Письмо Пудухепы, а затем и официальная весть от Муваталли подняли на уши весь двор. Тор постоянно находился во дворце, стараясь как-то сдерживать вспыльчивый характер наследного принца. Когда Рамсеса заперли в комнате, то именно жрец приносил ему еду, но, к сожалению, видел лишь сломленного человека. Почему же судьба была так жестока к нему? Этот вопрос постоянно всплывал в голове Тора, когда он хоть как-то пересекался с Рамсесом. Благо, потихоньку, ситуация начала успокаиваться, и жрецу все-таки удалось попасть в храм, где усердно трудилась Эви.
Был обед, поэтому людей в храме не очень много. Эвелин стояла напротив статуи Амон-Ра, подняв свой грустный взгляд. Лучи солнца, проходящие сквозь окна, красиво падали на рыжеволосую девушку. Она была похожа на богиню.
Тор медленно подошел к ней и положил свои большие руки на ее оголенные плечи. От неожиданности Эви резко обернулась с широко раскрытыми глазами. Как только девушка увидела перед собой возлюбленного, то тут же крепко обняла его. Она не видела его давно и очень скучала. Сейчас Тор был единственным ее спасением, ведь Эвелин осталась совсем одна со своими переживаниями.
Жрец обнял девушку в ответ, но вскоре отстранился. Мужчина протянул Эви некое письмо. Рыжеволосая красавица вопросительно посмотрела на него.
— Почитай. Там новости по поводу Нефертари, – нежным голосом проговорил Тор.
Эвелин в этот же момент вырвала письмо из его рук. Из-за того, что девушка на некоторое время возвращалась во Францию, то совсем отвыкла от египетских иероглифов. Слегка прищурившись, она пыталась разобрать слова.
Как только Эви поняла о чем там говорится, то выронила письмо. Тор не стал поднимать его, а просто смотрел на девушку с не самым счастливым взглядом.
— Получается, что скоро ее вернут в Египет, да? – с радостной улыбкой поинтересовалась Эвелин.
— Нет. Это письмо пришло не от Его Величества Муваталли и не носит официальный характер.
— Как же так.
Тень грусти вновь легка на ее лицо.
— Официальное письмо пришло позже, но в нем не говорилось о возвращении Нефертари в Египет. Муваталли объявил о том, что Нефертари стала невестой Мурсили в виду беременности.
Эвелин резко подняла взгляд на Тора. Она никак не могла расставить все по полочкам. Какое отношение к беременности имеет Мурсили? Но вдруг в голове девушки появилось ужасное предположение. Изнасилование. Нет, это не меняет того факта, что ребенок от Рамсеса. И если сейчас Эви расскажет об этом, то Нефертари, наверняка, вернут в Египет. Все-таки она носит наследника. Но есть одна очень большая проблема – это Древний мир. Как в эту эпоху доказать, что отцом малышка является другой мужчина?
Однажды Эвелин уже совершила огромную ошибку и привела ни в чем неповинную девушку к смерти. Что же будет, если в этот раз она откроет рот? Ком встал в горле. Тело слегка подрагивало. Было страшно. Смолчать или сказать правду? Что делать?
— Эви, ты в порядке? Выглядишь как-то нездорово, – обеспокоенно сказал Тор.
— Все хорошо. Просто ошарашена этой новостью.
— Мы все ей ошарашены. Что же такое произошло, что Нефертари смогла понести от Мурсили?
Девушка серьезным взглядом посмотрела на жреца. Рассуждал он, конечно, как какой-то подросток.
— А что еще могло произойти? Она ненавидела Мурсили, поэтому явно же не сама отдалась ему!
— Неужели, изнасиловал? Но как же быстро Нефертари забеременела от него. С Рамсесом они были дольше, но так и не смогли зачать.
— Что ты хочешь этим сказать? – голос Эви стал грубее, а одна бровь была поднята кверху.
— Ты не так поняла… – с глупой улыбкой начал оправдываться Тор.
Мужчина попытался положить руку на плечо девушки, но она не позволила. Вроде бы он сказал обычные слова, но почему-то ее это очень задело. Логично, что Тор мог сомневаться и многое напридумывать, но было так обидно.
— Почему так остро отреагировала на мои слова?
— Когда-то вы с Аменемхатом тоже остро отреагировали, когда я начала сомневаться в Рамсесе, также поступила и я. Прости, мне нужно побыть одной.
