Библиотека Кинугасы тянулась вдоль на четыре классных комнаты и ширилась на две.
Во время обеденного перерыва она была забита учениками. Среди обычных книг в твердом переплете в библиотеке попадались и разные мягкие издания.
Старые и новые книги расходились одинаково хорошо.
Однако учащиеся в библиотеке не смотрели на книги.
Они все повернулись к стойке, находившейся у входа.
Там стояли два человека.
Одним был высокий старик. Он носил белую рубашку, черный жилет и брюки. Это библиотекарь по имени Зигфрид.
Вторым оказалась высокая женщина. Она носила черный костюм, и ее длинные белые волосы почти отсвечивали серебром.
Взгляды всех с любопытством и интересом сосредоточились на женщине.
Но она на них не смотрела. Женщина стояла спиной к большой доске объявлений, размешенной за стойкой, и ее улыбающиеся голубые глаза оглядывали всю библиотеку.
Бледно-алые губы под этими глазами слегка шевелились.
Тихий голос достигнул Зигфрида у стойки.
— Я мешаю?
— Если ты и сама в курсе этого, то прошу, покинь помещение,— ответил Зигфрид, заполняя ручкой бумаги на стойке.
Они оба приглушили голоса так, чтобы никто вокруг их не услышал.
— После всех этих лет, ты совсем не изменился.
— Сколько десятилетий уже минуло?
— Как безжалостно. Прошло едва ли больше десяти.
— Так или иначе, это неизвестная для меня территория. Диана, я не такой, как ты.
Женщина, названная Дианой, вместо ответа улыбнулась чуть более ярко.
Она повернула взор к центру библиотеки, где размещались книги по мифологии.
— Кинугаса Тэнкё, японский авторитет по мифологии, основатель этой школы, и японец, побудивший Лоу-Гир вступить в Концептуальную Войну.
— Ты хорошо осведомлена.
— Хе-хе. Я левша, поэтому благодарна его книгам. Составляя отчёт, я могла листать страницы правой рукой и писать заметки левой.
Однако Зигфрид не повернул лицо к Диане.
— Почему ты здесь? Я больше не вмешиваюсь.
— О? Чародей не может отойти от дел. И я слышала, ты недавно сражался с 1-м Гиром.
— То было мое искупление за 1-й Гир. Меня не волнуют прочие Гиры... Чего ты хочешь?
Сила его последнего утверждения заставила Диану пожать плечами и вздохнуть.
— У меня для тебя предупреждение: ты должен отступить. Если ты примешь участие в переговорах по убеждению драконов, то лишишься своего места и в последнем оставшемся Гире.
— ?..
— Путь Левиафана и 1-й Гир больше не могут повернуть назад.
Зигфрид, наконец, развернулся. Ее лицо не изменилось — она по-прежнему улыбалась.
— Вот и всё, что я хотела сказать. Я не из тех, кто станет повторять дважды, — она слегка высунула язык и прищурилась, осматривая библиотеку. — С моего последнего посещения люди читают другие книги?
— Нынче в моде самурайская серия «Решимость Цудзигири». Когда герой периодически не в состоянии разрешить какую-то проблему, он не выдерживает и кого-то рубит, но я слышал, это добавляет ко всему человеческий фактор. …А что было популярно, когда здесь обитала ты?
— Ну, я ее не читала, но вроде как причудливая серия по эпохе Сенгоку «Захватывающий Барон-тян».
— Она у нас сейчас есть до 170-го тома. Занимает большую часть нового Причудливо-Замысловатого уголка, который организовали из-за того, что у нас скопилось слишком много книг такого же жанра. Насколько я помню, последняя зовется «Волнение в Навалоне».
— Значит, она добралась до самой Второй Мировой. В мое время вышло только три или четыре тома, и там дошло до монголов.
Пока Диана серьёзным тоном бормотала себе под нос, она повернула взгляд в сторону полки с мифологией.
