Глава 64 — Глава 64

1. Представьте: в ваш дом вломился грабитель. Он не просто угрожает убить вас – он собирается сжечь дом дотла. И тут на помощь приходит добрый сосед. В такой ситуации любой нормальный человек растрогался бы, бросил на спасителя благодарный взгляд и горячо его поблагодарил. Это ведь естественно. Ладно, допустим, благодарности последуют потом, когда с грабителем будет покончено. Но какого черта… — Всем занять оборонительные позиции вокруг пробужденного Ким Си У! В случае агрессии отвечать немедленно! — Есть! … с какого перепугу они так по–свински встречают тех, кто прилетел на помощь, прямо на взлетной полосе? Я окинул взглядом окруживших меня бойцов первого спецотряда пробужденных и горько усмехнулся. Перевел взгляд на японских пробужденных, преградивших нам путь, и сжал кулаки. — Глава Ким. — Да, господин Си У. — Можете вкратце объяснить, что происходит? Потому что я, честно говоря, ничего не понимаю. Обычно за таким абсурдом скрывается клубок противоречивых интересов, особенно политических. Но я и в корейском–то обществе пробужденных еще не до конца разобрался, куда уж мне вникать в хитросплетения японской политики? Наверное, главу Кима и приставили к нашей делегации как раз на такой случай. Он–то уж точно должен знать… — …Прошу прощения. Мы тоже не ожидали такого приема. Ясно. Значит, даже правительство Кореи такого поворота не предвидело? — Однако… — Однако? — Кажется, я знаю, что это за пробужденные. Они из организации под названием «Союз Восходящего Солнца». — Говорящее название, ничего не скажешь. Понятно. И что, в современной Японии такие вот ребята у руля? — Не все, но их можно считать силой, лишь немного уступающей нашей Всекорейской ассоциации пробужденных. Так вот почему у них на правых плечах нашивки с флагом Восходящего солнца. Раньше я был слишком занят выживанием, чтобы интересоваться политикой – будь то антияпонские или прояпонские настроения. Но это уже переходит все границы. — Ваше Святейшество. Лишь скажите слово. Я заметил, что Лео уже убрал свой монокль в карман. Его личный ритуал перед боем. — Нельзя оставлять безнаказанными тех, кто смеет проявлять к вам неуважение. Вы должны сурово покарать их и преподать урок остальным. — Не очень–то похоже на слова пацифиста. — Я не настолько глуп, Ваше Святейшество, чтобы рассуждать о мире с наглецами. Это было бы не миролюбие, а покорность. — Покорность, говоришь. Интересно, когда Римен даровала ему корейский язык, она заодно и словарный запас прокачала? В последнее время Лео говорит исключительно приятные мне вещи. Я кивнул на его слова и, медленно двинувшись вперед, сказал: — Как бы то ни было, Лео, не вмешивайся. Они наехали не на Папу Ордена Римен, а на Иррегуляра из Республики Корея. — Но я неделю назад тоже получил корейское гражданство. — Ты пререкаешься со мной? — …Слушаюсь. И вечно с ним нужно говорить начистоту. Лео кивнул и замер, а я пошел дальше. Затем я обратился к Кан Чхэ А, которая уже разогревала свои магические цепи, готовая в любой миг применить заклинание. — Госпожа Кан Чхэ А, я сам разберусь. — Пробужденный Ким Си У… — Как бы там ни было, я все–таки Папа. А Папы любят мир. Попробую для начала с ними поговорить. С этими словами я прошел мимо корейских пробужденных. Впереди меня ждали напряженные лица бойцов «Союза Восходящего Солнца». Отовсюду доносилась японская брань. Усмехнувшись, я спросил: — Кто–нибудь говорит по–корейски? И тут самурай из первого ряда – тот, что выглядел наименее способным говорить по–корейски (настоящий самурай, в традиционной одежде и с катаной!), – выкрикнул на чистейшем корейском: — Ким Си У! Если немедленно подчинишься нашим приказам, невинные не пострадают! Ты стоишь на японской земле! — Я в Японии впервые. У вас тут всегда так гостей встречают? — Кое–кто в правительстве, может, и считает тебя подмогой, но не мы! Ты не помощь, ты – ходячая ядерная