После ужина государственных дел было не так уж много, поэтому Хаттусили удалось выкроить время, чтобы встретиться с лекарем, который работал во дворце принца Курунты. Еще рано утром брат царя попросил Лабарна доставить платок, пропитанный лекарством этому человеку. Врач ответил, что к вечеру он сможет дать заключение. И вот, в данный момент, Хаттусили сидел нога на ногу, а перед ним стояли лекарь и принц Курунта. В руках доктора находился платок.
— К какому выводу вы пришли? – спросил Его Высочество.
— Это довольно известное лекарство и легко в изготовлении. Не буду грузить вас медицинскими терминами, но это обычный галлюциноген. При большой дозе вызывает сильные галлюцинации и приводит к безумию.
Хаттусили и Курунта посмотрели друг на друга. Оба принца сразу же догадались, что это лекарство может быть причиной внезапного безумия Муваталли, но все же в глубине души надеялись, что Мурсили к этому не причастен.
— А можно ли как-то излечить безумие?
— Если только давать успокоительное, но его частый прием тоже вреден. Просто один яд сменяется на другой.
— Получается, что брату уже не помочь? – обеспокоенно произнес Курунта.
Хаттусили тяжело вздохнул и погладил переносицу.
— Спасибо. Лабарн щедро заплатит вам и можете быть свободны.
Лекарь молча поклонился и покинул комнату. Младший принц проводил его взглядом и как только дверь закрылась, то обеспокоенно посмотрел на старшего брата.
— Выступишь против Мурсили? Пузырек так и остался у него в покоях, а лекарь, давший ему это лекарство, может стать свидетелем, если припугнуть, – сказал Курунта.
Хаттусили покачала головой и, встав со своего места, подошел к окну.
— Нельзя действовать сгоряча. Мурсили – наследный принц и если он сможет выкрутиться, то я потеряю доверие важных людей.
— Но нужно приструнить его. Он же травит царя! Надо попытаться, ведь на руках неопровержимые доказательства, – настаивал на своем младший принц.
— Это только кажется, что у нам неопровержимые доказательства. На самом деле их очень легко оспорить. Мурсили может сделать виновной именно лекаря. Он может сказать, что попросил лекаря приготовить лекарство, потому что Муваталли был не здоров, что правда. Весь дворец знает, что не так давно он болел. Лекарь дала ему лекарство и сказала как принимать. Из соображений того, что брат постоянно занят Мурсили оставил лекарство у себя и давал в определенное время. Поэтому пузырек и оказался в его комнате. Если предъявить обвинение в безумии царя, то тут еще проще. Он не владеет познаниями в области медицины и не знает состав лекарства. Вывод: лекарь виновна в безумии брата. Казнь. А может и еще круче сделать, обвинить меня. И я следом отправлюсь на плаху. Что-что, а язык у Мурсили очень хорошо подвешен.
Курунта сжал руку в кулак. Слова старшего брата не оспоришь, но и сделать ничего не можешь. Только им известно, что наследник медленно отправлять царя в могилу.
— И что тогда делать? Мурсили же сядет на трон.
— Иногда бездействие порождает действие. В определенный момент нужно затаиться, чтобы напасть в самый непредсказуемый момент. Пусть Мурсили садиться на трон. Нужно же дать ребенку поиграть, – с хитрой улыбкой проговорил Хаттусили.
Тучи над Хеттским царством сгущались. Скоро должны были грянуть перемены.
ΩΩΩ
В своем утреннем письме Хаттусили рассказал Нефертари о том, что отдал платок лекарю и вечером уже должен быть результат. Из-за этого девушка целый день ходила по своей комнате от одного угла к другому, словно тигр в клетке. Неизвестность и любопытство не давали ей покоя.
В самый пик нетерпения в комнату вошла Хувала. Нефертари тут же подбежала к ней и взяла за руки.
— Есть какие новости? – обеспокоенно спросила девушка.
— Его Высочество недавно вернулся во дворец, поэтому встретиться с ним вы вряд ли сможете, поэтому он передал письмо, – ответила Хувала и достала из пояса папирус.
Невеста принца тяжело вздохнула и взяла его. В этом письме должна быть важная информация. Однако начав читать, девушка немного разочаровалась. Хаттусили конечно не писал сочинения на пару страниц, но тут совсем было блекло. На папирусе виднелось лишь одно слово «галлюциноген», но и этого было достаточно, чтобы понять, о чем брат царя хотел сказать.
— Все-таки не очень хорошие новости, да? – спросила Хувала.
Нефертари посмотрела на нее и слегка наклонила голову.
— Похоже, безумие Его Величества не просто так. Мурсили все это время давал ему галлюциноген.
Служанка поднесла руки ко рту. Она не была о наследника трона хорошего мнения, все-таки он доказал, что не ангел, но не ожидала, что тот станет сводить собственного отца в могилу.
— Как же так. Никогда бы не подумала, что Его Высочество будет способен на такое. Он никогда не отзывался тепло о своем отце, но… – голос Хувалы дрожал.
Нефертари положила руку на плечо расстроенной девушки. Сколько бы наложница не говорила, что ненавидит наследного принца, но в глубине души все еще теплятся чувства. Все-таки Хувала застала Мурсили совершенно другим человеком.
— Мне нужно как-то встретиться с Хаттусили. Хочу узнать, что он думает обо всем этом.
— Пока что Его Высочество не объявили регентом при недееспособном царе, поэтому он может быть занят только во время трапезы или ночью. Но ночью выходить нельзя, потому что охрана заподозрит.
— Нет, самое лучшее время – ночь, – строго проговорила Нефертари и посмотрела на Хувалу.
— Но как вы это сделаете? Охрана может доложить Его Высочеству, да и брат Его Величества не один в покоях.
