Ихён подал заявку на выход из больницы.
Врачи категорически возражали, утверждая, что обследования ещё не закончены, но упрямство Ихёна было не сломить. В итоге его выпустили под поручительство Ко Джину.
『Хороший у тебя друг.』
— Один из немногих, кто остался у меня от брата Сучхана. Они были очень близки.
『Хм.』
Сунь Укун, казалось, задумался над именем того, кто чуть не стал его Апостолом. О чём именно он думал — неизвестно.
— Кстати, Великий Мудрец, другие люди вас действительно не видят?
Честно говоря, забирая Сунь Укуна с собой, Ихён больше всего переживал именно из-за этого.
Сам-то он уже привык, но если говорящая белая обезьяна появится перед людьми, это вызовет панику.
К счастью, никто, кроме Ихёна, Сунь Укуна не видел.
『Связи недостаточно.』
— Хотите сказать, у них нет с вами точек соприкосновения?
『Именно. Ты бы тоже меня не видел, если бы всё шло своим чередом. Но ты поглотил уйму моей Кармы, да ещё и владеешь [Глазами]. К тому же ты проводил ритуал моего призыва.』
Позже выяснилось, что роль Верховного жреца в Царской гробнице сыграла огромную роль в его назначении Временным Апостолом.
Ихён сам создал связь с Сунь Укуном там, где её изначально не было.
『Так куда мы направляемся? Это не то направление, где лежит мой миф.』
— Сначала заглянем на Чонно 3-га.
『А что там?』
— Мой «двойник».
『...?』
Сунь Укун озадаченно склонил голову.
— Приехали.
Увидев место, где высадился Ихён, глаза Сунь Укуна загорелись.
『Кузница?』
— Скобяная лавка.
Сунь Укун, будучи Богом Войны, стремящимся к своему Пути, естественно, интересовался оружием.
Тем более в эту эпоху, когда подземелья вернули к жизни мифы и легенды, а современные технологии переосмыслили их, порождая невероятное разнообразие вооружения.
『Значит, твой «двойник» — это то, чем ты пользовался раньше?..』
— Да. Моё оружие. Мана вернулась, так что, думаю, смогу снова им пользоваться.
『Ого?』
— Ёибон у меня есть, но использовать его как оружие я сейчас всё равно не могу.
『Ха! В этом есть резон. Ты ведь ещё не официальный Апостол. До тех пор тебе нужно чем-то сражаться.』
На данный момент Ёибон давал лишь [Сверхвосстановление] и [Регулировку метаболизма].
Это уже было немало, но по сравнению с истинной мощью Ёибона — лишь капля в море.
Поэтому нужно было настоящее оружие.
Оружие, которым сражался Джет.
«Оружие... Интересно, что это будет?»
Судя по наблюдениям Сунь Укуна, Ихён обладал выдающимся чутьём Охотника.
Наверняка он и с оружием обращается мастерски. Любопытство разгоралось.
«Надеюсь, оно подойдёт к той странной грозовой энергии Дуоксини».
Сунь Укун усмехнулся, вспоминая ману Ихёна — одновременно грозовую, но при этом мрачную и острую, как тень.
— Прошу прощения.
Ихён вошёл в самую ветхую из лавок.
У неё даже вывески толком не было.
Но...
Фу-у-ух!
Стоило открыть тяжёлую железную дверь, как его обдало волной жара.
Внутри загорелый старик бил молотом по металлу.
Дзынь! Дзынь! Дзынь!
Он был так поглощён ковкой, что даже не взглянул на вошедшего.
— Дедушка, я за вещами, которые оставлял.
Дзынь! Дзынь!
— Я сам заберу, ладно?
Дзынь! Дзынь!
— Спасибо за труд.
Дзынь! Дзынь!
Не дожидаясь ответа, Ихён направился к складу в углу.
『...Что это за тип?』
Сунь Укун выдохнул только тогда, когда жар спал.
