Глава 20 — 20. Герои женщин не Бьют!

20. Герои женщин не Бьют! 1. Мураками улыбалась. Рядом покручивались колёса её велосипеда, и бил кровавым фонтанчиком нос поверженного Голиафа. Девушка сказала: — Привет! — …Привет. — Я это… пришла! — …Вижу. — Ну так… Устроим бойню? — девушка стала бегать глазками и разминать кулаки. — Валяй, — я махнул и снова повернулся к Мисиме. Та была немножко в шоке вместе со всей своей бандой, если выражаться цензурно. Я их не виню. Вскоре Мисима пришла в себя. Она заметила, что мы немного отдалились, и махнула рукой. Её сошки взяли нас в плотное кольцо Ситуация была напряжённой, как вдруг я кое-что придумал. Я шагнул вперёд и крикнул: — Стой. У меня предложение. Мисима нахмурилась и спросила: — Какое? Пытаешься выторговать свободу? Предатель просто так не уйдёт, даже если... — Никто не говорит про «просто так»… Ты ведь Генерал этой… Армии? Я вот наш Генерал… Почему-то Сироганэ поморщился, когда я это сказал. — Давай сразимся, один на один, и решим наши разногласия. — А? — девушка удивилась, да и все остальные тоже явно не ожидали подобного поворота событий. А зря. Классическое клише (тавтология as intended). — И что мне за это будет? — сразу же парировала Мисима. — Сохранишь свою банду. — Ты… — От неё, — я показал на Мураками. — От меня! — …Она победила Голиафа, все это видели? Хотите с ней сражаться?.. Толпа застыла. — Ей просто повезло, — прыснула Мисима. — Может быть, — ответил я: — И может повести ещё раз. — Поэтому я предлагаю поединок. Чтобы везение никому не мешало, и чтобы было… Честно. Мисима задумалась. Девочка по имени Ринго встала на носочки и что-то ей прошептала. Мисима поморщилась и покачала головой, — у меня появилось дурное предчувствие, но вот она кивнула: — Хм… Ну хорошо. Она яростно улыбнулась. — Хочешь поединка? Давай. Я покажу тебе силу настоящего Генерала! — девушка вскинула свою цепь. …Как говаривал Пушкин, кринж слово не русское, но уж прости читатель, без него тут будет сложно. Зато всем остальным понравилось. Толпа прямо зашумела, и все бандиты как-то разом превратились в болельщиков. Для нас немедленно освободили место, целый круг. Мисима встала с одной стороны. Я уже было собирался пройтись вперёд и занять место с другой, когда меня позвал нежный голос за спиной: — Кирью-сан… Я повернулся и посмотрел на взволованную Юки. — Я верю… Что у вас всё получится. — Спасибо. — И я! — добавила Мураками. — … Сироганэ промолчал. Наконец я и Мисима оказались лицом к лицу. Между нами было десять метров. Девушка натянула свою железную цепь. Это было её оружие. И владела она им настолько же искусно, насколько я — своим клинком. Значит у нас выйдет ничья? Нет, разумеется нет. Голиаф по силам вообще был как медведь, — но Мураками всё равно его победила. Потому что даже гризли не выдержит удар железяки по морде. Характеристики были важны, но следует понимать, что жизнь — это не ролевая игра… Я бы сравнил её скорее с экшн-рпг. Сила — это разумеется важно, если не хочешь по несколько часов ковырять каждого босса, но если умений тебе не занимать, ты всё равно можешь добраться до концовки орудуя лишь сломанной гардой. К тому же в реальном мире в отличие от игры способов извернуться было на порядок больше, чем просто кататься шариком по земле… Резкий свист оторвал меня от моей метафоры. Что-то заблестело перед глазами. Я бросился в сторону, и удар пришёлся в моё плечо. Я поморщился. Меня словно куснул ядовитый змей. Не успел я прийти в себя, как Мисима уже снова покручивала свою железную цепь, собираясь опять запустить в меня её наконечник. — И это всё? — спросила девушка с толикой презрения. Я собирался ответить, как вдруг вижу — цепь снова летит в меня, а