— В моё время таких не было, — задумчиво смотря на камин, через который они должны были попасть прямо в банк Гринготтс, произнес юноша. — Обычно мы просто телепортировались или, — его взгляд обратился к Ориону, — долетали.
Мужчина, услышав слова основателя, удивленно изогнул бровь и поспешил уточнить: с помощью каких артефактов летали несколько тысячелетий назад. Правда, стоило ему озвучить свой вопрос, как в него впился недоуменный взгляд, за которым последовал очевидный ответ – никакими. Большинство магов прошлого владело огромным спектром заклинаний, которые позволяли не только беспрепятственно бороздить небесное море, но и выходить за его пределы. Последним, правда, промышлял лишь один человек – сам основатель.
Получив ответ и выслушав пояснение юноши, Орион задумчиво хмыкнул и поспешил сообщить, что в настоящее время магия полёта – утраченное искусство, в существование которого многие даже не верят. Галактус на это лишь хохотнул, добавив, что полёт – жалкий фокус в сравнении с другими, куда более мощными и, на взгляд говорившего, интересными заклинаниями.
— Поверю на слово, — поёжившись, ответил мужчина, на мгновенье представив, какие чары могут показаться «интересными» основателю его рода. — Ладно, думаю, нам пора выдвигаться, — желая поскорее сменить тему, продолжил он и шагнул к камину. — Для начала, я объясню, как это работает, — его взгляд обратился к юноше, который на эти слова согласно кивнул.
В течение следующих двух-трех минут Орион объяснял ему, как работает каминная сеть, и проводил инструктаж безопасности, который, если уж честно, был не очень интересен слушателю. Вычленив из слов потомка главное, он также шагнул к камину и взял в руку горсть летучего пороха, который являлся своеобразным «топливом» для портала.
— Теперь ты должен бросить его в камин и сказать «Гринготтс», — продолжил объяснять мужчина, немного опасаясь возможных последствий. — Когда ты переместишься, я выжду несколько секунд и...
— Гринготтс, — не став дальше слушать, юноша кинул горсть пороха в камин и, когда в нём возникло изумрудного цвета пламя, шагнул вперёд.
Орион, ничуть не удивленный тем, что его не дослушали, устало вздохнул и, выждав десять-пятнадцать секунд, отправился вслед за основателем. И, стоит отметить, появился он в банке как нельзя вовремя: юноша, оказавшись в гоблинском «штабе», сразу же приметил морщинистого уродца, сидевшего за столом напротив камина.
— Ха-а! — усмехнувшись, он направился к нему, при этом высвободив магию глаз, вмиг наполнившую портальную комнату давящей аурой. — А вы всё такие же уродливые коротышки, какими я вас запомнил, — дерзко заявил он, опустив руки на стол и смерив сотрудника банка насмешливым взглядом.
Последний, ощутив ту самую ауру, сжался и недоуменно уставился на подростка, который, судя по взгляду, ждал любого повода, чтобы напасть. И, наверное, это случилось бы прямо сейчас, ведь гоблины – честолюбивая раса, которая не потерпит подобного отношения, однако...
— Сет, — позади юноши возникла фигура, которую сотрудник банка тут же узнал, — веди себя прилично, — его голос был холоден и внушал трепет, да вот только на основателя это не произвело никакого впечатления: повернувшись к потомку, он склонил голову набок и изогнул бровь.
Орион, заметив это, с трудом удержался от того, чтобы нервно сглотнуть. Помня о том, что для большинства они – учитель и ученик, мужчина шагнул вперед и, опустив руку на плечо юноши, отрицательно помотал головой, как бы говоря: «Пожалуйста, только не здесь и не сейчас».
К счастью для него, основатель всё понял и согласно кивнул. Правда, перед тем как покинуть комнату, он бросил последний взгляд на гоблина и многозначительно добавил: «Сегодня тебе повезло, полурослик, но завтра...» – услышать, что будет завтра, работник банка не смог, ведь лорд Блэк и его странный компаньон удалились.
Впрочем, в отличие от него, Орион услышал всё и теперь, ступая по банковским коридорам, размышлял над правильностью своего решения: основатель, судя по мрачному взгляду, которым он одаривал гоблинов, встречавшихся им на пути, был решительно настроен закончить дело, начатое несколько тысячелетий назад.