И прищурила глаза.
— Одной книги не хватает. По японской мифологии, которая соответствует 2-му Гиру.
— Я одолжил её вчера юноше с фамилией Саяма.
Его слова вызвали горькую улыбку на лице Дианы.
— Вот как, — проговорила она. — Значит, таким будет следующий Путь Левиафана… Становится интересно.
— Что?
Диана сохранила небольшую горькую улыбку, проговорив:
— Выступив против 2-го Гира, они столкнутся с определенной проблемой. С ней и мы однажды пересеклись. …Она сводится к смыслу слова «переговоры».
— Ты думаешь, Саяма сможет преодолеть эту проблему?
— Не знаю. Но ему, по крайней мере, хватило любезности вернуть улыбку.
Она оглянулась и у входа в библиотеку увидела небольшую фигуру.
У двери лежал черный кот и молча на нее уставился.
Едва его заметив, женщина приоткрыла рот и произнесла веселым тоном:
— Тот юноша начинает всё с улыбки, так как же он встретит эту проблему?
●
Саяма встретился с Изумо и остальными на балконе аварийной лестницы и рассказал им о разрушении мира, которое увидел во сне.
— Я решил, что это 2-й Гир.
— Ясно. 2-й Гир — это мир японской мифологии.
— Если принять во внимание Теорию Взаимодействия Мира и Божественных Штатов, место действия в этот раз перенесется на Острова Идзу?
— Нет, все из 2-го Гира живут в регионе Окутамы.
Саяма увидел, как Изумо подобрал курицу из многоуровневой коробочки с бенто и разделил ее на полу.
— Как много ты знаешь о 2-м Гире?
— Практически ничего. …А что насчет всех вас?
— Эм… Я знаю лишь то, что это Гир, в котором имена наделены силой, — сказала Казами. — А Вы что скажете, сенсей?
Ооки с серьёзным выражением лица быстро поглощала содержимое бенто.
— С-сенсей? Вам не нужно поедать это всё с таким рвением. Я потом заверну для Вас немножко, так что притормозите. И я не уверена, что Вам следует есть тост с джемом вместе с тушеным мясом.
— Н-но тосты с джемом такие вкусные, — заявила Ооки, повернувшись.
Саяма кивнул в ответ.
— Мы знаем, но как насчет того, чтобы присоединиться к беседе?
— Знаешь, Саяма-кун. Как твой учитель я считаю, тебе нужно сбавить обороты и относиться к жизни проще.
— И кто же тут только что ел, ни на миг не останавливаясь, голодающий учитель?.. Что более важно, ответьте на вопрос. Вы что-нибудь знаете о 2м Гире?
— Хм… Мне кажется, отдел разработок, который занимается созданием оборудования UCAT, состоит из потомков 2-го Гира. Но я ничего не знаю об этой истории с именами, которую упомянула Казами-сан.
Саяма задумался о том, что Казами сказала по поводу имен, обладающих силой.
— Другими словами, именование объекта дает ему соответствующую силу? Так?
Изумо кивнул в ответ.
— Да. Называя меч мечом, а человека человеком, они становятся этой вещью. К примеру, если ты назовешь меч «Меч Воинственной Молнии», он не превратится в молнию; он станет мечом со способностью посылать атаки молнией.
— То есть взамен обычного меча, ты даешь ему имя Меч Чего-то-там, и получаешь соответствующую способность, — произнес Саяма, поразмыслив над этим. — В таком случае, могут ли люди 2-го Гира использовать силу собственного имени в качестве их способности?
— Ну да. Судя по всему, 2-й Гир был гигантской биосферой, заселённой людьми с такими вот сверхъестественными способностями.
Услышав слово «биосфера», Саяма и Казами выдали восхищенные охи и ахи.
Ооки неистово заговорила рядом с ними.
— О, я знаю что это. Правда, знаю.
— Серьёзно? Ну, так поведайте нам, Ооки-сенсей, — окликнул Саяма.
