Трое рабочих были вынуждены прекратить работу и растерянно уставились на Чжан Ифу.
Тем временем Цю Лин уже тыкал пальцем в Чжан Ифу и орал:
— Ты вообще знаешь, что такое правила? Сам же написал «Правила техники безопасности» и сам же их не соблюдаешь? Перед началом любых работ, особенно если их выполняют посторонние, необходимо оформить разрешение, пройти все инстанции, получить одобрение, и только потом начинать! А ты притащил каких-то непонятных людей, которые тут же схватились за молотки. С ума сошел?
Собственно, ярость Цю Лина была отчасти оправданной. Последнее время его полностью отстранили от дел. Аттестация, о которой он раньше без умолку трещал, теперь проходила практически без его участия, всю важную работу перехватил Чжан Ифу. Это оставило его не у дел. А о том, что Ню Дамэн и Дуань Ювэй дали добро на пробные работы, он и вовсе слыхом не слыхивал.
В его представлении, нанять людей для пробных работ — дело серьезное, требующее долгих согласований. На заводе должны были провести совещание, принять решение, разослать уведомления, и он, как-никак, должен был быть в курсе.
А тут, всего за несколько дней, Чжан Ифу привел целую бригаду. Это было явным нарушением всех правил, из ряда вон выходящим событием. Если даже он, начальник технического отдела, не в курсе, то и Ню Дамэн наверняка тоже. А что до Дуань Ювэя — неважно, знал тот или нет.
Увидев, что Чжан Ифу на мгновение замолчал, Цю Лин еще больше воодушевился и, указав на рабочих, прорычал:
— А вы, собирайте манатки и убирайтесь! Верните всё на место! Хотите работать — подавайте заявку!
Не прошло и полсекунды после его слов, как воздух сотряс еще более оглушительный рев, подобный гигантской волне.
— Продолжайте работать! Не обращайте на него внимания!
Эти слова Чжан Ифу прокричал не Чжао Хун-ци, а прямо в лицо Цю Лину. От ярости брызги слюны полетели тому на физиономию.
«Ах так? Хочешь сорвать маски? Устроить скандал? Думаешь, я тебя испугаюсь?!»
Чжан Ифу сверлил его яростным взглядом. Теперь ему и впрямь не было нужды считаться с Цю Лином. Наконец-то наружу вырвалась свойственная молодости горячность и дерзость. Раньше он избегал Цю Лина, боясь повредить своей репутации. Он уступал рабочим с водоканала, чтобы не создавать проблем электростанции.
Но сейчас, столкнувшись с этим типом, он был не просто на равных — он был на голову выше!
«Цю Лин, ах, Цю Лин, как же ты отстал от жизни. Совершенно не понимаешь, каков расклад».
В этот момент Цю Лин даже забыл утереть слюну с лица. Он лишь отступал, дрожащей рукой указывая на Чжан Ифу. Он не мог себе представить, что Чжан Ифу способен на такое. Он всегда считал его человеком осторожным, который всё взвешивает и семь раз отмеряет, скрытным и глубоким. Он и подумать не мог, что тот пойдет на открытый конфликт!
Один яростный окрик Чжан Ифу мгновенно подавил гнев Цю Лина, и на смену ему пришел липкий, первобытный страх.
Есть такое понятие — напор.
И на этот раз в наступление перешел Чжан Ифу.
Он слишком долго терпел. Раз уж дошло до скандала, так нужно довести его до конца, выпустить пар!
Когда у двадцати с лишним летнего парня закипает кровь, его, твою мать, уже никто не остановит.
— Ори еще, твою мать, ори! — Чжан Ифу шаг за шагом приближался, тыча пальцем в нос Цю Лину. — Решил помериться, кто громче орать умеет? Ну и что с того, что я им велел работать? Ну и что, что я не оформил документы? Ты, бл*дь, не мог подойти и нормально со мной поговорить? Какого хрена ты орёшь?!
— Не… не смей!.. — Цю Лин продолжал пятиться, мгновенно сжавшись и став как будто ниже ростом. Он боялся, что Чжан Ифу сейчас пустит в ход кулаки.
Это, естественно, только распалило Чжан Ифу. В порыве гнева вся накопившаяся обида хлынула наружу:
— Я, твою мать, вкалываю как проклятый, ищу людей, прошу, угождаю, боюсь обидеть того, боюсь задеть этого! Наконец-то дело сдвинулось с мертвой точки, а ты, бл*дь, опять лезешь палки в колеса вставлять?!
— Да как это — палки в колеса? Это техника безопасности, рабочие процедуры…
— Да пошел ты на хрен! — в ярости выпалил Чжан Ифу. — Не хрен меня правилами давить, я тебя еще аттестацией не давил! Если я тебе не нравлюсь, давай выйдем раз на раз! Но, твою мать, в работе мне не мешай!