— Знаешь, — неожиданно заговорил юноша, — незадолго до основания рода мне довелось разделить мир на несколько частей, — он выдержал непродолжительную паузу. — Нижняя – Царство Адское, верхняя – Царство Небесное и центральная – та, в которой мы и живем, — слушая основателя, мужчина, сам того не заметив, приоткрыл рот. — И когда это случилось, гоблины оказались единственной ошибкой, которую я допустил, — его лицо украсила странная улыбка. — Нужно было отправить их в Ад, но...
— Лорд Блэк, — его прервал скрипучий голос, раздавшийся слева, — рад видеть вас в добром здравии, — посмотрев на говорившего, юноша презренно поморщился, что не осталось незамеченным для гоблина, стоявшего возле двери в приватные комнаты. — А кто этот молодой человек? — поинтересовался он, при этом странно оскалившись.
Орион, которому хватило мимолётного взгляда на основателя, чтобы понять: «Если не вмешаться, случится непоправимое», поспешил представить работнику банка своего ученика, который прибыл из Франции, – Сета Гриммнайта. Правда, последний на это лишь фыркнул, но всё же отвёл взгляд от зеленошкурого уродца и осмотрелся по сторонам: в холле банка было множество людей, среди которых он невольно подметил нескольких человек, подозрительно похожих на его знакомых из прошлого.
— Вот как, — его внимание вновь привлек скрипучий голос. — В таком случае прошу, — произнес гоблин и открыл дверь, которая вела в длинный коридор, усыпанный десятками таких же дверей, — выбирайте любую свободную комнату и ожидайте, доверенный вашего рода скоро подойдет.
Орион, опасаясь того, что основатель может заговорить, поспешил поблагодарить сотрудника и шагнуть внутрь коридора. Галактус, впрочем, и сам не хотел говорить с ошибкой магического мира, а потому последовал за потомком, который, судя по уверенным шагам, уже знал, какую комнату выбрать.
Некоторое время спустя, приватная комната «708».
Расположившись на небольшом диване, стоявшем в углу крохотной комнатушки, Галактус осматривался по сторонам. Место, в котором они оказались, выглядело максимально приземистым, однако стоило использовать магическое зрение, как всё становилось иначе: на комнатушку было наложено великое множество высших чар, которые, фактически, делали её неприступной для любого, кто возжелал бы проникнуть внутрь и навредить тем, кто в ней находится. Кроме того, на стенах, полу и потолке, были высечены анти-магические круги, лишавшие магии всех присутствовавших.
— Никогда бы не подумал, что всё это дело рук этих уродцев, — спустя некоторое время изрёк юноша, вынудив Ориона согласно кивнуть. — Впрочем, учитывая ущербность тебе подобных... — он не закончил, но даже так его собеседник понял главную мысль: основатель был зол из-за того, что волшебники современности заключили сделку с гоблинами.
И все же, несмотря на то, что он понял суть, ему не было известно, как на всё это дело ответить. Во многом из-за того, что это было правдой: ещё его отец говорил, что соглашение с гоблинами – ошибка, которая рано или поздно аукнется всем, кто на него пошел. Но шли годы, а последствий так и не наступало. Напротив, чем больше люди сотрудничали с расой магических банкиров, тем больше они доверяли друг другу, и...
От размышлений его оторвал негромкий скрип, раздавшийся позади: обернувшись, он увидел Меглора – гоблина, который был доверенным рода Блэк. Юноша, к слову, тоже его увидел, в результате чего фиолетовые глаза потемнели: он изучал зеленошкурого уродца, который размеренным шагом прошёл в глубь комнатушки и уселся за стол напротив Ориона.
— Лорд Блэк, — приветственно качнув головой, скрипучим голосом заговорил сотрудник банка, — рад вас снова видеть, — дождавшись взаимного кивка от мужчины, он перевел взгляд на второго человека в комнате. — А этот юноша?..
— Сет Гриммнайт, — поспешил ответить Орион, не желая проверять судьбу. — Мой ученик, которому необходимо открыть счет в британском отделении вашего банка, — он слегка наклонился вперед. — Желательно связанный с моим собственным.
Меглор, услышав пожелание клиента, деловито оскалился.