『Кто он такой, что так открыто излучает энергию «Точхоля»?』
[Четыре Зла: Точхоль]
Чудовище, пожирающее всё без разбора. Особенно любит железо.
Металл, который он исторгает, представляет собой сплав всего съеденного, отличаясь разнообразием свойств и материалов.
- Происхождение: Легенда «Каталог гор и морей: Бестиарий»
Благодаря Огненным Золотым Глазам Сунь Укун видел в старике множество легенд и мифов.
Это был уровень далеко не простого Апостола.
— Он изготавливал оружие для моего отряда. Где-то здесь должно быть... Нашёл.
Ихён отыскал коробку в углу, заваленном хламом и железяками.
Она была покрыта толстым слоем пыли, надпись стёрлась, но Ихён узнал её сразу.
Четыре года назад он оставил её здесь со слезами на глазах, поклявшись вернуться.
『Он был вашим поставщиком? Да ладно...!』
— Конечно, он делал оружие не для всех. Не знаю его критериев, но он брался за заказы только тех бойцов, кто пришёлся ему по душе.
Глаза Ихёна заблестели, когда он срывал скотч с коробки.
— И это первый кастомный предмет, который дедушка сделал для меня.
Коробка открылась. Внутри лежала аккуратно сложенная форма «Лазурного Грома», а поверх неё — три ручных топора.
Современные топоры, какие часто используют в походах.
[Клыки Точхоля]
Топоры, пропитанные ненасытностью и алчностью Четырёх Зол — Точхоля. Каждый из них вечно жаждет железа, плоти и крови.
- Тип: Топор. Одноручное оружие.
- Происхождение: Сказание «Четыре Зла: Точхоль»
『Свирепые штучки.』
Сунь Укун, проверив историю трёх топоров, широко раскрыл глаза.
— Да. Они изначально создавались так, чтобы максимизировать свойства [Дыхания Дуоксини].
[Клыки Точхоля] носили имена: «Сикчхоль» - Пожирающий железо, «Гальюк» - Жаждущий плоти и «Кёхёль» - Пьющий кровь.
Как и их жестокие имена, они были созданы исключительно для убийства.
Иногда они даже угрожали самому хозяину, Ихёну.
Но с [Дыханием Дуоксини] они сочетались идеально.
Навык становился тем мощнее, чем сильнее взрывались подавленные эмоции, и удары этими топорами, заряженными такой силой, были сокрушительны.
Словно с небес обрушивались сине-белые молнии, способные расколоть мир.
Именно ими он искромсал Снежную Королеву.
«Тогда они сильно пострадали, и дедушке пришлось их фактически перековывать заново. Но мощь осталась прежней».
Ихён коснулся топоров.
«Нет, они стали даже сильнее».
Он коснулся лишь обуха, где не было лезвия, но на пальце всё равно появился порез, и выступила кровь.
Ихён сунул палец в рот, глаза его хищно сверкнули.
«Он максимально сохранил в них злобу, оставленную Снежной Королевой».
Пф.
Ихён невольно усмехнулся и убрал топоры вместе с разгрузкой в рюкзак.
— К счастью, я едва смогу их использовать.
『Ты же говорил, что владел ими, когда был Ранкером? А если не справишься?』
— Это даже к лучшему, разве нет?
『А?』
— Чем они свирепее, тем быстрее вернутся мои навыки. Придётся постоянно быть начеку, чтобы они меня не сожрали. Отличная тренировка.
『Ха, ну и ну.』
Сунь Укун посмотрел на него как на безумца, но промолчал.
Истинному воину нужна капля безумия, чтобы стать сильнее. Он и сам когда-то был таким.
— Поэтому я и не взял другую защиту. Сначала нужно закалить тело.
Ихён коснулся других кастомных предметов, символизировавших Джета, но закрыл коробку и задвинул её обратно.
«Когда-нибудь».
