Глава 138 — Глава 69.1

И Цзян Юймо, и Нин Чжиюй чувствовали сонливость. Во второй половине дня они пошли в комнату для гостей, чтобы немного вздремнуть. Дуань Е и Чжоу Цзи остались в гостиной, играя в игры. Они сидели на ковре, хмурили брови и сохраняли серьезные выражения лиц, постоянно соревнуясь. Чжоу Цзи всегда считал себя опытным игроком, но сегодня счет вел Дуань Е. Когда очередной раунд закончился, Чжоу Цзи отбросил свой джойстик в сторону и воскликнул: — Ты снова победил?! Хотя они недолго были друзьями, их ауры казались схожими, и они хорошо ладили. С первого взгляда Чжоу Цзи мог сказать, что Дуань Е и в этих играх легко справлялся с ним. Точно так же, как делал это во время баскетбольных матчей. Однако он не потрудился спросить, что сделал, чтобы спровоцировать друга. У него были дела поважнее, поэтому он решил заранее поделиться этим: — Слушай, мне нужен совет. Не поднимая глаз, Дуань Е ответил: — Для начала назови меня «шифу». Проигнорировав это, Чжоу Цзи продолжил: — Я слышал, ты признался ей после экзаменов в старшую школу. Но как именно ты это сделал? Дуань Е тоже отложил джойстик и собирался было встать, но его бесцеремонно удержали. — Хорошо, я не буду спрашивать. Я просто хотел сказать, что, по-моему, сейчас подходящее время для меня. Я хочу признаться Нин Чжиюй — ждать еще дольше невыносимо! Признаться честно, Дуань Е понимал нынешнее моральное состояние Чжоу Цзи, потому что раньше был точно таким же. Каждая минута, каждая секунда ожидания казалась мучением. Просто хотелось сказать ей как можно скорее: «Ты мне нравишься». Так пристально уставившись на Чжоу Цзи, что у того закололо затылок, Дуань Е спокойно произнес: — Я советую тебе не делать этого. Чжоу Цзи: «?» — Потому что ты будешь отвергнут, — тут же было добавлено пояснение. — Черт! — резко отреагировал Чжоу Цзи. — Перестань быть таким пессимистом! Что значит меня отвергнут? Она не отвергнет меня, разве ты не понимаешь? Она так мила со мной в последнее время, так что я уверен: у меня все получится. Дуань Е внезапно осознал уровень самоуверенности друга. Когда он сам собирался признаться Цзян Юймо, он тоже не хотел ждать и желал, чтобы она все знала. Но даже не смел и мысли допускать, что все пройдет как ему хотелось. Можно ли вообще быть уверенным в чем-то в этом мире? Да. Например, он уверен, что Цзян Юймо будет нравиться ему очень долгое время. Однако, помимо этого, Дуань Е часто чувствовал некоторую неуверенность в том, будет ли он точно так же нравиться ей в течение долгих лет… *** Вечером Цзян Юймо и Нин Чжиюй вместе приняли ванну. Большая ванна в доме семьи Чжоу никогда не использовалась, поскольку сам Чжоу Цзи признал, что она просто для украшения, а потом прямо сказал, что с этого момента ванна будет принадлежать исключительно им двоим и никому другому не разрешится к ней прикасаться. Поначалу Нин Чжиюй была довольно застенчивой. У нее никогда не было опыта совместного купания с кем-либо, не говоря уже о том, чтобы принимать ванну вместе. Но Цзян Юймо потащила ее за собой, и девушка не смогла отказаться… Главной причиной было то, что подруга сказала ей ранее: — Ничего страшного, я принимала ванну вместе с Янь Цин и Мэнтин, это весело, вот увидишь! Лежа в ванне после того как вдоволь повеселилась, Цзян Юймо повернулась к Нин Чжиюй и сказала: — Мои родители купили новый дом в столице провинции, и сказали, что я смогу сама украсить свою ванную. Я решила, что у меня должна быть такая же, как эта... — она скептически оглядела ванную Чжоу Цзи и решительно добавила: — Нет, моя ванная дома даже вполовину не такого размера, в нее не поместится такая большая... Нин Чжиюй опустила голову, задумчиво глядя на пену. — Чжиюй, что с тобой не так? — Цзян Юймо всегда очень заботилась об эмоциях других людей. В течение дня она заметила, что Нин Чжиюй улыбалась только тогда, когда она обнимала ее на вокзале; в