Тор не стал больше приставать к ней. Мужчина понял, что очень сильно ее обидел, поэтому молча ушел в комнату отдыха.
Эвелин же впилась пальцами в свои рыжие волосы и сильно сжала губы. В данный момент внутри нее боролись ярость, горечь и сомнение.
ΩΩΩ
Несмотря на то, что Нефертари имела статус невесты наследного принца, но по сути была заложницей. Мурсили выделил ей самые большие и красивые покои, приставил верную наложницу, а перед дверью стояли два крепких мужчины. Девушка пыталась пару раз покинуть комнату, чтобы погулять в одиночестве по саду, но наложница тут же бежала следом за ней, не спуская глаз. Из-за этого постоянного наблюдения Нефертари и Хаттусили не то, что не могли встретиться, а элементарно переписываться.
Наступило время обеда, поэтому служанка принесла еду в покои. Нефертари похлебала немного супа и чуть поела хлеба. Аппетита особо не было, не говоря уже о настроении. Девушка взяла в руки книгу и села за стол, стоявший у окна. Дневное солнце прекрасно освещало написанное.
— Еда пришлась вам не по вкусу? Может принести что-то другое? – немного грубо спросила служанка.
— Нет, спасибо. Я бы попросила не беспокоить меня до ужина.
Нефертари даже не подняла на нее взгляд. Девушка прекрасно знала, что эта наложница, кувыркавшаяся каждый день в кровати Мурсили, жутко ее ненавидела. А с остальными приближенными двора она не могла подружиться, потому что не все позволялось. Птица в клетке. Прекрасное название для настоящей жизни невесты хеттского принца.
Как только эта наложница ушла, то Нефертари немного расслабилась. В комнате появились зачатки воздуха, а не эта удушливая атмосфера. Но не успела она насладиться гипотетической свободой, как появился Он.
— Опять совсем немного поела, – проговорил Мурсили.
— Аппетита что-то нет.
Нефертари все также смотрела в книгу.
— Ну, ты же несешь ответственность не только за себя.
Мурсили подошел к девушке и поцеловал ее в щеку, при этом положив свою холодную руку на плечо. Медленно она начала опускаться ниже, к груди. Нефертари резко отпихнула руку и обернулась. Одна ее рука покоилась на спинке стула.
— Зачем ты это делаешь? Ты же прекрасно знаешь, что ребенок не твой, но строишь из себя будущего отца. Я еще могла бы поверить, что от любви ко мне, но я знаю, что это не так. Приставил ко мне свою наложницу, которой бы поучиться манерам и держишь практически взаперти. Чего ты добиваешься? Всю жизнь собираешься меня так держать?
Наследный принц хитро улыбнулся и приложил свою руку к щеке девушки. Нефертари резким движением убрала ее, но мужчина не сдался, силой поднял невесту со стула и крепко прижал к себе. Она пыталась вырваться из этой хватки, но все бесполезно. Их лица были близко друг к другу. Нефертари ощущала дыхание Мурсили.
— Я знаю, что ты словно дикая кошка, поэтому пытаюсь обезопасить себя. Еще не хватало, чтобы ты плела интриги против меня. Однажды ты уже сбегала, а вдруг вновь решишь убежать, но на этот раз в Египет, да и помощники у тебя имеются. Такое мне не нравится. Да и что значит «строишь из себя будущего отца»? Я итак будущий отец. Этот ребенок не мой, зато следующий будет моим. Что касается наложницы, если не нравится эта, то могу заменить на другую. А по поводу твоего заточения… До свадьбы так и будет продолжаться. Как только ты станешь моей женой и царицей, то будешь подле меня.
Мурсили коснулся своими губами лба Нефертари.
— Думаешь, что после свадьбы сразу царем станешь? – проговорила девушка, подняв уголок рта.
— Я стану им до свадьбы, – с улыбкой ответил мужчина.
Нефертари нахмурила брови. Принц поцеловал ее в правую щеку, а потом плавно перешел к губам. Девушка же смотрела в одну точку, задумавшись над ответом Мурсили.
ΩΩΩ
Хаттусили сидел в своем рабочем кабинете. На столе были разложены различные документы, но брата царя они не очень-то интересовали. Он положил правую руку на одно из писем и начал стучать пальцами, словно пытаясь справиться со своим разрежением.
