Глава 77 — Киса киса киса!

Саня, в этот вечер, был, пожалуй, самым счастливым. Его страхи, его тревожные ночи, его кошмары — не сбылись. И впервые за долгое время он чувствовал не только облегчение, но и лёгкость. Он мельком взглянул на Джонни — тот просто сидел, молча, не шутил, не крутил из себя героя, не устраивал своих обычных представлений. И Саня усмехнулся про себя. — Спасибо, Джонни, — пробормотал он себе под нос. — Хоть раз… просто завалился, как человек. И не начал выпендриваться. Хотя… Кушина. Саня заметил, как она смотрела на Джонни. Слишком внимательно. Словно… что-то почувствовала. По глазам видно было: любопытство, инстинкт матери, чуявший в нём что-то родное. Но говорить пока не спешила. Когда парни начали собираться, к Сане неожиданно подошёл глава клана Учиха — Фугаку. Саня опешил. Он точно не ожидал этого. Фугаку окинул взглядом помещение: дорогой интерьер, аккуратные деревянные панели, бумажные ширмы, подносы с тончайшей нарезкой мяса. Даже по меркам шиноби, место было дорогим. — Хм, — хмыкнул про себя Фугаку. — Не каждый может себе такое позволить… Даже я сюда прихожу только по особым случаям. Он бросил взгляд на Идзуми. Тот тоже казался слегка удивлённым. Откуда у него такие деньги? — подумал Фугаку. Тут к ним подошёл Абдул. И тогда всё встало на свои места. Точнее, нет. Фугаку понял всё… неправильно. — Хм… — Фугаку прищурился. — Это ведь… Итами Хьюга? Сын Хираты Хьюги? Он припомнил, как однажды имел короткую встречу с этим богатейшим шиноби Конохи. Один из тех, кто сидел на деньгах и держал рот на замке. Серьёзный человек. Неудивительно, что его сын может позволить себе такое, — подумал Фугаку и, наконец, успокоился. Он так и не понял, что всё это — за счёт Джонни. В честь завершённой миссии. — Глава, — Саня склонился в лёгком поклоне. — Сегодня… мы с друзьями решили отметить три года нашего знакомства. Всего лишь. Ничего особенного. Он говорил ложь но выдавал это за правду. И говорил её так, будто не мог солгать в принципе. Искренность чувствовалась даже в интонации. Фугаку оценил это. — Понятно, — кивнул он. — Но, Идзуми, не расслабляйся. — Ты — гордость нашего клана. Я слышал, ты хочешь выпуститься досрочно, вместе с новым поколением. Это похвально. Но не забывай — каждое действие имеет последствия. Не зазнавайся. Учись. Он замолчал. Потом добавил: — Ты — будущее клана Учиха. Саня слушал это, молча кивнув, и вдруг услышал ещё кое-что. — Кстати, — Фугаку повернулся к ним. — Шисуи уже выпустился. — Что?! — Саня чуть не поперхнулся. Раньше Обито?! Какого чёрта?! — В голове у него взорвалась мешанина временных линий. — Этот Кишимото… Он вообще таймлайн описывал хоть раз нормально, или нет?! Саня не был даже уверен находятся ли они в каноне.Он читал книги истории шиноби , он знал про Страну Неба, он видел отрывки из неканона… Но вот такие сюрпризы снова и снова сбивали его с толку. Тем не менее, он быстро вспомнил, что Фугаку всё ещё на него смотрит. Он тут же поклонился: — Я сделаю всё ради клана… и ради деревни, Фугаку-сама. Это был универсальный чит-код, и он работал всегда. В Конохе, в храме, на экзаменах. Скажи, что ты за деревню и за клан — и тебя тут же начинают уважать. Это уже почти религия. Тем временем Джонни уютно устроился в углу и набивал рот мясом. Он ел с видом умирающего с голода шиноби, не обращая ни на кого внимания. Пока Саня не подошёл… и не влепил ему пинком под зад. — Ау! — Джонни сдавленно зарычал с набитым ртом. Абдул, наблюдавший за этим, чуть не поперхнулся от смеха. — Ты сдохнешь от жадности, — сказал Саня. — А может, и я тебе помогу. — Нельзя же так… — пробормотал