остальном же девушка казалась необычайно тихой. — Ничего страшного, — Нин Чжиюй мягко покачала головой. — Я просто немного устала. Цзян Юймо имела слабое представление о возможной причине, но не была уверена, поэтому осторожно поинтересовалась: — Ты расстроена из-за Чжоу Цзи? В какой-нибудь момент в прошлом Нин Чжиюй, определенно, не стала бы раскрывать свои истинные чувства. Но теперь они с Юймо стали очень хорошими подругами. Если она не может поделиться своими эмоциями даже с таким близким человеком, не будет ли она слишком сильно замыкаться в себе? — Это не его вина, — тихо заговорила Нин Чжиюй. — На самом деле, хорошо, что на этот раз я поехала с ним. Это было мудрое решение. — Тогда в чем дело? — Я… Я кое-что поняла. Нинчэн и Пекин так далеки друг от друга, мы не должны их смешивать. Он принадлежит Пекину, а я — Нинчэну. Цзян Юймо озадаченно нахмурилась. — Ты хочешь сказать, что вы двое не подходите друг другу? Нин Чжиюй кивнула. — Не волнуйся, я была немного, совсем немного рассеянна раньше, но теперь, после этой поездки, это прошло, — проговорила она и лениво потянулась. — Пекин действительно замечательное место — неудивительно, что так много людей хотят сюда приехать. Юймо, честно говоря, ты и раньше оказывала на меня влияние. Я думала, что вы с Дуань Е идеально подходите друг другу, но забыла, что мы разные люди, как Чжоу Цзи и Дуань Е. Цзян Юймо стало немного грустно, пока она выслушивала девушку. Ведь было видно, что Нин Чжиюй становится по-настоящему счастливой рядом с Чжоу Цзи. Несмотря на жалобы, именно из-за него она все больше и больше становилась похожа на семнадцатилетнюю старшеклассницу. — Все в порядке, — Нин Чжиюй не знала, успокаивает она себя или Цзян Юймо. Она зачерпнула в ладони пены и улыбнулась: — Видишь, у людей маленькие руки, и они могут держать только ограниченное количество вещей. Поэтому, конечно, мы должны крепко держаться за то, за что можем ухватиться. Цзян Юймо промычала что-то неопределенное. Она тоже не знала, как утешить Нин Чжиюй. Она не могла сказать ей, что знает про их с Чжоу Цзи будущее, про то, что в конце концов они будут вместе. Эти слова нельзя было произносить; было бы слишком безответственно говорить о таком вслух. *** Поделившись своими сокровенными мыслями с Цзян Юймо, Нин Чжиюй рано легла спать в ту ночь. Однако Цзян Юймо не могла уснуть, поэтому осторожно полезла под подушку, чтобы найти свой телефон и написать Дуань Е: [Я не могу уснуть]. Дуань Е ответил быстро: [Тогда хочешь выйти?] [Цзян Юймо: Нет, я боюсь, что разбужу Чжиюй, если встану]. [Дуань Е: Хорошо]. [Дуань Е: Что случилось? Нервничаешь из-за того, что спишь на новом месте?] Цзян Юймо поджала губы и медленно напечатала: [Чжиюй не выглядит очень счастливой. Думаю, может быть, я сделала что-то не так. Когда вы, ребята, спросили меня, стоит ли вам приехать, возможно, мне следовало сказать «нет». Похоже, я совершила ошибку]. [Дуань Е: Это не твоя вина]. [Дуань Е: Они справятся с этим сами, а закалять характер Чжоу Цзи — это не так уж плохо]. [Цзян Юймо: ?] [Дуань Е: Он слишком самоуверен, и ему нужно, чтобы кто-нибудь вылил на него ведро холодной воды]. Цзян Юймо едва смогла сдержать смех. Но подумав о Чжиюй, спящей рядом, она быстро прикусила губу и снова принялась печатать: [Это из твоего собственного опыта?] [Дуань Е: Возможно]. [Цзян Юймо: Чжиюй сказала, что у людей маленькие руки, и они могут удерживать только то, за что он могут крепко ухватиться]. [Дуань Е: Тогда она должна уметь держаться за собачий поводок]. [Цзян Юймо: Ха-ха-ха, почему ты так говоришь? Ты хочешь сказать, что Чжоу Цзи — собака?] [Дуань Е: Это заставляет тебя чувствовать себя счастливее?] [Цзян Юймо: Да, это так~] Они не знали, как долго общались. Отправив последнее сообщение, Дуань Е подождал десять минут, затем двадцать, наконец он убедился, что она заснула, и вздохнул с облегчением.