Рано утром Цзян Юймо отправилась на автобусную остановку, чтобы встретиться там с Янь Цин и Сунь Мэнтин. Собравшись вместе, все трое купили билеты до столицы и стали дожидаться времени отправления.
— Я взяла с собой все свои сбережения, около двух тысяч юаней, — взволнованно похвасталась Янь Цин. Среди подруг она слыла богатой молодой госпожой.
— Зачем тебе так много? Мы же вернемся сегодня к вечеру, — недоуменно спросила Цзян Юймо.
То, что родители отпустили их на несколько часов в другой город, — само по себе настоящее чудо. Им бы точно не позволили остаться там на ночь.
— Мне нужно сходить в магазин, где продается все, связанное с музыкой, и купить CD-диски, — сердито сказала Янь Цин. — Я сравнила те диски, которые покупала как-то раз, с дисками моей сестры, и оказалось, что мне продали какие-то пиратские версии! Неужели у владельца того магазина совсем нет совести? Наживается на деньгах таких школьников, как я.
У Янь Цин была одна самая любимая певица. Несколько лет назад, на самом пике карьеры, эта певица внезапно объявила о том, что на время отойдет от своей деятельности в индустрии развлечений. Для Янь Цин это оказалось настоящим ударом, и она даже плакала из-за этого.
— На этот раз я куплю семь или восемь настоящих дисков! — Янь Цин тихо вздохнула. — Вообще, в этом году будет несколько концертов, но я слышала, что все билеты уже распроданы. Я бы тоже хотела поехать, только родители ни за что меня не пустят. Но диски все равно куплю. А лучше всего было бы встретиться с ней вживую и попросить автограф!
Цзян Юймо и Сунь Мэнтин посмотрели друг на друга, не понимая хода мыслей их знакомой «молодой госпожи».
У них тоже были певцы, которые им нравились, однако они не стали бы из кожи вон лезть, лишь бы купить CD-диски с их песнями. Самое большее — искренне бы обрадовались, если бы узнали, что их фавориты занимают топовые места в музыкальных программах, которые крутят по телевизору во второй половине дня.
В этом году по стране прогремело много хитов, и те исполнители, чьи песни попадали в десятку лучших, заслуживали восхищения.
Не переставая болтать, три девушки сели в подъехавший автобус и, что неудивительно, увидели знакомое лицо. Цзян Юймо знала всех водителей автобусов на дороге из Нинчэна в столицу провинции, так как те работали с ее отцом.
— Едете в столицу? — приветливо улыбнулся водитель, доставая из своей сумки несколько апельсинов и протягивая их Цзян Юймо. — Почему же ты не поехала со своим отцом?
— Вы так умело ведете автобус, дядюшка Ван, что меня ничуть не укачивает, — мило улыбнувшись, ответила Цзян Юймо.
Услышав это, мужчина рассмеялся:
— Верно, верно, мои замечательные навыки вождения всем известны! — отсмеявшись, он напомнил: — В столице относительно безопасно, но все же будьте осторожны и соблюдайте правила поведения на дороге.
— Конечно, конечно, — быстро кивнула Цзян Юймо. — Мы просто зайдем в книжный магазин за покупками и вернемся.
После этого подруги наконец-то прошли в самый конец салона и уселись на сиденья.
Янь Цин не удержалась от похвалы:
— Теперь понятно, почему ты так нравишься моим родителям, Юймо. Так легко находишь подход к любому человеку. Даже сказала, что мы едем в столицу за книгами, ха-ха-ха!
— Так я правда собираюсь в Синьхуа, — серьезно произнесла Цзян Юймо.
— За романами, что ли? У меня их осталось не так много, — сказала Янь Цин.
— Нет, я должна купить кое-какие книги для Нин Чжиюй.
— Вы с ней правда подружились? — с интересом спросила Сунь Мэнтин.
— Не совсем… — Цзян Юймо замялась. — Может, мы стали немного ближе, чем просто знакомые ученицы из параллельных классов.
— Вот вам и разница между нами и отличниками, — с оттенком печали произнесла Янь Цин. — Кто захочет ходить по книжным магазинам во время каникул? Я даже за материалом, что мы изучаем, не успеваю, а тут еще постоянные экзамены.