Джонни, прожёвывая. — Я просто… очень вкусно… За соседним столом продолжалась отдельная пьянка. Минато, Кушина, Фугаку, вернувшийся к разговору Джирайя и Цунаде. Последняя уже задремала, опираясь на руку, на её лице была лёгкая пьяная улыбка. Джонни заметил её — и уставился. — Ты чё, маньяк? — Саня подошёл и влепил ему шапалаха. — Хватит на женщин пялиться, как упырь. Сейчас прибью, клянусь. — Всё-всё, — Джонни капитулировал, отстранился и снова принялся за еду. Он чувствовал, как на него смотрит Кушина, но не реагировал. Знал — она молчит не просто так. Пусть. Вечер пролетел неожиданно спокойно. Без боёв, без взрывов, без демонов. Просто… тихий вечер. Первыми вышли молодые. Джонни, не заметно для остальных, оплатил счёт. Попрощался с пацанами. Сейчас он гулял по пути домой. Коноха в этот вечер была шумной и яркой. Люди праздновали победу Минато. Слухи разлетелись: «Жёлтая Молния победил тысячи!», «Он в одиночку остановил наступление!» — конечно как обычно всё преувеличивают но Минато сделал действительно всё красиво. Он шёл в одиночестве, наслаждаясь прохладным ветерком. Ночь была ясная, звёздная. Внутри — умиротворение. Даже планы на будущее — те, что строил Саня, с правками от Абдула — казались ему сейчас далекими. Он просто… плыл по течению. А ведь во всех этих историях он всегда оставался центральным звеном. Он, чёрт подери, был центром планов этого кукол… кукловода. — Саня — кукловод. — Джонни усмехнулся. Вдруг… шум. Писк. Сдавленный. И… лай. Он увидел стаю собак, которые гнали за крошечным котёнком. Маленьким, грязным, испуганным. Джонни вздрогнул. Перед глазами всплыли образы. Воспоминания. Его прошлая жизнь. Его комната. И кошка. Единственное живое существо, что он мог тронуть. Она умерла от болезни… Но осталась в сердце. — Эй! — крикнул он, и с чакрой в голосе напугал собак. Те разбежались. Он подошёл. Котёнок дрожал, прижавшись к земле. — Где твоя мама, малыш? — прошептал Джонни. Тот посмотрел вниз. Понял всё без слов. — Ясно… — вздохнул Джонни. — Ну, пошли. Теперь ты со мной. Он поднял его на руки. — Хм… имя… Как же тебя назвать? Он задумался. И вдруг вспомнил прошлое. — Стивен, — сказал он. — Да. Ты будешь Стивеном. Звучит по-дурацки для этого мира. Но… плевать. Он зашёл по пути в магазин к знакомой бабке. — Мясо свежее? — спросил он. — Свежайшее, внучек. — Она подмигнула. — Значит, три дня назад… — пробормотал Джонни, но всё равно взял. Добрался до дома. По стенам, как Человек-Паук, скользнул вверх. Приятно быть Анбу. Использовать чакру можно, когда угодно. И никто не скажет ни слова в отличие от обычных шиноби которым даже передвигаться по крышам нельзя. — Дом, милый дом, — сказал он, входя внутрь. Он открыл печати — те мягко мигнули и расступились. Его защита всё ещё работала. Он чувствовал себя в безопасности. — Ну что, Стивен, пора мыться. Хотя… сначала поесть. Он положил мясо. Котёнок не притронулся. — Чёрт… точно. Ты же младенец, — Джонни почесал затылок. Он бегал, как бешеный, искал молоко. Нашёл. Налил. Кот не пил. Джонни чуть не выругался. — Да ты дохнешь, мелкий! — Он вытащил шприц, убрал иглу, набрал молоко. Котёнок зашевелился. Начал жадно пить. — Хех… милота, — прошептал Джонни. Он снова вспомнил… всё. — Я… кошатник, — признался себе. После еды — ванна. Крики кота были слышны на всю улицу. Стивен выл, как банши. Джонни был весь поцарапан. Влажный. Уставший. — Стивен, — выдохнул он, глядя на мокрый комок. — Ты — стихийное бедствие. Кот резко встряхнулся, и вода разлетелась по квартире. — Мать твою… Он начал смеяться. И не мог остановиться. — Ладно, Стивен. Спать. Завтра у нас длинный день.