— Ну, это… Как бы его объяснить? Это… ну…ну…
— …
— П-почему ты смотришь на меня таким недоверчивым взглядом, Саяма-кун?!
Саяма ее проигнорировал. Вместо него Казами с улыбкой постучала Ооки по плечу.
— Ооки-сенсей. Проще говоря, биосфера это замкнутый мир. Он может поддерживать среду, необходимую для годной экосистемы. Вы понимаете теперь?
— К-казами-сан, почему ты обращаешься ко мне, как к ребенку?
На этот раз уже Казами ее проигнорировала.
— Ладно, Каку. Почему мир с подобной силой был уничтожен драконом, по имени Ямата?
— О, система управления биосферой обладала собственным разумом и была создана из Концептуального Ядра 2-го Гира. Оно-то и превратилась в Ямату.
Саяма нахмурился, а тело Казами визуально немного напряглось.
Изумо в ответ почесал затылок.
— Похоже, чтобы защитить людей система управления ему противостояла. Род, отвечающий за нее, сумел его успокоить, но система управления не в состоянии была удержать его мощь, чтобы поддерживать мир. Это напоминало расплавление ядерного реактора.
— Другими словами, она пыталась сохранить мир, но не смогла, и была вынуждена его уничтожить?
— Да. Ямата вышел из-под контроля и стал полыхающим драконом, затаив злобу на людей. Он принял эту форму, уничтожил мир и людей, все потому, что он был объектом защиты. — Изумо выдал преувеличенный вздох. — После того, как 2-й Гир был разрушен, я слышал, беженцы оттуда и UCAT работали вместе, чтобы запечатать Ямату тут, в Токио.
— Я полагаю, когда ты говоришь «тут в Токио» имеется в виду Концептуальное Пространство, где ничего не просочится, даже если открыть «врата». Но… Ямата, хм? Это из легенды о Сусаноо, — пробормотал Саяма. — Это гигантский змей с восемью головами и восемью хвостами. В японской мифологии стратегия Сусаноо заключалась в том, чтобы напоить его саке и затем отсечь ему головы во сне мечом Тоцука. Когда он это сделал, то обнаружил внутри его тела меч под названием Кусанаги[✱]Кусанаги-но цуруги (яп. 草薙剣, «Меч, скашивающий траву», Амэ-но муракумо-но цуруги (яп. 天叢雲剣, «небесный меч из кучащихся облаков»)) — мифический японский меч типа цуруги, фигурирующий во многих легендах. Является одним из символов власти японских императоров..
— Если верить твоему сну, он, должно быть, огромен. Как мы должны контролировать что-то, вроде этого? Нам нужно хорошенько всё обдумать.
— …Выходит, Ямата не был убит.
— Нет. Его лишь запечатали. Он всё еще жив.
Когда Изумо произнес последнее слово, все оцепенели.
И затем он продолжил:
— Где-то в Токио существует громадное Концептуальное Пространство… и Ямата находится внутри.
— Тогда первый вопрос в том, где именно это Концептуальное Пространство.
— Ну, они, скорее всего, скажут нам, если мы спросим. Я бы не отказался и от информации, что случилось, когда его запечатывали. Чисато, оставь свои дневные дела на младшеклассников. Мы отправимся в UCAT.
— Хорошо. Давайте исследуем то, что может помочь нам на Пути Левиафана, — подытожила Казами.
Неожиданно, Ооки наклонила голову.
— Э, Казами-сан? Один вопрос.
— Хм? В чем дело, Ооки-сенсей?
— Ну, — начала она с любопытством в голосе, — Почему нам нужно проводить Путь Левиафана со 2-м Гиром?
●
Саяма мгновенно понял, что означает вопрос Ооки.
Не поднимая головы, Ооки подхватила палочками шиитаке.
— А хоу аать…
— Прожуйте перед тем, как говорить. Да, жуйте, жуйте, и медленно глотайте. ...Вот, а теперь, что там?