Девушки одновременно грустно вздохнули, про себя думая, что никогда в жизни не смогут достичь уровня Нин Чжиюй.
Стоило автобусу тронуться, как их охватило радостное волнение. Они взяли с собой много закусок, как будто ехали за город отдохнуть, что тоже подогревало энтузиазм. Однако вскоре он весь иссяк, и девушки, прислонившись друг к другу, покачивались вместе с автобусом. Их начинало клонить в сон. Спустя неизвестное количество времени раздалась слабая мелодия звонка, и Цзян Юймо потянулась за своим телефоном. Увидев высветившееся на экране имя, она приняла вызов.
— Привет.
— Привет. Где вы сейчас? — раздался на другом конце провода низкий голос Дуань Е.
Цзян Юймо отдернула в сторону темно-синюю занавеску и выглянула наружу, мгновенно смутившись.
— Я не знаю…
— Опиши что-нибудь, что ты видишь.
— Мы только что проехали мост, здесь еще такой большой рекламный щит, — Цзян Юймо никогда не жаловалась на свое зрение и прочла объявление на щите: — Больница Линань на страже вашего мужского достоинства…
Проснувшаяся всего несколько секунд назад, она, не осознавая смысла написанного, прочитала это вслух. И лишь когда Дуань Е отреагировал на ее слова молчанием, Цзян Юймо наконец-то пришла в себя. Ее щеки тут же покраснели.
Вот черт! Что же она натворила?!
Лучше бы ей прямо сейчас умереть на месте!
Цзян Юймо и Дуань Е продолжали молчать, между ними повисла неловкая тишина.
Наконец послышался спокойный голос Дуань Е, словно ничего и не произошло:
— Скоро вы заедете в город. Если не попадете в пробку, то через двадцать минут будете на станции.
— Хорошо, я поняла, — выдавила все еще красная, как помидор, Цзян Юймо.
— Ты голодна? — спросил Дуань Е. — Давай я куплю тебе что-нибудь поесть?
— Нет, я правда ничего не хочу.
Цзян Юймо поняла, что значит чувствовать себя неловко при разговоре с кем-то. Вот прямо сейчас ей было ужасно неловко говорить с Дуань Е.
— Тогда я отключаюсь. Позвони мне, если что-нибудь понадобится, — помолчав еще несколько секунд, произнес парень.
С облегчением вздохнув, Цзян Юймо поскорее нажала красную кнопку и погрузилась в глубокие раздумья. А точнее, стала прокручивать произошедшую сцену у себя в голове, жмурясь и то и дело несильно ударяя Янь Цин по бедру, словно желая выплеснуть свое разочарование.
— Что с тобой не так? — не выдержала сбитая с толку Янь Цин.
— Буквально минуту назад она сказала что-то о мужском достоинстве, — подсказала Сунь Мэнтин. — Юймо, я тебя не осуждаю, но неужели вы с Дуань Е уже разговариваете на такие интимные темы?
— Для наших ушей эти разговоры не предназначены! — воскликнула Янь Цин.
Цзян Юймо окончательно расклеилась и выглядела совершенно безнадежно.
— Кто-нибудь из вас хочет меня задушить? Мне больше не нужна эта жизнь.
К сожалению, Янь Цин уже было не остановить. Ее глаза засияли, и она с нескрываемым любопытством спросила:
— Он отреагировал как-нибудь на твою провокацию? — вспомнив все прочитанные ею романы, девушка потерла подбородок. — Что-то вроде: «Женщина, ты играешь с огнем»? Или, может, «Неужели ты сомневаешься в своем мужчине»?
— Мэнмэн, можешь, пожалуйста, убить и Янь Цин тоже? Я дам тебе двадцать юаней, — повернувшись к Сунь Мэнтин, жалобно попросила Цзян Юймо.
Все это продолжалось до тех пор, пока они не вышли из автобуса.
В ушах Цзян Юймо, которая стала похожа на беспомощного котенка, не затихал дьявольский шепот Янь Цин:
— Женщина, ты разожгла этот огонь, тебе его и тушить.
«Я определенно затащу тебя на дно вместе со мной, Янь Цин», — подумала Цзян Юймо, глядя перед собой безжизненными глазами.
Обновлено: 02.02.2026