Глава 29 — Отказаться от мечты? Прости но я не могу!

— Эм… — промямлил Абдул, наконец моргнув. — Это… ты серьёзно? Хирата кивнул. Без улыбки. Но в глазах… что-то тёплое. — Да. Срок уже больше трёх месяцев. Мы не хотели говорить, пока всё не подтвердится. А теперь… Он замолчал. — А теперь вы решили сказать мне это между новостью о грёбаной войне, — пробурчал Абдул, глядя в пол. — Ну… да, — хмыкнул отец. Абдул не знал, что сказать. Война… ну, он знал. Но брат?.. Аааа… я не понимаю. Чёрт. Я ЭТОГО не ожидал. И когда они вообще успели?.. Отец прервал поток его мыслей: — Мне нужно знать, как ты к этому относишься. — Ну, вы бы могли сказать пораньше, — саркастично отозвался Итами. Отец посмотрел пристально. — Не выёживайся. А то скажу матери, что ты прогуливаешь академию. — Думаешь, я не знаю, что ты отправляешь клона Ты следишь за мной? — прищурился Итами. — А вот это тебя волновать не должно, — загадочно усмехнулся Хирата. — Ладно. Иди поешь. И покажи маме, как ты рад. — Да-да… конечно, — буркнул Абдул, натянув странную, искусственную улыбку и направился на кухню. Сзади шёл отец. Беззаботно. Почти весело. Как только они вышли на веранду, подул тёплый весенний ветер. Мать, заметив их, подняла взгляд: — Итами. Ты уже знаешь, да? Он кивнул. Улыбнулся. — Так… — медленно произнесла она. Абдул выдохнул. — Тогда… дайте мне хотя бы шанс. Я хочу дать ему имя. Оба родителя переглянулись. Вопросительно. — Какое имя ты хочешь дать? — спросил Хирата. Абдул посмотрел на них серьёзно. Почти взрослым взглядом: — Тайсон. — Какое странное имя, — удивлённо сказала мать. Отец кивнул, думая так же. Флешбэк: Воспоминание врезалось в голову. Прошлая жизнь. Семья. Любовь. Друзья. И спорт. Спорт, который он обожал с детства. Майк Тайсон — его кумир. Не просто потому что бил сильно. Потому что был таким же, как он. Бедный. Толстый. Над ним издевались. Он был тем самым пацаном “с района”. С грязной футболкой. Без нормальной одежды. Без шансов. Но он прорвался. Стал чемпионом. Сделал себя сам. Абдул всегда мечтал повторить это. Написать свою историю. Когда он впервые попросил отца записать его на бокс — всё пошло к чёрту. Отец был уважаемым врачом. Один из лучших в городе. Люди стояли неделями, чтобы попасть на приём. Он обожал свою работу. Но драк… ненавидел всем сердцем. Даже спортивных. Мать была домохозяйкой. Любила отца. И он — её. Казалось, идеальная семья. До этого момента. Когда Абдул заговорил про бокс — отец впервые сорвался. Он избил сына. Не жестоко. Но так, чтобы тот понял: “Вот к чему приводят драки. Ты не выдержал и этого — что будет, если тебя избьют насмерть? Подумай не обо мне подумай о матери хоть раз”. Абдул смотрел в глаза отцу. И понимал, что он не враг. Но… — Прости, отец. Я не могу отказаться от своей мечты. Иначе зачем я живу? Он выбежал из дома. 13 лет. Один. Под дождём. Последнее, что он услышал: — Я не хочу тебя видеть. Чтобы мои глаза тебя не видели. Мать плакала. Сильно. Он бежал. Минут тридцать. Без остановки. Дождь лил, как из ведра. Машина пролетела рядом — его обдало грязью. И вдруг… он увидел зал. Старый. Выглядел заброшенным. Двери — без замка. Почти знак свыше. Он зашёл внутрь. И обомлел. Ринг. Свет падал только на него. Остальное — тьма. Он снял грязные кеды. И запрыгнул на ринг. Мурашки. До самого позвоночника. Он вспомнил бой. Тайсон против Льюиса. 