на конце её маленький стальной шарик. В последнюю секунду я вытянул меч, но цепь юркнула вниз и ударила в мой живот. Мои мышцы напряглись, — техника железной рубашки, все дела, но было больно, очень больно… Жгучая рвота подступала к горлу. И снова Мисима потянула свою цепь назад. Глаза девушки были довольными: — Сдавайся, — сказала она. Я поморщился и выпрямил спину. Сдаться… Да, звучало неплохо… Но спасибо, воздержусь. Слишком многое было на кону, и не только этот ублюдок Сироганэ. У моего журнала был следующий слоган: «Дружба, Упорство и Победа»… Мне вообще никогда нельзя было сдаваться. И уж чего-чего, а клоуна я боялся побольше Мисимы. Я ответил девушке: — Я никогда не сдаюсь. Она посмотрела на меня немного растерянно, а потом выдавила улыбку: — Для гайдзина тебе не занимать храбрости… Жаль… Что мне придётся тебя уничтожить. В меня снова полетела железная цепь. В третий раз этот трюк не сработает. Пока Мисима не успел её завернуть, я сам бросился вперёд с мечом наперевес. У меня был план. И он сработал. Меч врезалась в цепь, и она сама собой на него намоталась. Сразу же я потянул клинок на себя. Вокруг зазвучали вздохи, Мисима опешила, но сдаваться не собиралась, — она сперва шагнула вперёд, а потом стремительно потянула назад. Началось противостояние силы. Кто перетянет и выхватит оружие своего соперника? Преимущество было не на моей стороне. Деревянная рукоятка выскальзывала из моих рук. Моя сила была всего лишь Е+, Мисимы — D-. Ещё немного, я и должен был проиграть. Что же делать? Может попробовать намотать на себя цепь? Нет, глупая затея, к тому же железные звенья её были покрыты маленькими шипами. Знаю! Я повернул меч и вонзил его в землю. — Ах?! — Мисима вздрогнула. Чаша весов склонилась в мою сторону. Вырвать клинок, когда есть точка опоры, совсем непросто. Потом я его ещё несколько раз крутанул, наматывая цепь на своё оружие. Мисима побледнела от напряжения. Она упиралась в землю и тащила со всех сил. Ещё немного, ещё немного и… Вдруг я услышал свист. Краешком глаза я заметил девушку, ту самую, низенькую, по имени Ринго — в её руках была рогатка, пустая. Что-то засияло, и я увидел летевший в мою сторону прозрачный снаряд… Я обратил на него внимание, только потому что он поймал случайный свет, а так заметить его ночью было невозможно. Он приближался. Я не мог ничего сделать. Руки мои удерживали клинок. Если я его отпущу, то лишусь своего оружия — Мисима вырвет его из моих рук. Время как будто замедлилось. И вдруг между мной и снарядом бросилась девушка в красном. Она вырвалась из толпы, в один миг преодолела расстояние и заградила меня — я увидел разливы белых волос, а потом услышал удар. В следующее мгновение я бросился бежать. Я выхватил меч из земли и отпустил. Мисима, которая так упорно его тянула, отпрянула назад и едва не упала на землю. Спустя пару секунд я стоял прямо перед ней. Девушка была совершенно обескуражена. Я занёс кулак для удара, Мисима поморщилась, и тут… «Настоящий герой не бьёт женщин. За такой поступок штраф в 50 Баллов!» А?.. … 2. За мгновение прежде чем ударить Мисиму, я замер. Затем опустил руки. Девушка уже жмурилась, ожидая удара, и когда его не последовало, растерянно открыла глаза. Я сделал каменное лицо и сказал: — Я не бью женщин. Мисима приоткрыла рот, на её щечках показался румянец. Вдруг девушка вскинула руку, встала в боевую стойку и одним апперкотом вышибла меня из чувств… … Сила D это не шутки. … … .. Как же болит голова… Это была моя первая мысль после пробуждения. Боль была настолько невыносимой, что мне пришлось шесть раз вздохнуть, прежде чем я смог заставить себя открыть глаза. Я обнаружил себя лежащим на грязном матрасе, прямо на полу. Сверху