Глава 61 — BOOM!

Ночь опустилась на землю тяжело, словно гнилое покрывало, источающее запах разложения и забвения. Чёрное, вязкое небо безлунной ночи давило на мир сверху, будто само пространство было готово рухнуть вниз и похоронить всё живое. На краю разбитой дороги, едва различимой среди зарослей мертвых деревьев, стоял он — Джонни. Холм, на котором он замер, был изломан временем и стерт ветрами. Раньше здесь шли караваны — тяжелые обозы с золотом, провиантом, оружием. Всё это шло в сторону Узушиогакуре, деревни, что теперь была погребена под веками предательства и пепла. Теперь же от некогда гордого пути остались лишь гнилые обломки, разорванные корнями деревья и рваные ямы. Никакой жизни. Ни огонька, ни шороха крыла, ни дыхания зверя. Даже ветер здесь был странный — не шумел, не бил в лицо, а будто стонал, проклиная забытое прошлое. Джонни поправил ремни за спиной. К ним были прикреплены два тяжёлых свитка. На поясе шуршали замотанные в ткань ещё несколько свитков — как змеи, готовые вырваться наружу. И ещё — у бедра, в запечатанном контейнере, “Биг Босс” — пушка, что несла в себе целый маленький как называет Джонни взрыв. На лице Джонни была маска совы — белая, с двумя пустыми алыми провалами вместо глаз. В этих глазах не было ничего человеческого, только холодная, животная пустота. Тёмный плащ тянулся за ним, сливаясь с тенями, и казался бесконечным, словно он был отростком самой ночи. На сердце у Джонни было только ледяное, стянутое комом чувство. Он был смертью. До цели оставалось меньше двух километров. ⸻ Впереди, в мертвом лесу, расползались руины. Старая база мародеров. Остатки тех, кто когда-то охотился за реликвиями Узумаки, растаскивая последние крохи их погибшей славы. Сейчас в развалинах засели новые крысы — тридцать шиноби из Кумо, скрытого облака. “Ничтожества,” — холодно подумал Джонни. Он крался в лесной мгле, беззвучно обогнув прорванный канал, где некогда текла река. Перед ним возникла первая точка — старая сторожевая башня, обвалившаяся наполовину. Из её развалин доносилась лишь тишина. В темноте лица шиноби были видны как смазанные пятна. Они охраняли штаб были вооружены готовы. Но они не знали, что за ними пришла сама смерть. Джонни встал в густой тени, щелкнул пальцами. Сухо, глухо. Развернул первый свиток, активируя печать. На землю упала огромная пушка. Массивная, как кусок упавшего неба, её дуло зловеще смотрело в сторону врагов. Метр семьдесят длиной. Широкая, тяжёлая. Как быстрая смерть. Он создал тридцать клонов, что бесшумно окружили орудие, словно воронье над мёртвым телом. Каждый клон взялся за управление, точно повторяя движения Джонни. Ядро для Биг Босса была вставлена в пушку. Она зашипела, вращаясь, наполняясь свистящим давлением чакры. Выстрел. Сфера сорвалась в небо, вспарывая мрак, как белый клинок. Шиноби увидели её — слишком поздно. Сфера взорвалась о землю, раскрывшись черным цветком. Не было ни вспышки, ни ослепительного света. Только ударная волна — всепоглощающая, сокрушительная. Растительность исчезла. Башня исчезла. Сами тела шиноби исчезли, превращенные в кровавую грязь. Остался только один. Вот она сила человечества в его прошлом мире люди создавали оружие много лет Это природа людей разрушения Опытный токубецу, изуродованный, корчившийся в лужах собственной крови. Его чакра пыталась залатать тело, но силы убывали. Джонни подошёл к нему медленно, точно на плаху. Он склонился, не говоря ни слова, и перерезал ему горло, глядя ему в глаза. Без гнева. Без жалости. Только холодная необходимость. Динь. Голос системы прозвучал в голове. “Поздравляем. Вы получили 37 монет.” Джонни тихо усмехнулся: — Большой улов. И пошёл дальше. Ночь была чернее крови. Луна висела рваным куском мёртвого мяса на закопчённом небосклоне. Тьма давила на плечи, пахла сыростью, тлением, старыми костями. Джонни стоял на обломках разрушенной местности, тенью в черном плаще, с белой маской совы, глаза которой горели багровым светом. За спиной две массивные печати-свитки, в них шесть сферических ядер. Сухо шуршали при каждом его движении запечатанные малые пушки. Впереди, внизу — лагерь шиноби, Шестьдесят, может быть семьдесят человек. Они были на полной готовности смотрели в оба. Они думали, что здесь, в руинах, над ними никто не властен. Ошибались… Джонни встал на колено. Всё в нём замерло. На шершавую землю легли две пушки : тяжелые, холодные.