сама его не понимала. Но обсуждать однокурсника за спиной было нехорошо, поэтому она успокоила её: — Он всегда такой, редко ходит на пары. «Яблочный Хрустик» была явно раздражена: — Но это же групповой проект! Разве так можно? Моя подруга ждёт, чтобы вступить в группу. Может, он заболел? Видимо, она действительно доверяла Фан Цзянь, потому что потянула её за рукав: — Ты же староста, спроси его ещё раз? [...] Как спросить? Я что, его мать? Но мысленно поругавшись, Фан Цзянь не смогла отказать. И на секунду ей даже показалось, что Цзян Фу правда мог заболеть. Но прежде чем эта мысль оформилась, он подкинул ей новую проблему — В тот же день Фан Цзянь получила жалобу от управляющей компании: её квартиру несколько ночей подряд обвиняли в нарушении тишины. Фан Цзянь: [...] Ну ты даёшь, Цзян Фу. Серьёзно? Видимо, соседи сверху и снизу были не в восторге, потому что в УК говорили строго: — То музыка до ночи, то храп — даже через стены и с берушами слышно. — Кто бы там ни жил, но как собственник вы обязаны это контролировать. Иначе конфликтов не избежать, согласны?