Юй Цинцянь проигнорировала «солнечного» юношу и вновь устремила взгляд в окно.
В глазах парня вспыхнул озорной интерес. Он небрежно, словно между прочим, попытался завязать разговор:
— Что это ты пьёшь? Выглядит неплохо.
Юй Цинцянь сделала глоток и медленно ответила:
— Бармен рядом. Он расскажет тебе о любом напитке, какой пожелаешь.
Этот маленький городок был обязательной остановкой на пути к центру Южного континента. Юй Цинцянь заметила, что и прохожие на улицах, и посетители в таверне — в основном подростки. Вероятно, все они направлялись на экзамены в Императорскую академию.
Юноша жестом подозвал бармена и заказал то же самое, что и у Юй Цинцянь.
Сделав глоток, он удивлённо приподнял бровь. Редко встретишь девушку, которая предпочитала бы столь крепкое пойло.
— Этот напиток такой же дерзкий и обжигающий, как и ты, — с улыбкой произнёс он, и в его голосе прозвучали нотки флирта.
Юй Цинцянь наконец повернула голову и смерила его взглядом с ног до головы. Прищурившись, она усмехнулась — ничуть не смущённая, а скорее насмешливая:
— У тебя ещё молоко на губах не обсохло, а ты уже пытаешься клеиться к женщинам. Подрасти сначала, приходи через пару лет.
Она видела его насквозь: хоть на языке у него и вертелись сальные словечки, взгляд оставался чистым. Обычное подростковое пижонство, желание казаться взрослее.
— Пфф! Ха-ха-ха...
К их столику подошёл другой юноша, одетый в изящные парчовые одежды, в сопровождении небольшой свиты. Он услышал последнюю фразу Юй Цинцянь и не смог сдержать смеха.
— Ци Жуй, — насмешливо бросил он приятелю, — кто бы мог подумать! Неужели наш великий ловелас, который «проходит сквозь тысячи цветов, не задев ни лепестка», получил от ворот поворот?
Ци Жуй помрачнел и зыркнул на вошедшего:
— Гун Хао, захлопни пасть.
Гун Хао скривил губы, перевёл взгляд на Юй Цинцянь и с улыбкой спросил:
— Красавица тоже едет поступать в Императорскую академию?
— А если и так, то что? — вскинула бровь Юй Цинцянь.
— Мы тоже направляемся туда. Как насчёт того, чтобы поехать вместе? — предложил Гун Хао.
— Не интересно, — она покачала бокалом, отвергая предложение.
Оба юноши, судя по всему, принадлежали к какой-то королевской семье. Но их самовлюблённость и напускная ветреность не производили на неё никакого впечатления. Ей больше по душе были зрелые мужчины.
Хотя, стоит признать, внешне они были весьма недурны, пусть и уступали её красавцу-отцу. А она всегда питала слабость ко всему прекрасному, поэтому и снизошла до пары фраз.
Пережив мрачный постапокалипсис, где царили тьма, вонь, зомби и вечный голод, в этом мире Юй Цинцянь жадно впитывала радости жизни. Она любила вкусную еду, обожала крепкий алкоголь, ей нравилось любоваться красивыми людьми — неважно, мужчинами или женщинами, — она любила шумную толпу и всё яркое, блестящее.
Ци Жуй бросил на Гун Хао провокационный взгляд, в котором ясно читалось: «Видишь? Твои манеры красотке тоже не по вкусу».
Гун Хао подсел к Ци Жую. Они продолжали перебрасываться фразами с Юй Цинцянь, на которые она изредка лениво отвечала.
Ночь сгущалась. Юй Цинцянь допила свой коктейль, бросила на стол две золотые монеты, кивнула на прощание парням и покинула таверну.
В тёмном углу заведения сидел юноша в красном одеянии. Всё это время он тихо наблюдал за Юй Цинцянь издалека и отвёл взгляд лишь тогда, когда её силуэт растворился в ночи.
Когда Юй Цинцянь ушла, Гун Хао повернулся к Ци Жую:
— Как её зовут? Она кажется забавной. И, похоже, мы её совершенно не зацепили.
Ци Жуй хлопнул себя по лбу, словно его озарило:
— Я даже забыл спросить её имя!
— Идиот, — беззлобно закатил глаза Гун Хао.
— Да какая разница? Узнаем в Императорской академии, — Ци Жуй повёл бровью, и его улыбка стала шире. — Такую девушку завоёвывать куда интереснее, когда есть вызов, верно?
— Согласен. Как насчёт того, чтобы устроить соревнование: кто первый её добьётся? — уголки губ Гун Хао поползли вверх. — Ставка прежняя.
— Идёт!
Обновлено: 20.01.2026