— А… Да-да-да. Я хочу сказать, люди из 2-го Гира работают на отдел разработок UCAT, создавая концептуальное оружие и прочее. Они — наша инженерная группа.
— Да, Ваш японский превосходен. Можете продолжать.
— Да-да. Меня это немножечко волнует… Э… Люди 2-го Гира внешне неотличимы от обычных японцев, и большинство из них уже натурализованы, так что…
— Так зачем нам сейчас проводить с ними Путь Левиафана?
Это довольно хороший вопрос, — подумал Саяма.
Зачем им копаться в прошлом людей, которые уже на их стороне?
Ооки продолжила говорить:
— Если мы вступим с ними в переговоры, все может оказаться сложнее, чем кажется на первый взгляд. В конце концов, нам нечего предложить 2-му Гиру.
— Мы можем дать им деньги или землю в обмен на…
— Если люди, стоящие на равных, так поступят, ты думаешь, они останутся в таких же отношениях и дальше? Что, если бы Изумо-кун сделал что-нибудь для Казами-сан, и она неожиданно дала ему за это деньги?
Изумо замолчал.
— Прости, — бросила Ооки в его направлении и повернулась назад к Саяме. Кончики ее бровей слегка опустились. — Неудачные переговоры могут вызвать раздор в отношениях между 2-м Гиром и Лоу-Гиром. В отличие от 1го Гира, Путь Левиафана со 2-м Гиром проводится не для того, чтобы нечто разрешить. Скорее это…
Ооки задумалась.
— Скорее это…
Она поразмыслила еще немного, и стукнула себя по лбу палочками.
— Э-э, ну же… Я почти нашла… ай…ай…
— Эй, помогите ей кто-нибудь.
— Хм, как насчет такого? Скорее Путь Левиафана проводится для того, чтобы нечто перепроверить.
— О! Это оно! Вот это как раз! Молодец, Саяма-кун. Я знала, что мой ученик сможет найти ответ. …Эй, почему ты игнорируешь меня и глядишь в небо?
— О, ну, мне показалось, я услышал что-то странное.
Казами пожала плечами со своего места напротив него.
— Так или иначе, с войны прошло шестьдесят лет. Если они по существу такие же, как и мы, большинство из них не видело Концептуальной Войны. Как и сказала Ооки-сенсей, переговоры будут непростыми.
— Выходит, в первую очередь нужно думать о том, какой смысл во всех этих переговорах.
Казами глянула на небо.
Над головой медленно перемещался силуэт, напоминающий чёрную птицу.
Это самолет, вылетевший из Авиабазы Ёкота и направляющийся в соседний город.
Саяма вдруг понял, что все уставились на самолет.
В конце концов, кто-то вздохнул.
Это был Изумо. Он заговорил раздраженным тоном:
— Нам реально нужно это расследовать, так? Нам нужно разузнать, желает ли 2-й Гир договориться, и почему 2-й Гир сдался Лоу-Гиру в прошлом.
— Все верно, Каку. Не узнав, что произошло с ними в прошлом, мы не сможем даже начать переговоры. …Ладно, сегодня днем мы отправляемся в UCAT. А ты как, Саяма?
Ооки приподняла голову.
— Саяма-кун не сможет. Он сегодня дежурный, потому должен остаться на последний урок.
— Какой у тебя последний урок, Саяма?
— Английский у Ооки-сенсей. …И я в ответе за растолкование ее слов, и за то, чтобы урок прошел гладко.
— А, понимаю. Так это ее урок.
— Да. Саяма-кун всегда мне помогает, и остальные студенты тоже такие любезные.
— Я полагаю, под любезными Вы подразумеваете покорные.
— В-вовсе нет. Они все отвечают в унисон и приносят мне чай, даже если их не просишь.
— Это и значит быть покорным!!
Крик Казами отозвался эхом вдалеке.
Обновлено: 10.04.2026