Этот ребёнок тоже просто хотел домой, хотел обрести свободу, позволяющую делать что вздумается.
Если такой человек не считается нормальным, то кого же тогда считать людьми, поглощёнными суетой и бесконечно куда-то спешащими?
Голос старика становился всё тише, почти растворяясь в воздухе.
— Спустя ещё несколько лет правительство начало изымать запрещённое оружие. Малыш пыталсяспрятать боевого робота, но, к сожалению, его тоже уничтожили.
— Иногда я видел, как ребенок несёт корзину, научившись самостоятельности раньше сверстников, и думал, что он замечательный ребёнок. Хотя и неуклюже, но он старался влиться в общество. Просто процесс интеграции требует поиска себе подобных. А у него это был робот.
— Вот, пожалуй, и всё.
После разговора они застыли на месте, погрузившись в состояние, близкое к прострации.
Сколько бы тренировок они ни прошли, не испытав тени войны, возможно трудно с уверенностью сказать, что они способны понять.
И нельзя с уверенностью ответить, в таком контексте, желание стать роботом — это правильно или всё же нет.
Пока капли дождя не упали на них, медленно скатываясь по волосам.
И без того прохладная осенняя ночь из-за внезапного дождика стала ещё холоднее.
— Чёрт! — подпрыгнул Цзян Линься. — Оборудование нельзя мочить! Есть зонты?
Янь Шэнь ещё искал зонты, пока Сян Юньцзянь, не мешкая, рванул обратно.
Они снова побежали к невысокому зданию, стоящему немного поодаль.
***
Чэнфэн достала из кармана ярко-жёлтый пакетик, развернула его и понюхала — пахло ананасом.
Она протянула конфету своему застывшему другу, подождала немного, потом забрала обратно и положила в рот.
Едва во рту появилась сладость, как дверь снова распахнулась. Четверо молодых людей, недавно ушедших, стояли в дверях, поправляя одежду, затем, вошли, опустили сумки и поздоровались, пояснив:
— Пошёл дождь, мы переночуем у тебя.
Чэнфэн возразила:
— Места не хватит.
— Наш финансист заплатит, — Сян Юньцзянь небрежно махнул рукой. — Тысяча за ночь.
Чэнфэн резко встала, быстрыми шагами подошла к Синь Кую, выдавила стандартную улыбку для клиентов и поклонилась:
— Благодарю, тысяча.
Цзян Линься громко спросил из другой комнаты:
— Малыш, здесь слишком холодно, у тебя есть отопление?
Чэнфэн, пересчитывая деньги, ответила:
— Неа.
Они поискали и обнаружили, что в её скромном жилище нет не только отопления, но и запасных одеял тоже нет.
В доме у этого ребёнка, кроме различного хлама из откопанных с мусорки деталей, во всём остальном царила удручающая бедность.
Цзян Линься снова был шокирован этим мелким вымогателем, скрежеща зубами, он спросил:
— Хозяин, ты только берёшь деньги, а об удобствах не заботишься, так что ли?
Совесть Чэнфэн слегка дрогнула, после чего она по-дружески сдала ему в аренду шерстяное одеяло, которым был накрыт робот.
— Экономьте на сне. — добросовестно предупредила Чэнфэн. — Одеяло маленькое.
Цзян Линься: «???»
— А ты, значит, такой добренький?
***
Когда Сян Юньцзянь вышел после душа, Чэнфэн уже легла в кровать.
Она была такой же непритязательной, как и днём. Сняла только верхнюю куртку, под которой осталась немыслимая, с точки зрения обычного вкуса, мешанина одежды. Она даже спала в шапке, правда, немного другой.
Новая шапка была из мягкой хлопковой ткани, плотно облегающей голову. Она была настолько глубокой, что закрывала и глаза. Это выглядело довольно удобно.
Сян Юньцзянь мог понять, почему этот ребёнок спит прямо в тёплой одежде — на кровати сейчас было лишь тонкое поношенное одеяло.
Все постельные принадлежности из её шкафа были разобраны. Цзян Линься, не сумев занять кровать, требовал свою долю одеяла и подушки как потребитель, заплативший за услугу.
Забавно, но Чэнфэн оказалась весьма привязана к своей кровати.
Это была узенькая односпальная кровать. Чэнфэн лежала у стены, неестественно вытянув наружу одну руку и ногу, занимая большую часть оставшегося пространства. Её намерение было очевидным — ни с кем не делить это пространство.
Сян Юньцзянь стоял рядом, смотря на этого малыша сверху вниз, вытирая мокрые волосы полотенцем, когда с усмешкой заметил:
— Странно. Разве роботы не должны спать стоя?
Веки Чэнфэн дёрнулись, и она тут же ещё громче захрапела, имитируя крепко спящего человека.
К её удаче, Сян Юньцзянь отошёл.
Чэнфэн с облегчением выдохнула.
Вскоре она почувствовала, как сверху её накрыли ещё одним одеялом, полностью накинув его ей на лицо.
Чэнфэн незаметно подцепила его пальцем и стянула вниз, обнаружив, что Сян Юньцзянь стоит рядом и смотрит прямо на неё:
— Сними куртку, — сказал он.
С другого конца комнаты вдруг взвыл Цзян Линься:
— Старший Сян!
Сян Юньцзянь безжалостно парировал:
— А ты надень одежду.
Цзян Линься:
— На мне только одна куртка! Я её и не снимал!
— Сегодня ты сам объявил: «Не брать у народа ни нитки». Пока она ещё не твоя однокурсница, твои действия — это грабёж одеяла у несовершеннолетнего, особенно отягчающее обстоятельство, — Сян Юньцзянь бросил ему коммуникатор. — Ладно, уведоми студентов из списка, завтра в девять утра, сразу сюда на учения.
Обновлено: 03.02.2026