— Наставница, сестрёнка, вы чего так близко подошли? — Лоран чувствовал тонкий аромат, исходивший от их тел.
— Старший брат, что ты сейчас сделал? — дыхание Бай Инъюэ было прерывистым.
— Ничего особенного. Наставница же велела мне закреплять достижения, — недоумённо ответил он, не понимая, почему они так странно себя ведут.
— В твоём теле произошли какие-то особые изменения? — допытывалась Бай Инъюэ. Она была уверена, что её наставница не стала бы так волноваться без причины.
— Да нет, вроде бы, — покачал головой Лоран. — Просто, пока я закреплял достижения, в моём даньтяне случайно появился ещё один вихрь духовной силы.
— Что ты сказал?!
Огромные глаза Бай Инъюэ округлились так, словно она услышала нечто совершенно невероятное.
— Как такое возможно?! Этого просто не может быть!
— Сестрёнка, этот новый вихрь ничем не отличается от предыдущих десяти, ничего особенного, — видя её изумление, попытался успокоить её Лоран.
Но, заметив его невозмутимое спокойствие, Бай Инъюэ едва не взорвалась. Этот парень до сих пор не осознал, какое невероятное деяние он только что совершил!
— Сестрёнка?
— Не называй меня сестрёнкой, зови меня ничтожеством, чудовище! — закусив губу, прошептала она. Её самооценка снова получила удар.
Лоран перевёл взгляд на Императрицу-Понтифика и на миг замер.
Слишком прекрасна.
Яркий лунный свет, пробиваясь сквозь листву, падал на её благородное лицо, делая его ещё более прекрасным. Пышная грудь, соблазнительные бёдра, длинные, стройные ноги… она источала очарование, перед которым не мог устоять ни один смертный. Жаль, что лишь немногие в этом мире могли, пренебрегая её властной аурой, подойти так близко к этой женщине, чей облик был подобен явлению феникса.
«Нельзя поддаваться искушению», — подумал Лоран и, быстро взяв себя в руки, спросил:
— Наставница, что с сестрёнкой?
— Что со мной? Ты ещё спрашиваешь, что со мной?! — выпучила глаза Бай Инъюэ. — Это ты и твоё чудовищное естество пугаете меня до смерти!
— Мирской, ты уверен, что в твоём даньтяне сейчас одиннадцать вихрей духовной силы? — Ди Вэйян, казалось, тоже не могла в это поверить.
— Да, — кивнул он.
«Мы с Наставницей в шоке, а ты так спокоен?» — Бай Инъюэ решила, что пора просветить этого «проклятого» братца.
— Старший брат, один вихрь духовной силы — это один уровень.
Лоран кивнул. Это он знал.
— Десять вихрей в даньтяне — это десятый уровень Ученика духа, предел этого ранга. Если не поглотить духовное кольцо, прорваться на одиннадцатый уровень абсолютно невозможно.
— Понятно, — улыбнулся Лоран. — Так вы испугались, потому что я достиг одиннадцатого уровня без кольца?
— Да какой там «понятно»! — воскликнула Бай Инъюэ. — Если бы всё было так просто, я, Святая Дева, не была бы так потрясена!
— А в чём тогда дело? — удивился он.
— Ученик духа может создать не больше десяти газообразных вихрей, — с горькой усмешкой ответила она. — Признак достижения одиннадцатого уровня — это когда один из этих вихрей превращается в жидкий. Два жидких вихря — двенадцатый уровень. Когда все десять вихрей станут жидкими — это двадцатый уровень. А то, что сделал ты… я, Святая Дева, о таком даже не слышала.
В глазах-фениксах Ди Вэйян вспыхнул необычный огонёк.
— Не думала, что возьму в ученики гения, ломающего пределы.
— Гений, ломающий пределы?
Лоран и Бай Инъюэ одновременно с любопытством посмотрели на неё.
— Легенды гласят, что существуют люди с особыми дарами, способные преодолеть человеческие ограничения и достичь прорывов, недоступных обычным гениям. Например, обладание двумя Боевыми Душами уже можно считать признаком такого гения.
Бай Инъюэ кивнула. На десятки миллионов человек на всём Континенте Боевых Душ едва ли приходился один обладатель парных душ.
— А то, что Мирской смог создать одиннадцать вихрей, означает, что в ранге Ученика духа он — гений, ломающий пределы. Он уже на старте имеет преимущество в один вихрь, а на следующем ранге, когда вихри начнут сжижаться, его преимущество станет ещё больше.