— Связанный с вашим?.. — задумчиво переспросил он, следом бросив очередной взгляд на юнца, сидевшего на диване. — А могу я узнать, имеется ли у вас кровное родство? — не смотря на Блэка, уточнил он.
— Нет, — с легкостью солгал Орион, понимая, что честный ответ породит больше проблем, нежели пользы.
Гоблин, в ответ на это, медленно покачал головой и вернул взор к клиенту.
— В таком случае, боюсь, я не смогу вам помочь, лорд Блэк, — нарочито медленно произнес он, при этом нахально скалясь. — Как вы знаете, согласно договору, подписанному между расой гоблинов и расой людей, мы не имеем права скреплять счета волшебников, которые не связаны кровным родством или же любым другим образом, — наблюдая за тем, как нахмурился мужчина, он поспешил добавить: — Однако, поскольку вы наш старый и очень ценный клиент, — его оскал стал шире, — я бы мог сделать для вас исключение.
Разумеется, Орион заранее понимал, что всё закончится именно этим: Меглор, будучи одним из высокопоставленных сотрудников банка, всегда и во всём искал выгоду. Преимущественно, конечно, для своей расы, но иногда и для себя лично. И, вероятно, в этот раз побеждал именно второй вариант.
— И сколько же будет стоить это исключение? — поинтересовался мужчина, то и дело косясь на основателя, лицо которого стало непроницаемым.
— О-о, для вас всего ничего! — довольно ответил гоблин. — Всего-то, — он выдержал предвкушающую паузу, — пять тысяч галлеонов и ежемесячный платеж в размере десяти процентов от суммы, которая будет потрачена с нового счета.
Ни для кого не секрет, что Блэки богаты. Возможно, даже очень богаты. Однако сумма, которую запросил Меглор, заставила Ориона поперхнуться воздухом и бросить на зеленого уродца шокированный взгляд. Впрочем, последний в ответ лишь сильнее оскалился, выражая крайнюю степень удовольствия от того, что видит.
— Много, конечно... — наконец, собравшись, ответил мужчина. — Признаюсь, даже очень много, — он тяжело вздохнул и снова посмотрел на основателя, который, казалось, ничуть не изменился в лице – оно было всё таким же непроницаемым и словно кричало ему: «Живее заключай сделку и уходи отсюда, иначе...». — Но я согласен, — скрепя сердце заключил Орион, получив в ответ довольный смешок.
— В таком случае подождите, пока я заполню документы, — произнес гоблин и, не дожидаясь ответа, взял в когтистую лапу перо. — Ха-ха, очередной идиот принес денежки умному Меглору, — заполняя бумаги, на гоблинском пробурчал он. — Глупый, глупый Блэк сам отдал своё золото умно...
— Забавно, — неожиданно его прервал юноша, заговоривший на гоблинском. — Ваш мерзкий язык всё такой же, — поднявшись с дивана и направившись к сотруднику банка, продолжил он. — Ну и чего ты так вылупился? — усмехнувшись, уточнил Галактус, облокотившись на стол и посмотрев в глаза шокированного Меглора. — Что, больше не считаешь себя умным, отродье?
Гоблин, смотря на человека, который знал его родной язык, не знал, что ответить. Да и мог ли он это сделать? Внезапно возникло давящее чувство, сковавшее его тело. Чувство, порожденное юнцом, который стоял напротив и сверлил его взглядом фиолетовых глаз, таивших в себе силу безграничного космоса.
— И куда делось твоё самодовольство? — меж тем продолжил Галактус, усилив магическое воздействие. Орион, сидевший на стуле рядом, совершенно не понимал, что происходит, но не спешил вмешиваться, рационально предпочитая просто наблюдать. — Ну же, тварь, ответь мне! — приказал основатель.
— Не... Н-не... Невозможно... — с трудом протянул Гоблин. — Здесь... Никто не может... колдовать... — продолжил он, теперь даже не обращая внимания на то, что мальчишка знает гоблинский. — К-кто... ты?..
Парень ему не ответил, вместо этого мрачно улыбнувшись и, приподняв руку, щёлкнул пальцами: вмиг от его руки разошлось едва уловимое кольцо энергии, полностью изолировавшее комнату от внешнего мира.