Каждая — не больше взрослого человека, но достаточно мощная, чтобы вырвать сердце у лагеря. Джонни щёлкнул пальцами. Шесть клонов вышли из тени, точно его отражения. Лицо под маской оставалось пустым, даже когда он отдавал команды. Они молча подхватили ядра и начали заряжать орудия. Ветер шевелил грязный плащ на его спине. Шиноби Облака поняли что потеряли первую точку, они были взволнованы, ходили туда-сюда. «Раз, два, три, четыре, пять… — шептал Джонни себе под нос, — папа вышел убивать.» Рука поднялась вверх. Пальцы, словно когти птицы, сомкнулись. Он резко опустил руку вниз. Давая клонам команду Выстрел. Глухой, чудовищный рёв пронёсся по долине. Шесть ядер, словно демонические цветы, вспыхнули в небе и обрушились вниз. БО-О-ОМ. Ударная волна снесла весь первый периметр лагеря. Палатки, костры, караульные башни — всё смешалось в огненном хаосе. Тела шиноби разлетелись в клочья. Части тел, ошмётки плоти, куски костей — всё покрывало землю, превращая её в поле бойни. Но те, кто выжил, были закалёнными ублюдками. Из пламени вывалились десятки. Некоторые с обгоревшими руками, лица в саже, в крови. Их чакра горела вокруг них, как последняя защита. Джонни шагнул вперёд. Без страха, без колебаний. Он шёл как смерть. Черт как же мне плохо… В одной руке он держал катану — длинный узкий меч с чёрным лезвием. В другой свиток, из которого ещё могли выйти малые бомбы. Клоны пошли за ним. Первый враг бросился на него с мечом в руке — и получил пушечную сферу в грудь. Моментальный взрыв разорвал его на части. Второй — получил катану под рёбра. Третий — потерял голову ещё на подлёте.все средние чунины Шиноби Облака окружали его. Их было много. Слишком много для ребёнка. Но Джонни не был ребёнком. Он был карой. Он был проклятием. — Бля я щас умру но похуй я сука злой! Стар Платинум. The World. Мир замер. Всё остановилось. Джонни двигался сквозь застывшие тела, холодно, методично вонзая клинок в сердца, горло, виски. 2,8 секунды вечности. Достаточно. Когда время пошло снова, тела упали как куклы без нитей. Крики начались позже, когда они поняли, что происходит. «Что это за демон?!» — орал какой-то капитан Облака, раскидывая руками чакру в отчаянной защите. Джонни ответил только безмолвной вспышкой другого ядра. Но упал на одно колено Черт!!! ВЗРЫВ. Ещё три человек исчезли. Лагерь был поглощён кровью, огнём и обугленными телами. Дым стоял такой густой, что сквозь него нельзя было видеть. Но Джонин Облака выжил. Сильный. С прокачанной чакрой. У этого ублюдка было что-то вроде покрова молний. Плакаты розысков на него висели в скрытых деревнях. Прямо перед Джонни — стоял он, как зверь. — Маленький ублюдок, ты не выйдешь отсюда живым! — зарычал Джонин, выкладывая руки в печати. Джонни не ответил. Внутри выругавшись — БЛЯЯДЬ!!! Остановка времени… минус Джонин Когда дым рассеялся, Джонин стоял на коленях, истекая кровью, его чакра мерцала слабо. Джонни подошёл. Медленно. Уверенно. Катана в руке блеснула в тусклом свете костров. Одним движением он перерезал его горло. Без эмоций. Без ненависти. Просто — конец. ⸻ Оставшиеся несколько выживших, разрозненные, напуганные, начали отступать. Но клоны их добили. Среди них был один паренёк — новичок, недавно ставший чунином. Он стоял на краю развалин, весь в пепле и крови. И когда он увидел Джонни, он обоссался прямо в штаны. Джонни посмотрел на него пустыми глазницами маски, и вдруг… засмеялся. Не просто смеялся — истерически заржал, как умалишённый, как тень безумия в теле восьмилетнего мальчика. Под дождём искр, в огне разрушений. Парень рванул прочь, бежал, не