Там лежали вещи куда более зловещие или высокоранговые, чем [Клыки Точхоля]. Были даже Священные реликвии.
Но Ихён решил не возвращаться сюда, пока не будет полностью готов.
— Дедушка, я пошёл.
Ихён коротко попрощался и вышел.
Старик по-прежнему молча бил молотом.
Дзы-ы-ынь! Дзы-ы-ынь!!
* * *
『Следующая станция — Чхоннянни, Чхоннянни. Выход на...』
Ихён вышел из метро и осмотрелся.
Станция пересадочная, народу тьма.
— Я пришёл, раз вы сказали, но... Вы уверены, что здесь есть подземелье? Место совсем не подходящее.
При возникновении подземелья зона в радиусе 1 км подлежала обязательной эвакуации и зачистке.
Даже в центре города исключений не делали. Чтобы избежать жертв при Прорыве.
Странно, что подземелье здесь, а никто не знает.
『Сходи сначала, потом поговорим. И кстати, юнец.』
— ...?
『Перед тем как идти на испытание, давай заглянем вон туда.』
— ...??
Сунь Укун указывал на палатку с пунопанами - рыбками-булочками.
«Что на него нашло?» — подумал Ихён, но взгляд Сунь Укуна, устремлённый на булочки, был слишком серьёзен.
『Так-с. Три вида. Красная фасоль, заварной крем, батат с сыром? О, интересное сочетание. Чего стоишь? Покупай. Каждого вида! Обязательно! По три штуки.』
— Вы будете есть?
『А то?』
Сунь Укун посмотрел на него как на дурака.
Ихён недоумевал, но всё же купил пунопаны и вложил их в лапы Сунь Укуна.
『Видел их, когда тебя, полумёртвого, эти «Уайт Бёрн» везли в больницу. Запах был просто отпад. Давно хотел попробовать. Вкус... О-о-о.』
Ихён ошеломлённо смотрел на Сунь Укуна, чьи глаза сияли так, будто он познал истину вкуса.
«Он же Дух? Как он вообще это ест? И как переваривает?»
Ихён покачал головой и двинулся туда, куда указывали Огненные Золотые Глаза.
[Двигайтесь на запад.]
[Двигайтесь на северо-восток.]
......
Словно по навигатору, он добрался до рынка Кёндон, расположенного неподалёку от станции Чхоннянни.
А именно — до рынка лекарственных трав Яннёнси на востоке.
В нос ударил густой запах женьшеня и целебных трав.
И...
«Дверь?»
Вдалеке, между прилавками, он заметил обшарпанную алюминиевую дверь.
Из щелей прямоугольной двери пробивался золотистый свет, напоминающий цвет Ёибона.
«Здесь?»
Ихён встал перед дверью и огляделся.
К счастью, другие люди этот свет не видели.
Он коснулся ручки.
Па-а-а-ат!
Ёибон вспыхнул светом, и одновременно золотое сияние из щелей двери исчезло.
А затем...
Щелк!
Скри-и-ип...
Замок щёлкнул, и дверь отворилась.
Ихён шагнул внутрь, пока никто не увидел. Свет поглотил его.
Хва-а-ак!
Ощущение точь-в-точь как при проходе через Врата.
Открыв глаза, Ихён стоял уже не на рынке Кёндон, а в совершенно ином пространстве.
«Подземелье!»
[Вы вошли в «Инстанс-подземелье: Жёлтая пустыня».]
[Вы находитесь в незавершённом фрагменте ■■■■.]
[Это пустыня, где круглый год дует лишь смертельный ветер, иссушающий жизнь и тепло.]
[Преодолейте все препятствия, найдите оазис и пересеките пустыню. Сладкая вода оазиса прояснит ваш разум.]
[При успехе: Карма ■■■■.]
[При провале: Смерть от теплового удара.]
Бескрайняя жёлтая пустыня с черноватым отливом, тянущаяся до самого горизонта.
Жар и сухой ветер мгновенно обострили чувства Ихёна.