— Кто я? — насмешливо переспросил он, оторвав взгляд от морщинистого уродца и посмотрев на антимагические круги – места, где они были высечены, покрылись трещинами. — Ты так уверен, что хочешь знать это?
Ответом ему стало молчание, правда, вызвано оно было невидимыми путами, которые окутали шею Меглора и постепенно стягивались, лишая его воздуха.
— Ну же! — вернув взгляд к гоблину, прикрикнул Галактус. — Отвечай на вопрос! — его глаза засияли фиолетовым пламенем, способным внушить ужас любому, кто его увидит.
— Д-да... — с неимоверным усилием протянул Меглор, вызвав очередную улыбку на юношеском лице.
— Я тот, кто убьет тебя, а после и всю твою расу, — вкрадчиво ответил основатель, при этом слегка склонив голову набок. — И знаешь, мне даже не придется пачкать руки о таких ничтожеств, как вы, — на мгновенье повисла пауза. — Нет, есть способ куда лучше. Ха... Зеленая хворь, кажется, так называется болезнь, которой вы так боитесь? — услышав эти слова, гоблин засуетился: он начал дергаться, пытаясь освободиться, в его глазах отразился панический ужас, а дыхание, и без того затрудненное невидимыми путами, окончательно сошло на нет.
С упоением наблюдая за конвульсиями морщинистого ублюдка, юноша вздохнул: волна магии, порожденная столь примитивным действом, вмиг достигла гоблина и избавила его от магических пут, позволяя снова дышать. Правда, в нынешней ситуации это было скорее печальным событием, нежели...
— П-прости...те... Меня... — ударившись головой об стол, с трудом прошипел Меглор. — Умоляю, пощадите... Я... Я-я... готов на всё, о великий господин... — продолжал он, а с его глаз покатились слезы.
Впрочем, всё это не произвело на юношу никакого впечатления.
— Умоляешь? — насмешливо уточнил он и, получив в ответ неразборчивое «да», продолжил: — И ты думаешь, что этого достаточно? Ты что, решил, что я прощу тебя за пару жалких слов, произнесенных таким ничтожеством, как ты?! — на последних словах его тон стал чуть громче, в результате чего реальность вновь содрогнулась.
Слёзы, стекавшие по лицу Меглора, превратились в самый настоящий водопад. Всхлипывая, он поднял голову и с надеждой посмотрел на юношу, который по-прежнему смерял его взглядом фиолетовых глаз.
— Умоляю!.. Я всё сделаю!.. Всё, о чём вы попросите! Я готов на всё, но умоляю, пощадите!.. — срываясь на крик, взмолился гоблин.
Галактус же, прикусив губу, задумчиво сощурился и, уточнив, правда ли он готов на всё, вытянул правую руку вбок: его запястье тут же окутал тёмный дым, из которого, примерно через две-три секунды, он вытащил чёрный, точно сама ночь, меч.
— Нет для гоблина большего позора, чем лишиться своих уродских ушей, — крепко сжимая эфес магического меча, произнес юноша. — Кажется, так вы говорите, да? — уточнил он, и Меглор понял, что задумал человек, стоявший напротив. — Ха-х, что ж, давай проверим, пойдет ли тебе отсутствие ушей или нет? — хищно улыбнувшись, он поднял меч и несколько раз стукнул им по столу, призывая гоблина опустить голову.
Последний, за неимением иного выхода, подчинился...
— Запомни этот день, уродец, — перед тем, как нанести удар, сказал основатель. Орион, наблюдавший за столь жуткой сценой, нервно сглотнул: пусть он и не знал, о чём идет речь, он прекрасно понимал, что...
Меч, поднятый вверх мгновеньем ранее, вмиг опустился вниз: стол, на который обрушилась мельчайшая капля силы человека, способного одолеть даже богов, треснул и сложился карточным домиком.
— Сегодня я даровал тебе шанс, — перейдя на человеческую речь, произнес основатель. — Сохранил твою честь, — продолжил он, смотря на дергавшиеся от страха уши, — и позволил влачить своё жалкое существование дальше, — меч, который он держал в правой руке, обратился черным дымом и исчез. — Но взамен ты должен что-то отдать, а что именно, — его взгляд устремился к Ориону, — решать не мне.
Обновлено: 17.01.2026