Говоря это, даже Ди Вэйян не могла скрыть своего волнения. Когда она решила взять его в ученики, она больше ценила его характер. Она думала, что недостаток таланта можно компенсировать, а вот плохой характер не исправишь никакими ресурсами.
И это она называла «недостатком таланта»?
В её обычно спокойной душе поднялись волны. Она и вправду нашла в глуши золотого феникса.
— Старший брат и так был сильнее Мастеров духа того же уровня, — пробормотала Бай Инъюэ. — А теперь, когда его духовная сила превзошла предел, он что, непобедим на своём уровне?
Сказав это, она с завистью посмотрела на Лорана и издала милый «рёв дракона»:
— Чтоб тебя! Я просила тебя закрепить достижения, а не прорываться! Бесишь!
— Эм-м… — почесал затылок Лоран. — Мне кажется… я ещё не достиг предела. Могу ещё немного позакреплять.
— ???
Щёки Бай Инъюэ надулись от злости. Да что он несёт?!
— Эй, старший брат, ты нарываешься! Одного раза мало? Сколько ещё раз ты собрался ломать пределы? Хватит мечтать!
Даже Ди Вэйян, с её статусом и выдержкой, с трудом сохраняла спокойствие.
Бай Инъюэ смотрела, как этот красивый мужчина снова садится, скрестив ноги, чтобы медитировать.
— Наставница, — недоумённо моргнула она, — старший брат ведёт себя слишком уж спокойно. Будь на его месте Хуан Янь, он бы уже от гордости до небес вознёсся.
— Инъюэ, вот такой и должна быть мужская выдержка, — с одобрением сказала Ди Вэйян. — Я вижу, что в его сердце живёт честолюбие, и это хорошо. Разве золотая чешуя может жить в пруду? Скрытый дракон в бездне, взлетев, достигнет девяти небес.
Холодный, властный голос эхом разнёсся по поляне. Бай Инъюэ не ожидала, что наставница так высоко ценит её брата. Она невольно бросила взгляд на его красивую, сосредоточенную фигуру, и её щёки залил румянец.
«Брат Мирской и вправду в тысячу раз лучше этого несносного Святого Сына».
— Наставница, вы собираетесь отвести его в Храм, чтобы он боролся за место Святого Сына?
— Нет, у меня свои планы, — Ди Вэйян смотрела на Лорана, о чём-то размышляя.
Бай Инъюэ показалось, что в её словах был скрытый смысл.
— Кстати, Наставница, раз старший брат сломал предел, значит ли это, что возраст его первого кольца тоже может быть выше?
— Конечно, — кивнула Ди Вэйян.
— Раньше он мог побить предел в четыреста лет и бросить вызов рекорду в шестьсот. А теперь, после прорыва… до какого же уровня?
Бай Инъюэ боялась даже представить. Слишком чудовищно. Этот парень — монстр в человеческой шкуре.
Сама того не заметив, она снова украдкой взглянула на Лорана.
«Тьфу! Проклятье! Этот чудовищный братец и вправду чертовски красив. Сколько же девичьих сердец он разобьёт, когда выйдет в мир? Хм!»
Ночь прошла спокойно. Луна скрылась, взошло солнце.
Утром листья покрылись росой, а издалека доносилось пение диковинных птиц.
На поляне же было тихо. Благодаря ауре Императрицы-Понтифика ни один духовный зверь не смел приблизиться.
Лоран закончил медитацию, встал и сладко потянулся, жадно вдыхая свежий утренний воздух. Намного лучше, чем в его прошлой жизни.
— Завтракать, старший брат!
Бай Инъюэ ложкой наливала в хрустальную чашу дымящееся молоко зверя из котелка. На столе рядом, на чистых зелёных листьях, лежали аккуратно нарезанные пирожные из фиников.
Лоран был поражён. Его сестрёнка была настоящей хозяюшкой. И чего только эти две красавицы не таскали с собой. Даже стол.
Жуя мягкое, сладкое пирожное и запивая его ароматным молоком, он любовался двумя прекрасными женщинами напротив.
В такие моменты жизнь казалась прекрасной.
— Сестрёнка, почему ты так на меня смотришь?
— Хм, а что, нельзя? — надула губки Бай Инъюэ и, вздохнув, сказала: — Хорошо, что в этот раз ты и вправду просто закреплял достижения, а не ломал пределы. А то я бы умерла от страха.
— А?
Лоран неторопливо отпил молока, и на его губах появилась очаровательная улыбка.
— А кто тебе сказал, что я не прорвался?
Обновлено: 21.01.2026