За все эти дни принц ни разу не видела Нефертари. Даже кончик ее прекрасных черных волос не попадался ему на глаза, а всему виной Мурсили, закрывший девушку в своей клетке. Хаттусили пытался несколько раз встретиться с ней, но охрана постоянно была на стороже, а наложница, приставленная служанкой Нефертари, была его тенью. Мужчина пытался в приватной обстановке намекнуть Муваталли на неадекватное поведение наследного принца, но тот лишь посмеивался, называя подобное поведение юношеским максимализмом.
Вообще Хаттусили заметил, что в последнее время старший брат будто не в себе. Он вел себя странно, отвечал не по делу, отказывался слушать доклады, мог резко прервать речь и уйти из тронного зала. Одна из наложниц даже рассказывала главе гарема о том, что по ночам Его Величество начинает крушить все в комнате и размахивать мечом. И эти слова подтвердились. Слуги действительно находили комнату в полном беспорядке, а на теле девушки были царапины. Обеспокоенная глава гарема прибежала за помощью именно к Хаттусили, на что тот запретил отправлять наложниц в спальню Муваталли. Разумеется, царь был в бешенстве от этого. Брату пришлось позвать лекаря, чтобы тот дал успокоительное. Так уже несколько дней Хаттусили в маленьких дозах давал лекарство Муваталли, чтобы никто не пострадал. Ночь была спокойной, но утром вновь начинался кошмар. По столице поползли слухи о безумии правителя и дальнейшем его свержении.
— Хаттусили, этот документ о постройке храма просили передать тебе, – сказал Лабарн, кладя его рядом с рукой друга.
Мужчина усталым взглядом посмотрел на него и тяжело вздохнул.
— Что вообще происходит во дворце? Одна проблема сменяется другой.
Хаттусили провел прохладными ладонями по своему лицу. У него в разы прибавилось работы. От постоянного недосыпа болела голова, а под глазами уже появлялись синяки. Еще и каждодневные мысли о Нефертари не оставляли его в покое.
— Ты смог как-нибудь увидеться с Нефертари?
— Мне удалось увидеть ее из окна коридора. Она прогуливалась по саду в сопровождении служанки, приставленной Мурсили. Мурсили и эта девушка встречаются каждую ночь, видимо, из-за доклада.
— Ага, или кто-то не может сдержать то, что ниже пояса. Можно было разыграть карту, что ребенок Нефертари не от Мурсили, а от Рамсеса. Найти толкового лекаря, который по сроку смог бы это определить. Но не думаю, что брат как-то адекватно отреагирует на эту новость, раз считает то, что его сын запер девушку в комнате юношеским максимализмом.
— Пока что Нефертари невредима и это главное. Нужно понять мотив Мурсили.
— Что тут думать, он ей отомстить хочет, – сказал Хаттусили и прикусил палец.
— Это ужасно. Что же тогда делать? Он все-таки наследник и власти во дворце у него больше.
Мужчина посмотрел на Лабарна и слегка сузил глаза.
— Будем потихоньку внедрять своих людей. Для начала разберемся с этой наложницей. Лабарн, отправляйся к главе гарема и попросили выделить сегодня для Мурсили самую красивую девушку. Пусть скажет, что это подарок какого-нибудь Ассирийского правителя. Мурсили сейчас все равно в дела государства не лезет, поэтому ничего не знает. А я тем временем разберусь с наложницей.
Друг не стал спорить с братом царя. Он понимал, что это бессмысленно, но данный план поселил в его душе волнение.
Хаттусили скрестил пальцы в замок и улыбнулся одним уголком губ. Нужно решать проблемы постепенно и не спешить.
На Хеттское царство опустилась ночь. Как и было приказано, Лабарн нашел очень красивую иностранную девушку, ее приодели и отправили в покои Мурсили. Разумеется, похотливый принц с распростертыми объятиями принял ее, позабыв о своей марионетке.
А тем временем Хаттусили стоял рядом с обрывом. Совсем близко раздавался шум ночного моря, а перед ним лежала связанная девушка, без сознания, позади которой стояли двое мужчин в форме хеттских солдат. Брат царя держал в руках кубок с холодной водой и подождав несколько минут вылил жидкость на лицо наложницы племянника.
Девушка тут же очнулась и закашляла. Как только ее сознание окончательно вернулось, а мозг стал активно работать, то она начала оглядываться по сторонам, видя лишь трех мужчин и один горящий факел. Все ее тело задрожало, а сердце бешено забилось от испуга. Глаза в одно мгновение наполнились слезами, но принц с пустым выражением лица смотрел на нее.
