Глава 144 — Глава 72.1

Семь человек в комнате в данный момент были неспособны сопереживать Чжоу Цзи. Чжао Чжэн все продолжал его критиковать: — Лицемер! — Точно! — резко поддакнула Янь Цин. — Если бы мои родители перевели мне сотни тысяч на мой день рождения… Ох! Я бы ни за что не осмелилась мечтать о большем! — С таким количеством денег ты можешь купить себе любой подарок! И все еще ведешь себя так, будто получил серьезную травму, на это невыносимо смотреть! — вставила свои жалобы Цзян Юймо. Нин Чжиюй тоже кивнула, полностью соглашаясь с ними. Только Чжоу Цзи был как изгой, обиженный и оскорбленный друзьями. Наконец-то освободившись от нападающих, он, весь растрепанный, с торчащими во все стороны волосами, стал защищаться: — Каждый год одно и то же. Они всегда используют мой день рождения как повод пообщаться, и даже если дарят подарки, то купленные их помощниками. Если бы вы были на моем месте, то, скорее всего, тоже не смогли бы этого выносить! — Но, — заговорила Сунь Мэнтин, — они ведь не забыли о твоем дне рождения. Эта фраза застигла Чжоу Цзи врасплох. — Да, даже если просто чтобы пообщаться, но они вспомнили о нем, хотя тебя и нет рядом. — Их подчиненные напоминают им, — попытался возразить Чжоу Цзи. — Это просто означает, что они заняты работой, — легко парировала Янь Цин. — Я читала в романах, что это так. Они много работают, и, как дети, мы должны их понимать… В конце концов, они обеспечили тебе беззаботную жизнь. На самом деле, если бы ты родился в обычной семье, у тебя могли бы быть другие претензии к ним. — Неважно, почему именно, но они помнят о твоем празднике, — мягко добавила Нин Чжиюй. В голову Чжоу Цзи закрались сомнения. — Нет, вы серьезно думаете, что этого достаточно? Вы так помешаны на деньгах? — никак не мог он понять. — Что это за подарок такой? В нем совсем нет искренности, никаких намеков на то, что они старались! — Ты помнишь дни рождения своих родителей? — Дуань Е, который все это время молчал, вдруг подал голос. Этот вопрос попал в точку. По крайней мере, Чжоу Цзи не смог ответить. Потому что, на самом деле, он не знал дней рождений своих родителей… ни месяца, ни числа. — Восемнадцать лет, — Цзян Юймо окинула Чжоу Цзи взглядом. — Сегодня тебе исполняется восемнадцать лет, так что веди себя как взрослый. После всех этих слов парень погрузился в размышления. На этот раз их слова заставили его задуматься. Никто никогда раньше не спрашивал его, помнит ли он дни рождения своих родителей. На самом деле, он мало что помнил. Он даже не был уверен, правильно ли помнит год рождения своего отца… Он знал только, что его отцу было за сорок. В этот вечер Чжоу Цзи проявил инициативу и отправил сообщение, в котором благодарил родителей. К его удивлению, на следующий день они снова перевели ему небольшую сумму… Казалось, что простое сообщение было равносильно просьбе дать ему денег. Чжоу Цзи поделился этим со своими друзьями, но снова получил хороший нагоняй и приказ угостить их напитками. Они оставались верны убеждению, что не нужно быть вежливыми с будущими капиталистами! *** Восемнадцатилетие Чжоу Цзи, казалось, стало поворотным моментом. После этого время пролетело незаметно. Наступила весна, и погода стала теплее. Цзян Юймо заменила свое толстое пальто на легкую куртку. На выпускных экзаменах предыдущего семестра Нин Чжиюй справилась хуже, чем обычно, но все равно заняла первое место во всем классе. Однако результаты ее ученика Чжоу Цзи заставили девушку потерять интерес к его обучению. С другой стороны, у Цзян Юймо и Янь Цин дела шли хорошо. Иногда во время завтрака или обеда Нин Чжиюй объясняла им темы, и они могли вникнуть в содержание. Это помогло их «учительнице» обрести некоторую уверенность. «Битва умов» между Дуань Е и Чжоу Цзи по-прежнему происходила каждый месяц. Но Чжоу Цзи никогда не побеждал Дуань Е; он так и оставался младшим братом Чжоу. Приближался апрель, и ему пришлось вернуться в свой родной город, чтобы подготовиться к экзаменам. Он не был местным жителем Нинчэна, его семья не была там зарегистрирована, поэтому ему пришлось вернуться в Пекин, чтобы сдавать вступительные. Чжоу Цзи это не обрадовало, но он пообещал Нин Чжиюй серьезно отнестись к экзамену, понимая, что должен сдержать слово. На самом деле, его родителям было все равно, поступит он или нет. У таких людей уже был определен жизненный путь, и вступительные экзамены были скорее дополнительным тестом. Подошел день отъезда Чжоу Цзи. Естественно, его друзьям пришлось устроить для него прощальный банкет. — Я обязательно вернусь! Не переживайте, я найду вас всех после того, как сдам экзамен! Чжоу Цзи был очень чувствительным к расставаниям. — Но мы увидимся через два месяца. Чжоу Цзи: «...» Так называемый прощальный банкет на самом деле состоял в том, чтобы просто заказать несколько блюд в маленьком ресторанчике за пределами школы. Они все вместе поели и выпили, а затем нашли немного времени, чтобы сходить на набережную. Погода в апреле была идеальной — ни холодной, ни жаркой. Прогуливаться у реки, пока легкий ветерок овевал их лица, было комфортно и приятно. Особенно девушки глубоко прочувствовали эмоции расставания. Они даже купили бутылочки пожеланий, который пользовался популярностью последние пару лет. Это были маленькие прозрачные стеклянные бутылочки с фиолетовой лавандой внутри. Некоторые люди клали в них записки, а затем бросали их в реки, моря и озера. Чжоу Цзи тоже получил одну бутылочку пожеланий, чем был очень доволен. Это чем-то походило на парные предметы с Нин Чжиюй. На самом деле, парни не очень интересовались такого рода вещами, но, наблюдая за тем, как серьезно отнеслись к этому девушки, сдержали улыбки и написали свои пожелания на малюсеньких бумажках, после чего свернули и положили в свои бутылочки. На бумажке Чжао Чжэна было написано следующее: «Я правда хочу вступить в армию, чтобы защищать родину и своих друзей. Пожалуйста, пусть я смогу пройти военную службу». А пожелание Го Шичао выглядело так: «Если я не могу стать певцом, то пусть я стану богатым человеком. Хотя бы одно из двух». Янь Цин решила поддержать Чжао Чжэна в его желании: «Пусть Чжао Чжэн пройдет военную службу». Сунь Мэнтин же вернулась к мыслям о своем будущем: «Если мне придется стать медсестрой, то пусть я буду очень способной!» Нин Чжиюй, конечно, тоже опиралась на то, что ждет ее после окончания школы: «Я хочу поступить в лучший университет и обеспечить себе хорошее будущее». Но Цзян Юймо не знала, что написать. Подумав, она все-таки кое-что решила. «Надеюсь, что у нас из оригинального сюжета все хорошо. Пожалуйста». Хотя Чжоу Цзи презирал их незрелость, он исписал весь листочек: «Я надеюсь, что в следующий раз, когда я признаюсь, она не скажет снова, что мы из разных миров… Может быть, мне следует написать это яснее, чтобы мое признание не провалилось. Я надеюсь, она согласится, когда я признаюсь».