оборачиваясь. И пока он убегал, из тьмы за ним следили два красных, совиных глаза, полные глумления и презрения. ⸻ Система: Поздравляем! Ваше состояние 310 монет. Награда: титул “Птица Смерти”. Тихий, спокойный голос прозвучал в его голове. — Птица смерти, — повторил Джонни. — Быстрая, как ветер. Невидимая, как тень. И всегда приносит смерть. Он глубоко вдохнул, ощутив, как в груди замирает пустота. Усталость. Изнеможение. Это была цена силы. — Ублюдки, — прошептал он сквозь зубы. — Система. Почему? Ответ был сухой: Тебе нет даже восьми лет. Слишком рано становиться монстром. Он сжал кулаки. — Убью и тебя однажды! — пообещал он. И в этот момент, через дымку разрушения, он увидел её. Руины. Огромное здание. Древняя печать. Туда вела его судьба. В этот момент все шесть его чувств будто сжались в одну точку, как если бы что-то невидимое проникло в его сознание, вытянув всё лишнее. Внутренний мир Джонни стремительно поглощал всё вокруг, и он ощутил, как весь его фокус, все его способности были направлены на одно — древнее, разрушенное место. Его глаза, привыкшие к тени и крови, заметили её сразу. Там, вдали, под острым углом светила луна, и в её свете виднелся силуэт разрушенного здания. Когда-то это было величественное сооружение, не уступающее по масштабу и архитектуре даже зданиям каге, но теперь оно было лишь обломками. Часть стен была разрушена, углы коричневыми, покрытыми едким мхом и плесенью. Всё вокруг было по-настоящему заброшено. Джонни подошёл ближе, его шаги отражались эхом в пустых пространствах. Он чувствовал, как воздух вокруг него сгущается, и то, что он видел, казалось тем, чего не должно было остаться в этом мире. Это был не просто памятник погибшей эпохи. Это было место, полное боли, разрушения и, что хуже всего — предательства. Он почувствовал странную дрожь, когда взгляд его остановился на обломках старой печати. Она была знакома ему. Знакома слишком хорошо. — Черт возьми откуда же я её знаю?!. — Я так и знал, что именно это место меня манит, — прошептал он, глядя на разрушённые стены. Его внутренний голос звучал каким-то пугающим эхом. Он подошёл ближе, подойдя к большому следу, оставленному на полу — старую, почти сгнившую печать, покрытую запёкшейся кровью. Кровь, всё ещё священная, всё ещё горящая, и она продолжала манить его, влекущая его как магнит. Это была не просто печать. Это была часть его силы. Мощная часть того, что он носил в себе. Всё это напоминало ему одну важную вещь. — всё-таки я Узумаки а не Сенджу С каждым шагом, его мысли становились всё яснее. Он наклонился и прикусил кончик большого пальца, почувствовав, как кровь, тёкшая из раны, капала на печать. Мгновенно всё вокруг засветилось, ослепляя его, как взрыв света в тёмном, задымленном помещении. Когда свет начал угасать, он оказался в другом месте — в огромной библиотеке, величественной и древней, как сама земля. Множество свитков и книг, покрытых пылью и временем, лежали в рядах, их страницы были старинными, изъеденными временем и разрушением. Этот запах был знаком, древним, как прошлое. Книги излучали атмосферу, которая заставляла каждую клетку тела Джонни напрягаться. — Где я? — прохрипел он, подавленный ощущением чуждости и отчуждённости. Этот мир не был его, но он был связан с ним. В этих стенах была его кровь, его история, его клан. Печати, свитки, стихи — всё это было частью того, что он искал. Но что-то было не так. Он чувствовал, что этот мир, эта библиотека, ещё хранила страшную тайну. — Ах, так вот ты где, — раздался чей-то голос сзади. Джонни резко обернулся, его сердце пропустило один удар, когда он увидел перед собой фигуру. Это был старик. Но не просто старик. Он был прозрачным, словно призрак, и даже свет казался мутным и размытым через его силуэт. Его волосы были седыми, короткими, а глаза — ярко-зелёными, пронизывающими, холодными. — Кто ты? — спросил Джонни, нервно сжимая кулаки. Он ощутил, как воздух стал вязким, как будто всё вокруг сдавило его грудную клетку. — Я….