Глава 73 — Его имя птица смерти! Жёлтая молния!

Прозвучал выстрел. Чёткий. Гулкий. Безапелляционный. Он разорвал пространство. Вспорол небеса, как нож ткань, и гул, подобный раскату грома, пронёсся по холмам. Воздух задрожал, как от удара невидимой божественной дланью. Первое ядро, сияющее клыками чакры, вырвалось из ствола пушки ZERO — и понеслось. Без промедления. Без сомнений. Оно неслось сквозь мир, оставляя за собой сверкающий, пульсирующий след. Это была молния, заключённая в сферу, — сама суть разрушения, обернутая в оболочку ярости. — Пошло… Блести… — прорычал Джонни, не отрывая взгляда от горизонта. Тишина. Полсекунды. Может, меньше. А потом — взрыв. Не просто громкий — он захлопнул само пространство, будто закрыл дверь в этот мир. Ударная волна. Она швырнула всех, кто был близко. Земля затряслась, небо побледнело. В воздухе запахло озоном, кровью, расплавленным камнем. Мгновение — и на месте удара осталась гигантская воронка. Сто на сто метров. Вниз — как в бездну. Как в пасть самого ада. Там, где ещё секунду назад была часть армии облака… теперь только дым. Только гарь. Только обугленные следы смерти. И в этот момент — второй, третий, четвёртый удары. БАМ. БАМ. БАМ. БАМ. Малые пушки заговорили. Без пощады. Без остановки. Без жалости. Земля стонала. Взрывы рассыпались в воздухе, как раскалённые кометы. Джонни слышал, как щёлкали уведомления. Всё чаще. Всё быстрее. — Что это, чёрт подери, было?! — кто-то из шиноби-каноха упал на колени. Минато молчал. Лицо — камень. Только глаза чуть прищурены. Он видел многое. Бывало — чудовищное. Но такое — только однажды. Когда сражался с Пятихвостым. И с Четырёххвостым. — Сова… ты… — прошептал он. Слова не шли. Только тишина. Джонни ничего не ответил. Смотрел на горизонт. Его глаза под маской светились, как два алых огня. Широкая, безумная улыбка растягивала губы. За дымом оставались ещё вражеские отряды. Крики. Паника. И один протяжный, утробный рык. Джонни шагнул вперёд. И в пыльной мгле вырисовывался силуэт. Гигантский. Дышащий яростью. Джинчурики. Би и Эй. Два брата стояли среди погибших, раненых. Их лица — затенённые гневом и потрясением. Они смотрели туда, где, как по их разуму, должны были быть только пепел и страх. — Восьмихвостый… — выдохнул Джонни, хрипло. Пушка дымилась, но Джонни не дрогнул. Обернулся к клонам: — Перезарядить. Цель — центр массы. Готовим второй выстрел. — Есть, — отозвался один из клонов. В это время Минато раздавал оставшиеся кунаи. — Через десять минут будет мой ход. Держать позиции. Сова… задержи их как можно дольше. Джонни не ответил. Только улыбнулся снова. Широко. Безумно. Как демон. Внутри всё горело. Сердце стучало так, что казалось — грудная клетка не выдержит. Но разум — холодный. Чёткий. Острый. — Десять минут… Я вырву вам двадцать! Он бросил взгляд в небо. — Саня… Абдул… Вы бы поняли. Это ради нас. Надеюсь, Саня, ты меня не грохнешь потом. И снова — выстрел. Второе ядро вырвалось наружу. Мир содрогнулся во второй раз. Крики. Пепел. Взрывы. Запах пороха, плотный, как смола, висел в воздухе. И среди всего этого — он. Ребёнок. Но не человек. Птица смерти. Он не был шиноби этого мира. Он был его проклятием. Напоминанием о том, чего они не знали. Оружие, что в его родном мире называли — концом всего. Атомные бомбы. Ракеты. Химия. Ад, заключённый