Конечно, ситуация подозрительная, но не стоит спешить с выводами.
«Общее у этой троицы то, что все они умрут».
И то, что все они были близки с Луизой.
Оправдывая свое прозвище «Бешеный пес», Рюрик лишил жизни далеко не одного и не двух человек, но…
«Похоже, все они были как-то связаны со смертью Луизы».
Значит ли это, что теперь, когда Луиза жива, их жизни станут длиннее?
— Упф.
Да как бы не так!
«Если я и правда беременна, то как минимум один из них точно отправится на тот свет!»
Мой брат — тот самый «Бешеный пес» Рюрик!
— Поздравляю, вы беременны.
Спустя несколько дней, преодолев немало трудностей, я наконец услышала эти слова от врача.
«Чего мне только не стоило встретиться с врачом не из Императорского замка…»
Хотя из-за капюшона моего лица не было видно, я с трудом сглотнула слезы, глядя на улыбающуюся физиономию доктора.
«Да, я беременна».
Все в порядке. Со мной все в порядке.
Это ведь не смертельная болезнь, к тому же дети такие милашки…
Милашки… Я уверена, что смогу хорошо о нем позаботиться…
«Но это мне придется его рожать?!»
А-а-а, мне во что бы то ни стало нужно найти отца ребенка!
Нужно найти его и сбежать из Императорского замка, пока никто не прознал о моем положении…!
«Да какая разница, что станет с этим книжным миром? Сбегу и исполню свою мечту из прошлой жизни — проживу долго и без всяких болезней!»
Сняв черный балахон и запихнув его обратно в большой бак, я поспешно вышла из уборной.
Едва я открыла дверь, как столкнулась с Фиби.
— Ваше Высочество, у вас расстройство желудка? Вы так долго пробыли в общественном туалете…
О том, что задняя дверь уборной в лавке ведет в переулок и что в кладовке спрятан черный балахон, я узнала из письма Каллистеона.
«Точнее, Каллистеон подготовил это заранее, так как лавка принадлежит торговому дому Бабенбергов».
А о том, что в этом переулке есть захудалая лечебница, я вычитала на карте рынка, которую ради забавы прислал Мастер башни Рен.
«Там все было утыкано звездочками в местах, где находились любимые рестораны Рена…»
Мое тщательно спланированное приключение завершилось успешно, словно во сне, но я никак не могла прийти в себя от шока после подтверждения беременности.
«Я… действительно… беременна!»
Интересно, есть ли среди той троицы отец ребенка?
«А что, если нет?»
Заметив мое отсутствующее выражение лица, Фиби с недоумением протянула руку.
— Ваше Высочество? Вам и впрямь нехорошо?
Я вздрогнула и пришла в себя лишь тогда, когда прохладная ладонь Фиби коснулась моего лба.
— Нет, просто… В последнее время мне трудно ходить в туалет.
Фиби тут же нахмурилась.
— Я так и знала! Мне и вчера показалось, что вы не смогли!
…Она что, и такое отслеживает?
— П-пойдем уже.
Смутившись, я зашагала вперед, и мои ноги, наполнившиеся энергией, начали двигаться бодрее, чем нужно.
«Ох, трудно себя контролировать».
Наверное, такие же чувства испытываешь, когда пересаживаешься с обычного экипажа на скоростной.
«Надо же, какая легкость в теле, хотя я беременна!»
К счастью, Фиби, похоже, не заметила ничего странного.
— Хорошо, Ваше Высочество. Я уже забрала вещи.
По ее знаку слуга последовал за нами, прижимая к себе большую роскошную коробку.
Вскоре мы сели в императорскую карету, и коробку поставили рядом с Фиби.
Поглаживая крышку ладонью, она произнесла:
— А Великий герцог, оказывается, в душе романтик. Если хотел сделать подарок, мог бы просто прислать его в Императорский замок. А он заставил нас проделывать такой путь.
Наверное, он просто хотел создать повод, чтобы я могла выбраться из дворца и проветриться?
Все-таки Каллистеон, которого я прописала как «Северного змея», был нежен только с Луизой.
«Говорили, он всегда всё подстраивал так, чтобы при каждом посещении лавки Бабенбергов она могла унести с собой охапку подарков».
Но теперь в моей голове крутилась только одна мысль:
«Может, он и есть отец?»
Цок-цок, цок-цок.
Императорская карета была худшим врагом для беременной на раннем сроке.
Спустя некоторое время я вышла из экипажа с побледневшим лицом, сдерживая позывы тошноты.
«Если я ничего не сделаю с этим токсикозом, меня раскроют раньше, чем появится живот».
Едва я с трудом выпрямилась, как откуда-то донесся резкий запах духов.
— Бе-е.
Мне снова пришлось сдерживать подступившую тошноту.
Казалось, источник запаха становился все ближе.
«Не подходи, не подходи…»
Однако незнакомка, явно не собираясь останавливаться, подошла ко мне и бесцеремонно повисла на руке.