Вдруг Хаттусили выбросил кубок, подошел к горящему факелу и взял его в руки. Мужчина медленными шагами начал приближаться к испуганному «олененку». Свет от огня чуть упал на его лицо.
— Вы!.. – глаза девушки расширились от удивления. Она уже давно была во дворце, поэтому прекрасно знала, как выглядит брат царя.
— Каково тебе быть служанкой? – с фальшивой улыбкой на лице спросил Хаттусили.
— …
Наложница молчала. Было только слышно ее частое дыхание. Для нее этот вопрос был очень странным и не понятным. Какой ответ хотел услышать этот человек? Что она должна была сказать, чтобы остаться невредимой?
— Не люблю, когда молчат. Я быстро начинаю терять терпение.
Зажженный факел стал приближаться к лицу девушки. Она пыталась отползти от жара огня, но двое мужчин удержали ее.
— Я не хотела быть служанкой. Его Высочество сказал, что сделает меня второй женой, если я буду следить за этой девкой, – в панике выдавила она.
«Девка». Это слово не пришлось по душе Хаттусили. Мужчина закрыл глаза и сильно сомкнул губы, пытаясь успокоить свою накопленную злость.
— Хорошо. Что еще ты знаешь? Сейчас ты являешься фавориткой и доверенным лицом Мурсили, проводишь в его постели каждую ночь, не поверю, что ничего не знаешь.
Хаттусили взял в другую руку кинжал, лезвие которого внимательно рассматривал.
Наложница сглотнула. Слезы текли по ее щекам, а тело дрожало, но далеко не от холода, а страха.
— Вы убьете меня? – плачущим голосом спросила девушка.
— Зависит от твоего ответа.
— Его Высочество лично мне об этом не говорил, но я видела, как к нему однажды приходила лекарь и отдавала какой-то флакон.
— Он болен?
— Нет. Насколько я знаю, здоров. Но для чего он его использует, я не знаю. Это все, что мне известно, только не убивайте меня. Я выполню любое поручение. Хотите буду вашим шпионом?
Наложница как сумасшедшая стала ползти к ногам Хаттусили. Вопросы становились все короче, а лицо принца было все злее.
— Извини, но мне не нужны предатели. Предавший однажды, предаст и дважды, – с улыбкой проговорил Хаттусили и ударил девушку по шее. Наложница тут же потеряла сознание.
— Отправьте ее на первом отплывающем корабле. В Хеттском царстве ей делать больше нечего, – грубо сказал брат царя и твердым шагом исчез в темноте, оставив потухший факел на земле.
Двое мужчин только поклонились.
Приказ был исполнен. Ранним утром, подкупив капитана, наложницу удалось отправить в далекие-далекие края, а въезд в Хатусу был закрыт.
ΩΩΩ
Пропажа удобной наложницы поселила в душе Мурсили панику. Самый доверенный шпион пропал прямо из рук. Но благо у юного принца было еще много любовниц, с которыми он разделял ложе.
Сразу же после завтрака со своим обезумевшим отцом и на удивление спокойным дядей, Его Высочество отправился в гарем, где выбрал свою давнишнюю любовницу по имени Хувала. Она была его первой женщиной, и многие порочили ей место царицы, но потом все изменилось. Появлялись одна красавица за другой, уводя внимание принца от этой прелестницы. Вскоре Мурсили позабыл о Хувале и не звал ее. Девушка давно обозлилась на него. Этим и воспользовался Хаттусили, еще до знакомства с Нефертари. Брат царя хотел найти ей применение в другом плане, но ситуация требовала ее вмешательства немедленно.
Только вот вероятность штука сложная. Никто не был уверен на сто процентов, что Мурсили доверится именно ей. Все-таки история их любви трагична. Хаттусили лишь оставалось молиться, что богиня Иштар встанет именно на его сторону.
И богиня выполнила зов мужчины. Мурсили действительно выбрал Хувалу в служанки Нефертари. Теперь удача повернулась к нему лицом, и у него появилась хоть какая-то связь с невестой ненавистного ему племянника.
Однако на плечи Хувалы ложился не только шпионаж в пользу Хаттусили, но и возможность выкрасть пузырек, о котором говорила прошлая наложница наследника трона. Брат царя должен узнать, что это за лекарство и для чего его используют.
Обновлено: 14.02.2026