бомба. А Ин Ук–то оказался провидцем. Они и вправду считают меня ядерной бомбой. Так, уже есть пара зацепок. Судя по фразе «кое-кто в правительстве», эти ребята не представляют официальную позицию Японии. Иначе они бы не стали спешно отправлять за нами чартерный рейс. Быстро сопоставив факты, я медленно кивнул. — Ну и слава богу. А я–то уж было подумал, что это официальная позиция вашего правительства. — Тех чиновников, о которых ты говоришь, мы уже заблокировали снаружи! Так что на их помощь не рассчитывай! — Спрошу еще раз. Вы не представляете правительство Японии. Верно? — Наш великий «Союз Восходящего Солнца» исполняет волю этой земли! Нам плевать на этих слабохарактерных правительственных крыс… Разговоров достаточно. Я легко взмахнул рукой, и мое тело затопил поток святой силы. Вырвавшись наружу, она мгновенно накрыла все вокруг. Среди противостоявших нам пробужденных из «Союза Восходящего Солнца» послышались стоны. [Вы применяете активный навык «Наставление», ур.??] [Ваша святая сила подавляет противника!] «Наставление» – навык, который обычно применяется к непокорным язычникам и еретикам. Эффект навыка буквально в том и заключается – наставлять и показывать. Вот только наставление для непокорных требует применения силы. — Т–ты… как ты смеешь с нами так… — Вы первыми проявили неуважение. А теперь – на колени. Моя святая сила заставила полсотни пробужденных из «Союза» рухнуть на колени. Парочка бойцов, на вид S–класса, пытались сопротивляться до последнего, но и они не выдержали непрерывного давления. Глядя на преклонивших колени врагов, я сказал: — Это вам, а не мне, стоит надеяться на помощь японского правительства. Честно говоря, я был бы не против прикончить вас всех прямо здесь и сейчас. — Т–ты… смеешь на японской земле нападать на японских пробужденных… — Как миролюбивый Папа, я считаю своим долгом разобраться с террористами, незаконно захватившими японский аэропорт. Разве не так? Посмотрите, из–за вас самолеты взлететь не могут. Я с ехидной ухмылкой двинулся к ним. Стоя на коленях, они смотрели на меня с еще большим ужасом, чем прежде. — Но все же нужно сохранить лицо японского правительства, которое попросило нас о помощи, да и свидетелей многовато. Так что, так и быть, на этот раз я вас пощажу… Это была моя позиция как Папы. А вот это – от корейца Ким Си У. ХРУСТЬ! — А–а–а–а–а! — Кх–х–х… Правые плечи всех стоявших на коленях боевиков вывернулись под неестественным углом. Вокруг раздались крики, но никто из них не мог даже дернуться. Моя святая сила по–прежнему придавливала их к земле. — Америке и другим странам, может, и наплевать, но мне – нет. В детстве родители часто читали мне учебники истории. Так что в следующий раз, когда мы встретимся, либо снимите эти нашивки, либо спрячьте их получше. Ах да, и еще… Я подошел вплотную к самураю, щеголявшему своим корейским, и, медленно наклонившись, прошептал ему на ухо: — Передай своим. Раз уж вы знаете, что я – ядерная бомба, то лучше меня не трогать. Еще раз сунетесь – и я взорвусь. Вот это я понимаю – мирные переговоры. По крайней мере, никто не умер. Верно? 2. С представителями японского правительства, о которых говорили боевики «Союза», мы смогли встретиться, лишь войдя в здание аэропорта. — Приношу глубочайшие извинения за этот досадный инцидент. Это целиком и полностью наша оплошность. Рост под метр восемьдесят. Короткая стрижка, узкие глаза. И тяжелый, пронзительный взгляд. Сперва я решил, что это японец, блестяще владеющий корейским. Но, услышав, как он обменялся парой фраз с Кан Чхэ А, я понял, что ошибся. — Давно не виделись, господин Рю Чин Ён. — Рад снова вас видеть. Вы хорошо выглядите, и это радует. Этим человеком был не кто иной, как Рю Чин Ён. Тот самый репатриант класса «Катастрофа», который переметнулся в Японию и получил в Корее прозвище Рю Ван Ён. Рю Чин Ён полностью оправдывал свой статус: он