в металл. Джонни продолжал командовать. Его глаза сияли всё ярче. Он видел, как враги… отступают. Как разбиваются. Паникуют. Кричат. И вдруг — взгляд. Он почувствовал это. На него смотрели. Он обернулся. Чакровое восприятие уловило силу. Не просто силу — вызов. Высокий. Мускулистый. С бородкой. Чернокожий. В его глазах — ярость. Уверенность. Желание убить. Эй. Будущий Четвёртый Райкаге. Джонни посмотрел на него с презрением. Насмешливо. Ничтожество. Сколько их уже было. Он почувствовал, как чакра врага упала на 30%. Если не больше. — Я сделал своё дело. Он улыбнулся. Мрачно. Торжествующе. Прошло больше получаса. Шиноби облака начали возвращаться. Растерянные. Измотанные. Сломленные. Эй кричал среди них. В глазах — боль. Потеря. Он посмотрел на Би и сказал только: — Убьём. Не пощадим. Он знал, кто это сделал. Он слышал истории. О ребёнке в маске совы. О Птице Смерти. Но считал — просто слухи. Слабак. Как же он ошибался. Теперь он стоял по колено в крови собственных шиноби. Горизонт — скрыт дымом и пламенем. Воздух — гудел. Он закричал, с надрывом: — ВСЕМ ВСТРОЙ! ВЫ ВЫПОЛНЯЕТЕ ПРИКАЗ! Но… из тысячной армии осталось 780. Почти все — ранены. У многих лёгкие ушибы. Крики. Плач. Рёв. — Чёрт возьми! МОИ ДРУЗЬЯ ПОГИБЛИ! Джонни смотрел на всё это издалека. Спокойно. Как художник — на работу. Он заметил взгляды. Пугающиеся. Уважительные. Напряжённые. Он заговорил: — Минато-сама, я дал вам время. Остальное за вами. Минато кивнул. Тихо. Как всегда. — Придите в себя. По моей команде — бросить кунаи. Шиноби Канохи — собрались. Но впереди шли семьсот воинов облака. Они думали, что Джонни… закончил. Что чакры нет. Что всё — позади. — Они не усвоили урок, — прошептал Джонни. И начал смеяться. Безумно. Хрипло. Истерично. У него оставалось ещё десять ядер. Он поднял руку. И малые пушки начали заряжаться. Шиноби облака увидели. И начали кричать. — Расходимся! Уклоняйтесь! Уходим! Поздно. Джонни смеялся. Они все слышали. Кто-то — узнал его смех. Птица смерти. Эй был в тылу. Секретарь отца не пускал в бой. Эй взрывался: — ДАЙ МНЕ ВЫЙТИ! Я УБЬЮ ЭТУ ТВАРЬ! ЭТУ КРЫСУ! Но секретарь только взглянул на Киллера Би: — Твой выход. Поле боя содрогнулось. Появился — восьмихвостый. Полубык. Полуосьминог. Монстр. У Джонни сердце дрогнуло. Боеприпасы — на нуле. Но Минато дал приказ: — Все — назад! Кунаи с печатью Бога Грома — полетели. Джонни спрятал пушки. Взгляд острый. Жёсткий. Сейчас будет то, чего не показали в аниме. Минато за 15 секунд уничтожил всю армию облака. Остались — не больше 70. Слишком близко к восьмихвостому. Слишком далеко от спасения. Минато — рисовал смерть. Полсекунды — и враг исчезал. Но он не подошёл к восьмихвостому. 70 выживших смотрели в ужасе. Би не колебался. Создавал Бомбу Хвостатого. — Би! Бомбу! Уничтожь их, хоть кого-то! — орал Эй. Минато увидел. Все рванули в сторону. Бомба вылетела. Сила — чудовищная. Джонни хотел остановить время. Но… Минато стоял. Уверенно. Слишком уверенно. Он уже однажды перенаправлял бомбу Десятихвостого. Что ему — восьмихвостый? Он метнул кунай. Исчез. Бомба исчезла. Где-то вдали — огромный взрыв. Мощнее, чем у ZERO.Намного… Джонни смотрел. Взгляд горел. — Мне ещё далеко… но я всего лишь ребёнок. Я догоню. И перегоню. Он рассмеялся. Безумно. Ярко. Истинный голос Птицы Смерти.