2002 год. И вдруг — шаги. Кто-то шёл. Абдул замер. Дверь открылась. Мужик. Слегка прихрамывает. Пауза. Неловкость. И тут мужик резко спросил: — Кем будешь? — спросил мужик. Абдул, весь в грязи, поднял голову: — Абдул… — И что ты тут забыл, Абдул? Абдул не знал, что сказать. Он промолчал. Мужик как будто что-то вспомнив, кивнув самому себе и вытащил две пары старых боксерских перчаток. Одну кинул Абдулу. Абдул поймал. Он смотрел на них широко открытыми глазами. На секунду всё исчезло — только перчатки в руках и… ощущение. Кожа. Мурашки. Он вдохнул — и в этот момент получил хук слева. Всё померкло. Нокаут. … Очнулся на полу. Над ним стоял тот самый мужик. Глаз пульсировал болью. Абдул поднялся, посмотрел в отражение в разбитом стекле. Синяк. Он не плакал. Не кричал. Он был счастлив. — У тебя есть где жить, пацан? — спросил мужик. Он явно принял его за бедного сироту, что просто любит бокс. А может… увидел в нём себя. Или своего брата. Абдул неловко закашлялся: — Нет. Уже нет. Он не знал, что его отец стоял за дверью. Всё слышал. — Будешь жить в зале, — сказал мужик. — Всё равно закрыт. Когда-то он принадлежал моему брату. Он умер на ринге… Я закрыл это место. Вернулся просто… вспомнить. А увидел тебя. И будто снова увидел его. Мужик подал ему старое одеяло. — Просыпаешься в пять утра. Понял? Абдул кивнул, истощённый, и уснул прямо на полу. Через пару минут в зал зашёл его отец. — Ты его отец, да? — спросил мужик. — Да. Махмуд. — Кхан, — кивнул мужик. — Я буду платить. Хорошо платить. Главное — следи, чтобы он ничего себе не сломал, — голос отца дрожал, несмотря на спокойствие. — Не обещаю, — сразу ответил Кхан. Он был честен. Махмуд положил на стол двести долларов. — Завтра принесу полную сумму. Кхан кивнул и снова ушёл в свои мысли. А отец подошёл ближе, посмотрел на сына. — Какой же ты упрямый… Весь в меня, — сказал он тихо и ушёл. Позже он рассказал всё жене. Она долго плакала. … Прошло семь лет. Семь лет Ада. Абдул стал сильным. Очень сильным. Но только спустя год после начала тренировок он узнал — это отец всё это время платил за него. Кхан сам рассказал. Абдул тогда расплакался. Как никогда в жизни. Даже когда уезжал от семьи — не так. Он пришёл домой. Просил прощения. Долго. Очень долго. Отец не выдержал — обнял. Мать… она уже давно тайком носила ему еду. Абдул думал, что отец не знает. Но именно отец привозил её к залу. Ждал в машине. … Пять лет назад он познакомился с пацанами — Саней и Джонни. С грязным прошлым. Сильными. Настоящими. Они много общались. Игры, разговоры. Впервые за долгое время Абдул отвлёкся от тренировок. Засыпал позже. Лишь бы поболтать или поиграть с ними. Он знал, что они завидуют ему. Но сам… сам завидовал им. Они прошли через то, чего он бы не выдержал. Они стебались друг над другом. Но Абдул не мог. Совесть не позволяла. Когда он попал в мир Наруто — тот самый, который они вместе смотрели ночами — он не мог сказать это вслух, но чувствовал себя… Свободным. — Это эгоизм? — думал он тогда. Конец флешбэка: — Абдул, ты в порядке? — мать с беспокойством посмотрела на него. — Да. Просто… кое-что вспомнил, — тихо ответил он. Отец усмехнулся: — Если ты так беспокоишься, то назовём его Тайсон. Абдул кивнул, не говоря ни слова. И только прошептал: — Спасибо… Они сели ужинать. Весенний ветер проникал в дом. Где-то за окнами цвели редкие цветы. Воздух был чистым, насыщенным. Много кислорода. Свежесть. Абдул задумался. Все считали его немного туповатым. Помешанным на спорте. Может, в чём-то и правда. — У меня родится брат… Тайсон, — думал он. — Тайсон… Мысль никак не укладывалась в голове. Поблагодарив родителей за ужин, Он пошёл к себе в комнату. Она была большая. Просторная. Уютная. Он сел на кровать, закрыл глаза и просто размышлял. Минут пятнадцать. Потом лёг. И заснул.