— Луиза!
Тот, кто может так открыто называть меня по имени, обычно принадлежит к императорской семье.
Прежде чем я успела опознать ее по этому факту, Фиби склонилась в глубоком поклоне.
— Ваше Высочество Императорская принцесса Чирилла.
Чирилла.
Последние несколько дней я провела взаперти, изо всех сил стараясь вспомнить сюжет «Безумия» и записывая все детали, что всплывали в памяти.
Например…
Вторая принцесса (25 лет).
Чирилла Арета Брентания.
Рыжие волосы, золотые глаза.
У нее едва ли не самый сносный характер среди всех членов императорской семьи.
Хоть я сама и написала эту книгу, не ожидала, что вспомню даже второе имя второстепенной принцессы.
«Ого, неужели я все это помню?»
Возраст второй принцессы всплыл в памяти так же четко, как таблица умножения.
Восхищаясь собственной памятью, я натянула на лицо улыбку.
— Сестра Чирилла…?
Я прошептала это совсем тихо, не будучи уверенной в обращении, но Чирилла радостно просияла.
— Как удачно мы встретились! Я как раз собиралась зайти к тебе.
Несмотря на то, что роль у нее была не самая значительная, она оказалась симпатичнее, чем я думала.
Ее золотистые глаза выглядели таинственно, а рыжие волосы, характерные для императорского рода Брентании, ярко сияли в лучах полуденного солнца.
«По сюжету только Луизе и наследному принцу Харту не достались рыжие волосы».
В любом случае, Чирилла собиралась меня навестить?
«Рюрик и я были в немилости, жили в Отдельном дворце и почти не участвовали в имперских мероприятиях…»
Рюрик так сильно любил Луизу только потому, что в этом огромном замке они с самого детства могли полагаться только друг на друга.
«В отличие от наследного принца и остальных принцев и принцесс, только они двое были детьми покойной второй наложницы».
Более того, по сюжету вторая наложница была простолюдинкой.
Я не сразу ответила ей, пытаясь привести в порядок мысли, но Чирилла, не дожидаясь ответа, тут же спросила:
— Послушай, Луиза. А Великий герцог Каллистеон придет на пир в честь победы?
Ну конечно.
«У нее была цель».
Я сглотнула, чувствуя, как пересохло в горле.
Если сейчас выяснится, что подарок, который несет слуга, от Великого герцога Каллистеона, и Чирилла за это закатит мне скандал, то я пас.
«Вообще-то, я долго болела и довольно слаба духом…»
Если отец ребенка Каллистеон, это будет катастрофа.
«Но даже если я хочу угодить Чирилле, я понятия не имею, придет Каллистеон на пир или нет».
Честно говоря, я даже не думала об этом пире.
Последние несколько дней я была слишком занята восстановлением сюжета, анализом писем и планами, как попасть к врачу.
Я с трудом выдавила ответ:
— Ну… Я и сама не знаю.
К моему удивлению, уголки губ Чириллы поползли вверх.
— Говорят, твой брат Рюрик уже давно пересек границу земель Муасак, неужели от Великого герцога до сих пор нет вестей?
«Твой брат Рюрик», ну и манера общения.
«Он ведь и твой брат тоже, разве нет?»
Впрочем… с тех пор как я стала Луизой, вестей от Каллистеона я не получала.
«Возможно, в той коробке и лежит письмо… но я его еще не видела».
Поэтому я ответила более уверенно:
— Да, пока нет.
— А я была уверена, что тебе-то он точно напишет…
Однако в голосе Чириллы не было и следа разочарования.
Похоже, оставшись довольной ответом, она легко меня отпустила.
— Заходи как-нибудь на обед, ладно?
Наверняка это были пустые слова, но и мне совершенно не хотелось идти к ней на обед.
«То, что я в этом Отдельном дворце на положении бедной родственницы, для меня сейчас огромное везение».
Я ведь только что попала в это тело, я новичок из новичков.
Пока я даже не знаю, начнется ли сюжет моей книги или нет, и любая оплошность может обернуться катастрофой.
Похоже, раз я ничего не знала о Каллистеоне, в ее глазах я была бесполезна.
После того как Чирилла ушла с довольным видом, мы благополучно вернулись в мою комнату в Отдельном дворце.
Оказавшись в мало-мальски знакомой обстановке, я снова задумалась о главной проблеме.
«Так кто же все-таки отец ребенка?!»
Неужели никто из них не захочет брать на себя ответственность?
«Я же все-таки принцесса!»
Пока я мучительно размышляла об этом, Фиби с лукавой улыбкой спросила:
— Мне оставить вас наедине?
Зачем…?
Я окинула взглядом комнату и заметила на столе коробку с подарком.
Фиби, прищурившись, прошептала:
— Может быть, именно в этот раз его светлость решится на признание.
Обновлено: 20.02.2026