сияла, прогоняя ночь, подвешенная на проводок лампочка. Стены были простые, белые… Вскоре я заметил Мураками, которая сидела рядом. — О, проснулся! — девушка смотрела в телефон, но вот она заметила моё пробуждение и улыбнулась. Я приподнялся на локти, ещё раз поморщился от боли и спросил: — Что произошло? Где мы? — Да ничего, в том домике, помнишь? — Домике… Ах, — в хибарке Мисимы, точно. — Мы заложники? — Не-а. Она сама нас пригласила, полежать, пока ты не придёшь в себя. — Пригласила… — я посмотрел на мушек, что вихрились за окном. Потом я выдохнул и спросил Мураками, что же всё-таки случилось. Девушка завела рассказ. Оказывается, после того как я потерял сознание, Мисима почему-то не стала приказывать, чтобы нас тут же повязали. Вместо этого девушка немного помявшись заявила, что на самом деле это она проиграла. А потом ещё и предложила мне полежать в своём домике, пока я не приду в себя. С тех пор прошло примерно тридцать минут. Вдруг мне вспомнилось, как во время нашей битвы Мураками заградила меня от снаряда. Я взволнованно посмотрел на девушку и заметил пурпурный ушиб снизу её правого века. Мураками улыбнулась: — Ничего страшного, просто царапина. И как бы чтобы доказать это, она надавила на пухлую ранку пальцем, и поморщилась. — Ай… Ранка пустила кровинку; Мураками сразу же попыталась её вытереть, но в итоге просто размазала кровь по своему белому личику. Сам не зная почему, я почувствовал в этот момент сильное раздражение. — Не двигайся, — сказал я девушке, вытянул рукав своей рубашки и вытер кровь с её лица. Потом я внимательно присмотрелся к ране. Мураками не шевелилась. Дыхание её стало частым. Тут я заметил, что наши лица находились на расстоянии всего пары сантиметров. Я отпрянул и сменил тему: — Что с Сироганэ? — Его отпустили, он ждёт с Юки-тян на улице. — Юки-тян? — Милашка, кстати. — Действительно, — сказал я и вышел за дверь. Другая комната оказалась немного более ухоженной. Посреди неё был диван, причём целый, с единственной розовой заплаткой. Напротив него стояли телевизор и DVD-плеер. В комнате никого не было. Моё внимание привлекла стопка дисков рядом с диванчиком. Я успел рассмотреть название только на одном из них, и немедленно почувствовал на спине мурашки. Диск назывался: «Японская Мицуки и Девять Русских Медведей… — Интересные… У неё вкусы, — заметила Мураками. Я ничего не ответил. Вдруг дверь в комнату открылась и вошла Мисима. Девушка сменила наряд. На ней всё ещё были чёрные шорты, но пояс с бляхой исчез, а вместе с ним и куртка. Теперь на ней была только майка сеточка, да чёрный спортивный бюстгальтер — они совсем не скрывали её подтянутый живот. — Проснулся? — спросила девушка спокойным голосом. Я кивнул, а потом обратил внимание, что нос её был странно перекошен. Мисима по всей видимости заметила моё удивление. Она покосила на Мураками и сказала: — Это она сделала. Набросилась на меня как рысь, когда я тебя вырубила. — Хе-хе… Ну может быть что-то такое было… — ответила Мурками и почесала затылок — Хм... В любом случае ты победил. Я всегда держу своё слово, так что можете идти, — заявила девушка и гордо сложила руки на груди. — Спасибо, конечно... Сироганэ тоже свободен? — Предателя мы тоже отпускаем. К тому же… Кхм, некоторое расследование выявило, что он не совсем предатель. — Это хорошо… Кстати говоря, в следующий раз не нужно никого убивать, ладно? У вас же самих будут проблемы. — Убивать? — тут Мисима удивлённо нахмурилась. — Мы никого не убиваем. — А? А что тогда значит ваша экзекуция. — Это экзекуция чести, — гордо заявила девушка. — Всех предателей мы закидываем тухлыми яйцами. — … Чего? А вот это уже был удар под дых. Зачем вообще тогда я всей