— Хувала, я же могу ходить везде вместе с тобой. Да и ночью у человека что, не может прихватить живот? А в покои Хаттусили меня не обязательно вести. Ты знаешь, где комната Лабарна?
Служанка кивнула, удивленно смотря на госпожу. Этот план был очень рискованный. Но когда, как не сейчас.
Хувала и Нефертари вышли из покоев. Невеста принца согнулась в три погибели, показывая, как сильной ей нужно в туалет. Да и наложница умело подыгрывала своей госпоже. Охрана ничего не могла сделать с биологическим позывом, а докладывать о таком наследному принцу как-то глупо.
Две девушки улыбнулись друг другу, погружаясь во тьму коридора.
ΩΩΩ
Лабарн не имел какой-то высокий статус, поэтому путь в его спальню был прост и безопасен. Нефертари в сопровождении Хувалы осторожно вошли в комнату мужчины. Все свечи были потушены, поэтому царила абсолютная темнота. Госпожа пыталась хоть как-то нащупать путь к кровати, но на ее пути оказался маленький столик, который она чуть не опрокинула, но находившиеся на нем вещи с громким звуком приземлились на пол. От такого грохота только мертвый не проснется.
— А? Что происходит? – проснулся Лабарн и быстро зажег тройку свечей, стоящих у кровати.
Мужчина встал с постели и сделав пару шагов увидел Нефертари, которая глупо улыбалась, придерживая маленький столик. Позади нее стояла служанка, склонив от стыда голову.
— Нефертари? Конечно, только ты могла устроить такой погром. Что ты тут вообще делаешь? – говорил слегка раздраженно Лабарн, зажигая другие свечи, чтобы осветить всю спальню.
— Я хотела поговорить с Хаттусили по поводу галлюциногена. Хувала сказала, что он не один в покоях, поэтому я решила прийти к тебе, – с улыбкой сказала Нефертари.
Лабарн также улыбался в ответ и качал головой. Казалось, что у них сложился коннект, но вдруг лицо мужчины стало серьезным.
— С ума сошла?! А если Мурсили прознает, что тебя в комнате нет?
— Не переживай. У меня скрутило живот, так что в туалете я. Не думаю, что он будет ломиться туда. Да и какой псих пойдет ночью в чужую комнату.
Брови мужчины поползли вверх.
— Ты же пришла.
— У меня экстренный случай.
Лабарн тяжело вздохнул. Теперь в проблемы двух влюбленных втянули и его.
— Ладно, посиди пока здесь. Я скажу Хаттусили, что есть одно неотложное дело.
— Спасибо!
Мужчина лишь махнул рукой и покинул свою комнату. Поспать ему сегодня явно не придется.
Где-то через минут пять в покоях друга появился брат царя. Едва возлюбленные увидели друг друга, то крепко обнялись и страстно поцеловались.
Лабарн и Хувала отвернулись к стене. Наблюдать за таким интимным моментом было довольно смущающе.
— Я был удивлен, что ты пришла в такое время. Охрана ничего не заподозрила? – обеспокоенно спросил Хаттусили и посмотрел на Хувалу, которая уже стояла лицом к нему.
— Не думаю. Я сказала, что мне срочно нужно в туалет.
Мужчина посмотрел на своего друга и засмеялся. Отговорка конечно хорошая, но смешная. Лабарн скрестил руки за спиной, сдерживая улыбку.
— Я к тебе по делу. Хотела, чтобы ты побольше рассказал о том лекарстве.
Теперь атмосфера в комнате стала серьезной.
Хаттусили переплел свои пальцы с пальцами девушки.
— Это лекарство – галлюциноген, который вызвал у Муваталли безумие. Другими словами, Мурсили медленно загоняет собственного отца в могилу.
— Я догадывалась, что это необычный пузырек после того, как Хувала сказала, что Мурсили практически не болеет. Но ты же никак не сможешь использовать эту информацию против него, верно?
— Верно. У Мурсили язык подвешен, поэтому любому обвинению в этом деле найдет логичное объяснение. Главное я знаю, что он будет причастен к смерти моего брата. Большего мне и не надо. Но скажу честно, до последнего наделся, что это просто какие-нибудь витамины.
Брат царя опустил взгляд и принялся перебирать пальцы девушки.
Нефертари понимала о чем он говорит. Благодаря недавней истории Мурсили, отношения дяди и племянника смотрелись по-другому. Все-таки раньше они были лучшими друзьями. Да, ненависть почти полностью завладела их душами, но хотелось верить, что остался тот маленький свет прошлого уважения и любви.
— Теперь понимаю уверенные слова Мурсили о том, что он займет трон еще до свадьбы, – сказала Нефертари и положила голову на плечо Хаттусили.
— Его спешка вполне оправдана. С каждым днем положение во дворце меняется. Сегодняшние союзники завтра могут стать врагами. А вдруг Муваталли умрет лет так через тридцать. До того времени Мурсили может растерять верных соратников, поэтому логичнее избавиться от царя сейчас, пока положение не так шатко, – ответил мужчина и поцеловал девушку в лоб.
Нефертари закрыла глаза. Все это звучало очень и очень грустно. Каково же Муваталли знать о том, что родной сын травит его разум. Однако оставалось безумному царю совсем немного, ведь приглашения на свадьбу уже были отправлены.
ΩΩΩ
Как и говорил Хаттусили, положение во дворце менялось постоянно.
Утреннее собрание стало шоком для многих присутствующих. Безумие Его Величества Муваталли достигло пика. Он больше не мог адекватно управлять государством и был заперт в своей комнате. На правах наследника трона Мурсили назначили регентом. Юноше пока нельзя было опробовать этот золотой трон и высшую власть, но ждать оставалось не так уж и долго.
Обновлено: 14.02.2026