Глава 24 — Глава 24

**Глава 24. Поместье Сенджу** Усадьба не поражала циклопическими размерами, но дышала изысканной простотой классического японского стиля. В центре двора раскинулся пруд, вода в котором была настолько чистой и неподвижной, что казалась зеленым зеркалом, брошенным на землю небрежной рукой великана. Вокруг воды, среди мягкого мха, стояли каменные фонари и изящные фигурки журавлей, а на поверхности пруда дремали раскрытые лотосы. Ветер тихо перебирал стебли бамбуковой рощицы где-то в углу, создавая умиротворяющий шелест — музыку, уносящую прочь от суеты мира шиноби. Для Синлю, привыкшего к спартанским условиям, это место казалось дворцом. Не успели они войти в ворота, как дверь дома с грохотом распахнулась. На пороге возникла девочка-блондинка, которая пулей вылетела во двор и затормозила прямо перед ними. Следом за ней, семеня в наряде служанки, вышла Чинацу. Цунаде уставилась на Синлю с нескрываемым любопытством. Зачем он пришел сегодня? Но прежде чем она успела открыть рот, раздался вкрадчивый голос Мито: — Цунаде, дорогая, ты уже освоила ту технику печати, которую я показала тебе вчера? Цунаде вжала голову в плечи, словно ожидая удара. Холод пробежал по её спине. Фуинзюцу — это сложно, скучно и долго! Прошло меньше суток! Конечно, она ничего не выучила. Она выбежала просто потому, что услышала от Анбу о приходе бабушки и хотела узнать новости. Любопытство сгубило кошку. Взгляд Мито становился все тяжелее. Она только что видела гениального Синлю. Цунаде, конечно, тоже талантлива, но лень… Её лень была легендарной, почти как у Хаширамы с его азартными играми. Бабушку это, мягко говоря, раздражало. Синлю, наблюдая за тем, как Мито мысленно выбирает орудие наказания, едва сдерживал злорадную ухмылку. Но спасение пришло в лице Чинацу. — Госпожа Мито, — вежливо вмешалась она, — это и есть тот юный господин, которого вы усыновили? Мито, сбитая с мысли о воспитательном процессе, перевела дух и кивнула. Пятая точка Цунаде была временно спасена. — Да. Это Учиха Синлю. Теперь он мой приемный сын. Произошли некоторые… изменения, и документы уже оформлены. Он переезжает к нам сегодня. Чинацу, пожалуйста, подготовь комнату. — Комната для юного господина Синлю была готова еще вчера, — невозмутимо ответила служанка. — Он может заселяться хоть сейчас. Но, госпожа, негоже держать гостей на пороге. Давайте войдем. — Верно, — спохватилась Мито. Она повернулась к мальчику: — Идем. Отныне это твой дом. «Дом…» — эхом отозвалось в мыслях Синлю. Это слово казалось таким далеким и чужим. В прошлой жизни он тоже был сиротой. Директор приюта был добр, но любовь, деленная на сотню детей, всегда разбавлена. Он поднял глаза на Мито: — Значит, сестра Мито теперь моя семья? Мито на секунду опешила, но тут же расцвела: — Глупыш, о чем ты думаешь? В тот момент, когда я подписала бумаги, ты стал моей семьей. — Угу… Бабушка Мито! — вырвалось у растроганного Синлю. — Кхм… — Мито дернулась, но увидев влажные глаза ребенка, лишь мягко поправила: — Зови меня «сестрой». Пожалуйста. Она повела его внутрь, оставив Чинацу размышлять у ворот. Служанка с теплотой смотрела им вслед. «Госпожа Мито спасла этому ребенку жизнь и подарила дом. Какое же у нее доброе сердце». Войдя в дом, Синлю увидел картину маслом: Цунаде, вцепившись в свиток, с неестественным усердием делала вид, что читает. Мито удовлетворенно кивнула. Показуха или нет, но ребенок занят делом. — Цунаде, отложи пока учебу. Синлю переезжает к нам, покажи ему дом и окрестности. У меня есть дела, так что обед пропустим, но вечером сходим в ресторан. — Поняла, бабуля! — Цунаде швырнула свиток так, будто он жег ей руки, подлетела к Синлю и потащила его прочь. — Пошли, я все покажу! Синлю едва устоял на ногах. «Какая же она с детства шебутная», — подумал он, но, вспомнив, кто её бабушка, смирился. Пока Мито занималась делами, дети обошли поместье. Синлю запоминал расположение комнат, чтобы ночью не блуждать в поисках туалета. — Твоя комната рядом с моей! — щебетала Цунаде. — Чинацу-нее вчера все убрала! Они подошли к двум дверям. Одна была приоткрыта, и внутри царил хаос: фантики, книги, разбросанная одежда. Цунаде, вспыхнув как маков цвет, с грохотом захлопнула эту дверь. — А вот это твоя! — громко объявила она, указывая на соседнюю, и прошептала: — Я пойду… приберусь у себя. Не скучай! И исчезла за своей дверью. Синлю улыбнулся и вошел в свои покои. Комната была простой, но уютной. Все необходимое на месте. Он вздохнул с облегчением. Его старый дом был уничтожен. Те двое шпионов не просто напали, их техники разнесли его жилище в щепки. Если бы не Сусаноо, он бы сейчас не стоял здесь. Почему они напали? Ответ был прост. Он был никем. Сирота без защиты клана. Идеальная мишень. Сейчас, когда Первая война шиноби подходила к концу, шпионская активность была на пике. Враги искали любые способы ослабить Коноху, и талантливый, но беззащитный Учиха был лакомым куском. Теперь все будет иначе.