Цю Лин уже уперся спиной в стену. Сглотнув, он прикрыл лицо руками:
— Чжан Ифу, ты нормально разговаривать умеешь? Возомнил себя кем-то, да?
В этот момент Цю Лин уже фактически сдулся. Хоть он и задал вопрос с вызовом, тон его был скорее просительным.
— Я, твою мать, не какая-то шишка! Я — тот, кто дело делает, а ты — тот, кто до людей до*бывается!
Цю Лин ошарашенно прикрывал голову, не совсем понимая слова Чжан Ифу — то ли это было чистое оскорбление, то ли в них был какой-то скрытый смысл.
Чжан Ифу хмыкнул и сплюнул в сторону:
— Иди куда шел и не мешайся под ногами. И впредь тоже.
— …
Цю Лин больше не смел и слова вымолвить.
На шум из здания цеха наконец-то высыпали люди. Среди них был и начальник цеха Фан Хао.
Одного взгляда на эту сцену ему хватило, чтобы понять, в чем дело. Он тут же подбежал с несколькими рабочими.
— Не ссорьтесь, поговорите спокойно! Свои же люди!
Фан Хао встал прямо между ними, а подоспевшие парни разняли Чжан Ифу и Цю Лина.
Как только появились разнимающие, Цю Лин тут же осмелел и, потрясая кулаком, закричал в сторону оппонента:
— Вы спросите его, кто нормально разговаривать не умеет! Кто первый начал орать!
На такие жалкие перепалки у Чжан Ифу не было ни времени, ни желания. Он лишь слегка оттолкнул двух тщетно пытавшихся его удержать парней и решительно пошел вперед.
Увидев его движение и мрачное выражение лица, Цю Лин тут же снова отпрянул.
— Хе-хе, — Чжан Ифу остановился на полпути, с усмешкой посмотрел на Цю Лина, а затем, не обращая на него больше внимания, развернулся и пошел к Чжао Хун-ци и остальным, оставив толпу созерцать его эффектно удаляющуюся спину.
Оставшиеся оказались в неловком положении. Инстинктивная трусость Цю Лина была видна всем, и теперь кричать что-то вслед Чжан Ифу было бессмысленно. Ему ничего не оставалось, как схватить Фан Хао и приняться изливать ему свою обиду.
— Начальник Фан! Ну скажи, кто прав? Он самовольно привел посторонних людей, не подал ни одной заявки, я вообще был не в курсе! Разве так дела делаются?!
— Кхм… Это… Начальник Цю, успокойтесь… — Фан Хао был человеком проницательным. Он лишь беспомощно улыбнулся и попытался его успокоить. — Ифу меня предупредил. Дело с аттестацией срочное, к тому же это пробные работы. Разрешение можно оформить и после обеда, ничего страшного.
— Да как это — можно оформить после! — Цю Лин чуть ли не бил себя в грудь. — Кто знает, есть ли у этих людей квалификация? Разнорабочие, электрики, сварщики — ко всем есть требования!
— Начальник Цю… — Фан Хао, видя, что тот не унимается, подошел к нему и прошептал на ухо. — Это дело… одобрили директор и главный инженер Дуань…
— ???? — Глаза Цю Лина округлились, он с недоверием уставился на Фан Хао. — Как это возможно? Когда? Почему не было совещания, обсуждения?
Окружающие, видя это театральное, комичное выражение лица Цю Лина, едва сдерживали смех.
— Аттестация, дело срочное, — Фан Хао не хотел добивать Цю Лина и лишь похлопал его по плечу, давая понять, что тому лучше уйти. — Я сейчас пойду отчитаю Ифу как следует, скажу, что нужно было сначала все оформить. Договорились?
Что такое правила? Директор — вот правила.
Как пройти все инстанции? Одобрение директора — вот главная инстанция.
Надо сказать, что в громоздкой и запутанной бюрократической системе госпредприятия наличие такого человека, как директор, было огромным благом.
Теперь Цю Лин понял, что винить ему некого, кроме самого себя.
Во-первых, он винил себя за то, что информация дошла до него слишком поздно. Внизу у него не было своих людей, наверху — покровителей. Никто не удосужился сообщить ему о происходящем.
Во-вторых, он винил себя за самонадеянность. Он и подумать не мог, что такое дело, как наем сторонних рабочих, можно провернуть без единого совещания.
Впрочем, все это было уже неважно.
Самым болезненным для Цю Лина было то, что теперь у него, вероятно, больше не будет ни повода, ни шанса противостоять Чжан Ифу. Судя по сегодняшней самоуверенности Чжан Ифу, тот уже давно и прочно связал себя с директором.
То, чего он, Цю Лин, не мог добиться за десять с лишним лет кропотливой и осторожной работы, Чжан Ифу сделал меньше чем за месяц.