— Это что, подземелье специально для меня?
Он никогда не слышал о концепции «Инстанс-подземелья», поэтому вопрос был закономерен.
『Мням-мням, миф, мням-мням, так и, мням-мням.』
— Может, сначала дожуёте?
Сунь Укун закинул хвост рыбки-булочки в рот и сказал:
『Если точно, то это — начало. На основе <Фрагмента> моего мифа создаётся <История>. Когда структура Истории завершается, создаётся [Дверь], ведущая во внешний мир.』
Сунь Укун усмехнулся и продолжил:
『Скажем так: ты через [Глаза] создал [Временную дверь] и вошёл ещё до того, как настоящая [Дверь] сформировалась. По сути, для тебя открылся персональный проход.』
Ихён понял, что под [Дверью] Сунь Укун имеет в виду Врата подземелья.
— Значит, нужно закончить зачистку до того, как структура Истории завершится. Чтобы подземелье не появилось во внешнем мире.
『Верно. Так что поторапливайся, а?』
Ихён кивнул. Казалось, он прикоснулся к тайне подземелий, о которой мир ещё не знал.
С другой стороны, это означало, что при сборе мифов Сунь Укуна ему не придётся беспокоиться о вмешательстве посторонних.
Если это не уже сформированное подземелье с Вратами, как <Обезьянье логово>, он может просто зачистить его до появления.
Конечно, обратная сторона медали: он не знает точного содержания <Истории> этого подземелья.
Нет ничего опаснее подземелья с неизвестной <Историей>.
Но...
«Справляться с этим — работа Проводника».
Ихён раскрыл Огненные Золотые Глаза на полную мощь.
Мана [Дыхания Дуоксини], которую он тренировал всю ночь, наполнила глаза, окрашивая их в золото.
[Начало исследования подземелья с помощью усиленной маной «Священной реликвии: Огненные Золотые Глаза».]
[Все чувства обостряются до предела.]
[Синестезия, выходящая за пределы зрения, воспринимает информацию об окружающем мире и пытается её интерпретировать.]
Ихён впервые осознал: чем больше маны впитывают Огненные Золотые Глаза, тем меньше они ограничиваются одним лишь зрением.
От зрения к слуху, обонянию, осязанию, вкусу... к синестезии, объединяющей все пять чувств.
А в будущем, возможно, откроется сверхчувственное восприятие или шестое чувство.
У Ихёна и так было великолепное [Чутьё], отточенное на полях сражений.
А теперь, когда [Чутьё] соединилось с [Глазами] и интегрировалось с ними... результат был ошеломляющим.
Благодаря этому...
Ихён чётко воспринимал даже то, что находилось далеко за пределами видимости.
Па-ат!
Внезапно, сквозь песчаную бурю, застилающую обзор, он ощутил блеск острых клыков.
Реакция была мгновенной.
Один из [Клыков Точхоля] сорвался с пояса и полетел вперёд.
Скорость броска была такой, что глаз не успевал уследить.
Чвак!
Кьян! Кянг!
Сквозь песчаную завесу что-то с силой отлетело и покатилось по земле.
Огромный волк размером с человека лежал мёртвым, с топором, вонзившимся прямо в лоб.
«Волки ходят стаями».
Ихён снова потянулся к поясу, сканируя невидимое окружение.
Битва уже началась.
『Жёлтые волки. Бесячие твари. Вечно прячутся в песке, фиг найдёшь.』
Сунь Укун, сидя на макушке Ихёна, с улыбкой наблюдал за боем, словно в театре.
Его ехидный вид немного раздражал, но Ихён, не подавая виду, продолжал следить за обстановкой.
— Да. Хлопотно. Кстати, Великий Мудрец.
『Чего?』
— Песок так метёт... Пунопаны в порядке?
『...?!』
Пунопаны, которые он берёг напоследок, уже были покрыты слоем песка.
Обновлено: 21.01.2026