Глава 364 — К. Часть 364

Это был Суй Чанъюнь из Чэнъюндянь. Один из редчайших сверхгениев Чанминцзе. Суй Чанъюнь, не скрывая интереса, окинул Нэ Сюня оценивающим взглядом и усмехнулся: — Ученик патриарха Цзидао-цзун, Нэ Сюнь? Нэ Сюнь слегка кивнул: — Верно. — Не так красив, как я, — пренебрежительно фыркнул Суй Чанъюнь. Нэ Сюнь замер; на его лице мелькнуло редкое замешательство. Прежде чем он успел ответить, Суй Чанъюнь уже направился ко дворцу. Нэ Сюнь, собравшись с мыслями, хотел последовать за ним, но вдруг услышал радостный женский голос. — Нэ Сюнь! Он слегка замедлил шаг и обернулся. Это была Янь Яо. Теперь она была одета в форму учеников Дома Лу. Её глаза сияли от счастья при виде Нэ Сюня, в груди клокотали невысказанные чувства. Она ускорила шаг, желая поговорить с ним. Но он отступил на шаг. — Госпожа Янь, — сухо произнёс Нэ Сюнь. Янь Яо почувствовала, как сердце её сжалось. — Нэ Сюнь, почему ты обращаешься ко мне так холодно? — Если говорить о старшинстве на континенте Гуйюань, ты должна называть меня "дядей Нэ". А если учитывать положение в Чанминцзе, мы с тобой — чужие люди, — спокойно ответил он. Эти слова заставили глаза Янь Яо наполниться слезами. — Неужели... мы не можем быть друзьями?! Нэ Сюнь мягко покачал головой. — Нет. Коротко и ясно. Янь Яо покраснела от обиды; её пальцы впились в ладони. Она глубоко вдохнула: — Почему нет? Из-за разницы в статусе? Дай мне время, и я догоню тебя! Нэ Сюнь оставался невозмутим. Он повернулся, собираясь уйти. — Не уходи! Ты же знаешь, я люблю тебя! — в панике воскликнула Янь Яо, бросаясь вперёд, чтобы обнять него. Но в тот момент, когда она почти коснулась его, её охватило предчувствие опасности. *Бум!* Нэ Сюнь поднял зонт, защитив Янь Яо от атаки. Он поднял взгляд и увидел, что нападавшей была Наньжун Цзинъюнь, дочь патриарха Цзидао-цзун. Та холодно оглядела Янь Яо, затем подошла к Нэ Сюню и тихо произнесла: — Младший брат. Нэ Сюнь посмотрел на неё и спокойно сказал: — Впредь не нападай без причины. Наньжун Цзинъюнь нахмурилась. — Но она хотела обнять тебя... — Она не смогла бы до меня дотронуться, — ответил он, его лицо оставалось невозмутимым, словно нарисованным тушью. Услышав это, Наньжун Цзинъюнь слегка опустила голову; в её глазах мелькнула тень разочарования. Не желая продолжать этот разговор, она сказала: — Пойдём, младший брат. Нэ Сюнь кивнул. А Янь Яо, наблюдая, как они уходят, чувствовала, как гнев и обида разрывают её сердце. Ещё за пределами гробницы она заметила Наньжун Цзинъюнь, ведь та всегда стояла рядом с Нэ Сюнем... Сжав кулаки, Янь Яо крикнула ему вслед: — Не Сюнь, если я не твой друг, то кто тогда? Может, в твоих глазах друзей вообще не существует! Внезапно её губы искривила горькая усмешка. — Я поняла! Твой друг — это Шэнь Янь, да? Ты так заботишься о ней! Но знаешь что? У неё уже есть любимый человек, и это не ты, а Фэн Син! Нэ Сюнь слегка замер, опустив глаза, так что никто не увидел его выражения. Но Наньжун Цзинъюнь, идущая рядом, уловила это. Её сердце сжалось. Она понимала, что младший брат равнодушен к Янь Яо, но... — Младший брат, кто такая Шэнь Янь? Нэ Сюнь ненадолго задумался. — Знакомая. Наньжун Цзинъюнь слегка расслабилась. Она взглянула на его безупречный профиль, затем перевела взгляд вперёд. Кто такая Шэнь Янь? Жительница Нижнего мира? — Она тоже в гробнице Линь-Хуан? — спросила она, не скрывая любопытства. Нэ Сюнь оставался невозмутимым. — Да. Почти восемьдесят процентов людей устремились в сторону императорского дворца Тяньчжоу. Среди тех, кто уже достиг его внешних пределов, были патриарх Цзидао-цзун, старейшина Чэнъюнь-дана, старейшина клана Лу, старейшина Ци и другие представители различных влиятельных сил. Однако они не смогли войти внутрь, поскольку вокруг дворца был установлен мощный защитный барьер. Это означало, что проникнуть в императорский дворец Тяньчжоу будет непросто. Если попытаться атаковать барьер силой, это вызовет огромную опасность. Два каменных слона-оборотня у ворот дворца пробудятся, что, несомненно, создаст множество проблем. Патриарх Цзидао-цзун и другие медленно подняли взгляды, устремив их на двух гигантских каменных стражей. Слоны, словно две величественные горы, возвышались между небом и землёй, внушая непередаваемое благоговение и подавляющее чувство. Их тела были огромными и массивными, будто