обладал невероятным уровнем магической силы, да и его магические цепи были под стать. Странным было лишь то, что отношения между ним и нашими правительственными агентами, включая Кан Чхэ А, не выглядели враждебными. Я–то его видел впервые, но для них он был предателем. Или нет? — Как поживает ваша матушка? — Она на Цусиме. Говорит, оттуда видно море у Пусана. С тех пор как переехала в Японию, она живет только там. Похоже, Кан Чхэ А и Рю Чин Ён были настолько близки, что знали семьи друг друга. Они обменивались вежливыми фразами, но во взглядах читалось совсем иное. «… Словно смотрит на бывшего возлюбленного». Особенно взгляд Кан Чхэ А – в нем сквозила нежность и сожаление. Но это длилось лишь мгновение. Рю Чин Ён повернулся ко мне и поклонился. — Пробужденный Ким Си У. Умоляю, простите нашу оплошность. Меня зовут Рю Чин Ён, я из Японского агентства по аномальным способностям. — Ким Си У. Надеюсь, то, что я только что устроил, не создаст проблем? — Ни в коем случае. — Однако, на мой взгляд, вы и в одиночку справились бы с этой швалью. По сравнению с ним те типы – просто мелюзга. Не верится, что они смогли бы его остановить. Я посмотрел на смутившегося Рю Чин Ёна и едва заметно улыбнулся. — В наше время трудно жить по совести, не так ли? — Согласен. И мне правда… очень жаль. — Извиняться должны не вы. У меня к вам много личных вопросов, но я задам их позже. Одно было ясно: Рю Чин Ён – совсем не тот, за кого его выдают. Изменник, предатель. Я слышал, что когда–то он был правительственным репатриантом. Если бы он и впрямь предал своих товарищей, Кан Чхэ А не смотрела бы на него с таким сожалением. Ведь она – патриотка до мозга костей. К тому же, предатели, которых я знал, обычно не выглядели такими виноватыми. Наоборот, они вели себя нагло и самоуверенно. Обменявшись со мной любезностями, Рю Чин Ён посмотрел на главу Кима, стоявшего у меня за спиной. Они тоже были знакомы? Рю Чин Ён поздоровался с ним на удивление радостным голосом. — Глава Ким Дон Шик! Давно не виделись. — Чин Ён. — Если бы не обстоятельства, я бы встретил вас куда радушнее… Какая жалость. Отлично. Потом расспрошу главу Кима. Так, поочередно поприветствовав всех членов нашей делегации, Рю Чин Ён учтиво произнес: — Американские пробужденные во главе с Эйденом Говардом уже прибыли в базовый лагерь. Я провожу вас туда. — Я слышал, Ямата–но Орочи появился к северу от города Сэндай. Не быстрее ли будет по железной дороге? — В данный момент линия Тохоку–синкансэн недоступна. Часть путей повреждена, ведутся экстренные восстановительные работы. Так что поедем на машинах. Становится ясно, что хаос творится не только в Корее. Рю Чин Ён провел нас наружу через VIP–коридор. На выходе нас уже ждали седан представительского класса и микроавтобус. Обе машины, как и та, на которой прибыл президент Со, были защищены магией. — Пробужденный Ким Си У может сесть в седан, остальные – в микроавтобус. — Эти ребята из «Союза Восходящего Солнца» принимали меня за ядерную бомбу. У правительства, я смотрю, другое мнение? — Лишь скромный знак признательности тем, кто откликнулся на беду соседа. — Можно я поеду с главой Кимом? — Как вам будет угодно. Я кивнул и жестом подозвал Лео. Затем сказал так тихо, чтобы слышал только он: — Ты поезжай в микроавтобусе, присмотришь за нашими пробужденными. И на всякий случай проведи освящение кузова. Понял? — …Слушаюсь. — И это не потому, что ты слишком большой и я не хочу ехать с тобой в одной машине. Так что не пойми меня неправильно. — Я и не думаю, Ваше Святейшество. — А по глазам не скажешь. — …Вот это и есть недоразумение, Ваше Святейшество. Ну, допустим. Мы распределились по машинам. Когда я уже собирался закрыть дверь седана, Рю Чин Ён сам прикрыл ее и сказал: — Еще раз добро пожаловать в Японию. Приветствие, с которым обычно встречают туристов. В ответ на его слова я мог лишь усмехнуться. Умоляю,