Оказавшись в душе, Ши Му тщательно осмотрела все углы, убедилась, что никакая нечисть не посмеет здесь появиться, и только тогда спокойно разделась.
Искусственный член, который она носила несколько дней, наконец был снят, и она почувствовала настоящее облегчение. Сначала Ши Му набрала тазик воды, тщательно вымыла «причиндал» и оставила его сушиться в раковине.
Включив воду и встав под горячие струи, она вздохнула от удовольствия.
В зеркале она увидела свое все такое же бледное и худенькое отражение. Хотя в последние дни она пила молоко, рост почти не прибавился. Ши Му ткнула пальцем в плоскую грудь, затем с задумчивым выражением лица оглядела свою гладкую кожу.
Скоро наступит жара, на физкультуре и в повседневной жизни придется носить спортивную форму. Как «парню», ей не избежать баскетбола и футбола. Если она снимет футболку или поднимет руки, все сразу заметят, что у нее ничего нет, и начнут расспрашивать.
У этого тела от природы мало волос — на руках и ногах даже поры не видно, и там, внизу, тоже все гладко. Редкие подмышечные волосы… были давно сбриты предыдущей хозяйкой тела.
Так нельзя! Если на других местах отсутствие волос еще можно как-то объяснить, то подмышки должны быть «по-мужски» волосатыми! Иначе никакой мужественности! Фу Юньшэнь точно заподозрит неладное!
Парень, у которого даже подмышки не обрастают, не достоин быть братаном с крутыми парнями!
Закончив принимать душ, Ши Му достала бритву и для вида провела ею по щеке.
Бритва жужжала довольно громко. Она специально прижалась к двери, чтобы те двое снаружи точно услышали.
Затем Ши Му снова надела фаллопротез и, чувствуя себя свежо и бодро, вышла из ванной комнаты.
Чжоу Чжи, лежа на кровати, смотрел на нее с восхищением:
— Брат Му, ты уже начал бриться?
Ши Му с гордым видом погладила подбородок:
— Ничего не поделаешь, взрослею быстро.
Чжоу Чжи позавидовал еще сильнее:
— Как же здорово. У всех моих друзей уже щетина появляется, а у меня — нет.
Ши Му утешила его:
— Не переживай, и у тебя со временем будет.
Она так разошлась, что, казалось, на лбу у нее вот-вот появятся надписи «Наглость» и «ЧСВ».
Фу Юньшэнь к этому времени уже закончил делать упражнения. Он отложил ручку, размял суставы, затем перевел свой взгляд на Ши Му и, слегка приподняв уголок губ, произнес:
— Ши Му.
Та напряглась:
— Ч-что?
— Ничего, — его улыбка стала чуть шире. — Просто напоминаю: в следующий раз купи пену для бритья. Так меньше раздражения.
С этими словами Фу Юньшэнь поднялся и направился в ванную.
Ши Му: «…»
Неужели мужчины сейчас бреются с пеной?!
Ши Му осознала, что слишком мало знает о мужчинах.
Позже, когда свет погас, новоприбывший Чжоу Чжи от волнения никак не мог уснуть.
Он ворочался на верхней койке, и его возня мешала и Ши Му, и Фу Юньшэню спать.
Фу Юньшэнь, не выдержав, пнул каркас кровати и холодно бросил:
— Прекрати вертеться.
— Я не могу уснуть… — Чжоу Чжи уставился в потолок, затем на пустое место рядом, и им овладел страх. Он натянул одеяло до подбородка и перевернулся: — Вы слышали о том, что произошло в 415-й?
Фу Юньшэнь промолчал, зато Ши Му заинтересовалась.
Она открыла глаза и задала вопрос:
— О чем речь?
Получив отклик, Чжоу Чжи оживился:
— Четверо, которые раньше жили здесь… совершили групповое самоубийство. Жуть, да?
Ши Му тоже загорелась:
— Расскажи подробнее.
Чжоу Чжи понизил голос, растягивая слова:
— Это было зимой, в субботу. Все ученики разъехались по домам, остались только эти четверо — выпускники. Когда на следующий день воспитатель проверяла комнаты, дверь 415-й оказалась заперта. Заподозрив неладное, она выломала дверь… и знаете, что увидела?
Ши Му подыграла:
— И что же?
— Посреди комнаты стояла жаровня с углями, по бокам — рюмки. Все четверо лежали на своих кроватях, будто спали. Они… отравились угарным газом. Ну, разве не жутко? После этого случая школу на выходные стали закрывать.
Ши Му закрыла глаза. Раньше такая история показалась бы ей пугающей, но теперь… она только и мечтала, чтобы те четверо явились. Одного — во фритюре, второго — в соусе, третьего — заморозить, четвертого — на сковороде.
*Гулр*
Хватит болтать, а то она уже проголодалась.
Поедание призраков похоже на разврат: первый раз противно, а потом тянет на второй.
— Брат Му, Брат Шэнь, вы спите?
Не дождавшись ответа, Чжоу Чжи надул щеки, натянул одеяло повыше и тоже закрыл глаза.
Слушая ровное дыхание соседей, Фу Юньшэнь перевернулся на другой бок. Сон не шел.
Те четверо вовсе не были самоубийцами.
Зимой, когда отключили электричество и отопление, им стало тоскливо от мысли о предстоящем расставании. Тогда они тайком принесли жаровню с углями и две бутылки вина, чтобы согреться и отметить выпуск. Но перебрали, угли не потушили, а один и вовсе задраил наглухо окна. Так, в хмельном угаре, все четверо и задохнулись.
Когда Фу Юньшэнь только заселился, призраки все время жаловались: хотели отметить прощание, но так и не смогли проститься.
Однако он не собирался рассказывать эту историю тому идиоту наверху.
Его по-настоящему занимало другое: с тех пор, как появилась Ши Му, все четверо куда-то исчезли…
Автору есть что сказать:
Четверо призраков: весело болтали, пока не вылетели в трубу (: з」∠).
Обновлено: 02.02.2026