этой хернёй занимался? Я раскрыл рот от удивления, потом тряхнул головой и пошёл на выход. Уже на ступеньках Мисима вдруг снова со мной заговорила: — Эм… Как тебя зовут, Гайздин? — Кири… Кирью. Кирью, — ответил я и вышел на свежий воздух. Рядом со строительным домиком я заметил Сироганэ и Юки. Девочка сразу же побежала ко мне и сверкнула в меня своими большими взволнованными глазками. — Кирью-сан, с вами всё в порядке? — Да, всё нормально. — Это хорошо… Слава богу… — девочка облегчённо вздохнула, а потом посмотрел на своего брата, который всё ещё держался в сторонке. Сирогане вздрогнул от взгляда ребёнка, подошёл ко мне быстрым шагом и сказал: — Извини… — …Так и быть. Мы же друзья — ответил я. а Сироганэ снова поморщился и даже покраснел. «Плюс 3 Балла!» (15+3=18) Герой всегда прощает… — Спасибо вам большое, Кирью-сан! — снова поклонилась Юки. Потом Сироганэ рассказал, как он стал предателем. История была удивительно банальной и нелепой. Банда Мисимы действительно была правого толка — обычно они рисовали граффити и занимались вандализмом. В тот вечер их целью стал ресторанчик, владелец которого, житель поднебесной, посмел аппроприировать их культуру. Заведение следовало закидать гнилыми яйцами и оставить записку. Но что-то пошло не так. В какой-то момент друзья Сироганэ, с которыми он пошёл на дело, решили заодно грабануть ресторанчик. Парень был против, он даже подрался и врезал одному из своих напарников, — те угомонились, с виду, однако стоило им вернуться на базу, как троица заявила, что предателем был сам Сироганэ. Они наклеветали на бедняжку. Так он и попал под экзекуцию. Меж тем Юки снова извинилась перед нами за нацизм своего брата и объяснила, что всё это оттого, что в их семье не было больше отца… Вернее он был, раньше, но потом ушёл от них к какому-то иностранцу, гайдзину, и переехал в другую страну… Удивительная история. Я переспросил: — Инстран…цу? — Да… Высокому блондину… Оказывается, папа любит и мужчин тоже, — неловко ответила девочка. Сироганэ побледнел. — …С кем не бывает. Под напором своей сестрёнки Сироганэ обещал, что пойдёт извиняться перед семьёй Лю, и, если надо, на коленях просить прощения. И пусть они сами решают, что с ним делать. Для меня это был адекватный вариант. Дедушка Аои был добрым человеком. В полицию по такому делу, он, надеюсь, не пойдёт. Теперь же всё прояснилось. Троицу парней, которые подставили Сироганэ, выловили на лжи. Сейчас они лежали связанные возле железного креста. Ещё рядом с ними, тоже в кандалах, сидела та самая низкорослая девушка, Ринго. — Это наказание. За жульничество во время боя, — объяснила мне Мураками. — Вот как. Заслужено. Руки Ринго были свободны, и она скучая тыкала в телефон. Наконец все мы пошли отсюда прочь. На стройке стояла удивительная тишина. На меня и Мураками пристально поглядывали. В глазах людей читались испуг и благоговение. Мы вышли за ворота на пустынную улицу. Когда мы пришли на станцию, я подумал и сказал Мураками: — Спасибо. — А? — Что пришла. — А! Хе-хе. Мы ведь друзья. — Ну да. — Кстати говоря… У меня скоро день рождения. — Поздравляю. — Всего через два месяца! …Это не скоро. — Что подаришь? Я вздохнул и спросил: - Чего ты хочешь? — Ну, если можно, большой чизкейк с клубникой. — Ладн… — И велик. — Нет. … Мы зашли в монорельс и поехали. Брат и сестра Сироганэ уселись рядом. Мы с Мураками заняли места напротив. Было темно, — такой уж район, — но именно потому что не было светового загрязнения, на небе ярко сияли звёзды. Я смотрел на них, слушая удары колёс и шум ветра. В какой-то момент я сказал: - Подумаю. — Ах? — спросила Мураками. — Про велик, — ответил я и вздохнул Девушка посмотрела на меня… И ярко улыбнулась.