Сейчас Цю Лин ненавидел Чжан Ифу за его хитрость, за умение прибиться к сильным мира сего, за лесть и подхалимство.
Хотя Чжан Ифу и впрямь был хитер, умел находить покровителей и льстить, в этом искусстве он не так уж сильно превосходил Цю Лина. Нынешняя ситуация сложилась не потому, что Цю Лин проиграл в борьбе за покровительство, а потому, что он проиграл как человек и как работник.
Руководство, конечно, любит лесть, но у него есть и прагматичная, справедливая сторона. Завод должен работать, дело должно делаться, аттестация должна быть пройдена. Ты, Цю Лин, можешь рассыпаться в комплиментах, но при этом боишься всех обидеть и ничего не делаешь. Об аттестации говорят уже год, а воз и ныне там. Как Ню Дамэн может радоваться твоей лести?
А что Чжан Ифу? За месяц с небольшим он блестяще провернул три дела, заслужив похвалу даже от самого опытного сотрудника, Дуань Ювэя.
Представь себя на месте руководства. Тебе нужна аттестация. Кого ты выберешь? Неужели лесть Цю Лина, пусть даже самая изощренная, принесет Ню Дамэну реальные достижения?
Конечно, Цю Лин никогда бы до этого не додумался. Если бы додумался, он не был бы Цю Лином, и вся эта сцена не произошла бы.
Сейчас Цю Лин, наоборот, жалел, что Чжан Ифу его не ударил, не избил. Тогда бы тому хотя бы вынесли выговор. А если бы травмы были серьезными, его могли бы наказать, перевести… Как было бы хорошо!
«Бей! Чем сильнее, тем лучше!»
Фан Хао, видя, что Цю Лин застыл в оцепенении, приказал своему подчиненному:
— Сяо Цянь, проводи начальника Цю.
Затем он повернулся к Цю Лину:
— Вы идите, а я поговорю с Чжан Ифу и сразу к вам.
Цю Лин ничего не ответил и позволил увести себя.
Как раз в этот момент подошел Ню Сяочжуан со сверлильным станком. Глядя на выражение лица Цю Лина, он понял, что пропустил что-то интересное.
Тем временем Чжан Ифу обратился к трем рабочим, которые уже давно прекратили работу и наблюдали за представлением:
— Я же сказал вам работать. Что смотрите?
— Да… да… — только тут до Чжао Хун-ци дошло, что представление окончено. Он с улыбкой ответил: — Брат, теперь я знаю, у кого сестра Сяофэй научилась своей дерзости.
— Не надо, по-настоящему дерзкий — это он, — Чжан Ифу усмехнулся и потер затылок. — Хун-ци, почему каждый раз, когда я с тобой разговариваю, мне так и хочется тебя пнуть?
— Не надо! Брат! Я уже работаю! Уже работаю! — Чжао Хун-ци изобразил свою фирменную, напрашивающуюся на тумаки улыбку, поспешно развернулся и скомандовал остальным.
Трое рабочих снова принялись копать.
После этого инцидента они не могли не перешептываться. Пользуясь шумом, Сунь Шаньшэн тихо спросил:
— Хун-ци, этот парень не прост. Так с начальством разговаривать…
— Хе-хе, я же говорил, брат Чжан — надежный человек! Следовать за ним — верное дело! Вы еще не видели, на что он по-настоящему способен!
— Еще круче, чем сейчас? — изумился Фань Хунбяо. — Когда тот тощий орать начал, я даже испугался…
— Да при чем тут драка, — Чжао Хун-ци украдкой взглянул на Чжан Ифу, который смотрел в другую сторону, и понизил голос. — Самое сильное у брата Чжана — это его голова. Он все знает: и про прошлое, и про будущее может рассказать. Многого я не понимаю, но если он говорит, значит, так оно и есть. И хоть он все время в университете просидел, но про наши, северо-восточные дела, тоже все знает.
— Чертовщина какая-то… — Сунь Шаньшэн прищурился, глядя на Чжан Ифу. — Непростой парень. И такой молодой… далеко пойдет.
— Хе-хе, я думаю, брат Чжан — это самый большой начальник, которого мы в жизни встретим.
Фань Хунбяо недоуменно спросил:
— Самый большой? Разве самый большой не тот начальник отдела из Министерства? Брат Чжан ведь даже не начальник отдела.
— Кто говорит про сейчас? Поживем — увидим! — Чжао Хун-ци был полон энтузиазма.
Он был уверен: ему улыбнулась удача, он встретил своего покровителя, надежду всей деревни.
Нужно лишь следовать за Чжан Ифу, идти по указанному им пути, и тогда все, что он упустил, все, что потерял, можно будет вернуть!
Обновлено: 20.01.2026