несли на себе бремя бесчисленных лет и таинственной силы. Шкура, грубая и твёрдая, напоминала древний камень, источая ауру веков. Глубокие и властные глаза слонов излучали свет, внушавший трепет. От них исходило незримое давление. Патриарх Цзидао-цзун и остальные почувствовали, как их сердца сжались, будто они стали ничтожно малы перед этой мощью. — Не ожидал, что император Линь Шэнь Чу активировал защитный барьер дворца перед тем, как принести себя в жертву, — мрачно произнёс старейшина клана Лу. — Видимо, он хотел сохранить последний оплот династии Тяньчжоу, — погладил бороду и вздохнул старейшина Ци. Теперь Чанминцзе больше не принадлежал династии Тяньчжоу. Лишь этот дворец и столица остались местом, которое Шэнь Чу защитил ценой своей жизни. — Ха! Династия Тяньчжоу давно пала. Даже если этот клочок земли уцелел, что с того? Разве кто-то из рода Шэнь сможет вернуться? — усмехнулся второй старейшина клана Хэлянь. — Даже если вернутся, всё уже изменилось. Этот мир больше не принадлежит роду Шэнь, и у них нет ни могущественных сановников, ни воинов, которые поддержали бы их правление, — язвительно заметил старейшина клана Лу. Рано или поздно Чанминцзе станет владением их клана Лу! Врядли другие силы догадываются, что их праотец Лу Цзунъян до сих пор жив... Вокруг собиралось всё больше людей. Ученики, заметив своих старейшин, не решались действовать без приказа. Из толпы внезапно вырвался рыжеволосый юноша, устремившись к дворцу. Патриарх Цзидао-цзун и остальные нахмурились, почувствовав раздражение. Они уже готовы были отбросить его прочь, ведь его действия могли спровоцировать пробуждение каменных стражей! Старейшина Ци, узнав Чжугэ Юлина, едва не потерял сознание. Он уже собирался схватить его, как вдруг за спиной юноши возникла тень. Девушка резко пнула его ногой в задницу. Раздался глухой удар. Чжугэ Юлин шлёпнулся на землю, корчась от боли. — А-а-а! — завопил он, яростно оглядываясь в поисках обидчицы. — На что уставился? — строго спросила миниатюрная девушка. — Зачем ты меня пнула?! — возмутился он, но, увидев Цзян Сяньюэ, гнев в его глазах сменился обидой. Она подошла ближе и покачала головой: — Ты ведёшь себя как полный идиот. Кого ещё пнать, как не тебя? Остальные старейшины уже начали излучать убийственные намерения. Если бы она не остановила его, его бы уже прикончили или как минимум серьёзно покалечили. Зрители невольно скривились. Многие гадали, кто эти двое. Старейшина Ци вздохнул и строго сказал: — Юэюэ, присмотри за ним, чтобы не носился как угорелый. — Хорошо, учитель, — кивнула Цзян Сяньюэ, помогая Чжугэ Юлину подняться. Он потянулся, чтобы потереть ушибленное место, но она шлёпнула его по руке. — Опять за что?! — возмутился он. — Не позорься на людях, — отрезала она. — Это моя задница! — А глаза — их. Чжугэ Юлин окинул взглядом окружающих и убедился, что многие действительно пялятся на него. Нахмурившись, он наклонился к Цзян Сяньюэ и прошептал: — Но мне же больно! Ты пнула так сильно, что, кажется, всё треснуло. Они стояли так близко, что со стороны это выглядело почти интимно. Цзян Сяньюэ отстранилась, сунула ему в руки флакон с пилюлями и оттолкнула его: — Возьми. Выпей — и пройдёт. Он потряс флаконом: — Здесь много пилюль. Все мне? — А кому ещё? — усмехнулась она. Чжугэ Юлин сразу просиял. — Юэюэ, ты самая добрая! — проглотив одну пилюлю, он бережно убрал остальные. Цзян Сяньюэ покачала головой, мысленно назвав его дураком. Тем временем старейшину Ци спросил старейшина клана Лу: — Говорят, ты взял восемь личных учеников из Нижнего мира. Эти двое — двое из них? Старейшина Ци улыбнулся: — Да. Ученики непослушные, необузданные. Прошу проявить снисхождение. Старейшина клана Хэлянь многозначительно заметил: — Рыжий парень — из клана Пожирателей Золота, да? Старейшина Ци кивнул. Услышав это, патриарх Цзидао-цзун и старейшина Чэнъюнь-дана задумчиво посмотрели на Чжугэ Юлина. Старейшина Чэнъюнь-дана промолвил: — Что же делать теперь? Неужели уйдём ни с чем? Великие мастера погрузились в молчание. Появление гробницы Линь-Хуан — редчайшая возможность. Кто знает, представится ли ещё такой шанс? Пока они размышляли, появились Нэ Сюнь и Наньжун Цзинъюнь. Нэ Сюнь сразу заметил защитный барьер. В его сознании мелькнули обрывки воспоминаний, и он на мгновение закрыл глаза, будто устав от них.