Глава 27 — Глава 27

Взяв свиток, Орочимару бегло просмотрел его. Уголки его губ слегка приподнялись: — Кумогакуре наконец-то решилась действовать? Что ж… слишком медленно. После нескольких приглушенных смешков фигура Орочимару растворилась в воздухе. Эта война была для него отличным шансом – возможностью окончательно прибрать Клан Учиха к рукам. И он не позволит никому встать у него на пути. … Снаружи Резиденции Хокаге толпились экстренно созванные ниндзя. Навскидку их было несколько сотен, и всё – элита деревни; среди них не было видно ни одного генина. Какаши и Гай тоже стояли в этой толпе вместе с Куренай Юхи, Анко Митараши и другими сверстниками. Куренай слегка нахмурилась: — Собрали столько людей… Похоже, снова будет война. Совсем недавно, в ночь нападения Девятихвостого, Куренай потеряла отца. Она всё еще глубоко скорбела, и мысль о том, что кто-то решил воспользоваться слабостью Конохи и развязать конфликт, наполняла её мрачным недовольством. В её словах не было страха перед битвой – скорее решимость «армии скорби», жаждущей выйти на поле боя и покарать врага. Большинство шиноби Конохи разделяли эти чувства. Нападение Девятихвостого было внезапным и необъяснимым, виновника так и не нашли, но теперь на горизонте появился вполне осязаемый противник. Какаши с холодным лицом хранил молчание с самого начала. Внезапно он переменился в лице, будто увидел нечто невероятное: — Почему они здесь? Проследив за его взглядом, остальные тоже заметили только что прибывший отряд. Они были в одинаковой форме, на спинах которой красовался герб в виде веера. Мужчины и женщины – все с бесстрастными лицами, они излучали ауру отчужденности, словно не подпуская никого близко к себе. Гай недоумевал: — А что с Учиха не так? В прошлой войне они тоже участвовали. — Глупец, Какаши не это имел в виду, — Анко покосилась на Гая и пояснила: — В прошлый раз мобилизовали отдельных бойцов, а сейчас они явно прибыли как единая структура – Полиция. За все три прошлые мировые войны такого никогда не случалось. — Вот оно что, — Гай изобразил озарение, хотя осознал лишь самую поверхность проблемы. — Анко, ты крутая! Так много знаешь про Учиха. — Это же очевидно, любой бы понял, — Анко фыркнула, делая вид, что ей всё равно. На самом деле она начала присматриваться к ним лишь после того, как узнала, что Орочимару в одиночку «зачистил» Полицию. Фьють… Раздался свист рассекаемого воздуха, и перед Резиденцией возник силуэт, который в мгновение ока исчез за дверями здания. Среди собравшихся были ниндзя с отличной реакцией. Узнав прибывшего, они не сдержали возгласов. — Это лорд Орочимару! — Неужели в этой войне примет участие один из Саннинов? — Под руководством лорда Орочимару победа дастся нам куда легче! — … Перед лицом грядущих сражений кто-то, подобно Куренай, подавлял гнев и рвался в бой, а кто-то, зная об ужасах войны, не мог скрыть тревоги. Беспокойство в той или иной степени терзало каждого, и присутствие столь могущественного шиноби, несомненно, действовало как успокоительное. В толпе принялись обсуждать силу и заслуги Орочимару. Самой свежей и лакомой темой была его недавняя стычка с неким кланом, обладающим додзюцу. Говорили, что бой носил характер тотального подавления. Поскольку стычек было несколько, нашлись смелые джонины, наблюдавшие за ними издалека. Сейчас они расписывали всё в красках, будто сами совершили этот подвиг. Стоявшие неподалеку Учиха, чьи лица обычно напоминали маски, заметно напряглись. Если бы не близость войны, пара-тройка клановых бойцов наверняка бы вышла вперед, чтобы проучить хвастливого рассказчика. — Учитель Орочимару и правда невероятен, — слушая пересуды, Гай так просиял, будто хвалили его самого. Анко недовольно уставилась на него: — С чего это ты называешь лорда Орочимару учителем? Гай улыбнулся: — Когда учитель Орочимару обучал меня тайдзюцу, он сказал, что я могу его так называть. Не веришь – спроси Какаши. Увидев подтверждающий кивок Какаши, Анко помрачнела. В её взгляде сквозила такая обида, будто её бросил родной отец. … Пока снаружи кипели обсуждения, Орочимару вошел в зал совещаний. За длинным столом почти не осталось свободных мест. Поскольку Подземная Лаборатория находилась далеко от центра деревни, он явился последним. Впрочем, кроме Третьего и Данзо, никто не осмелился выказать недовольство его опозданием – слухи, гулявшие по деревне, заставляли многих быть осторожнее. Отодвинув стул во главе стола, Орочимару сел и слегка кивнул. Помощник Хокаге тут же подбежал к нему и начал докладывать текущую обстановку. Выслушав отчет, Орочимару приподнял бровь от легкого удивления. На этот раз Кумогакуре, можно сказать, подняла всю деревню. Оставив лишь необходимый минимум для защиты от возможного удара Ивагакуре, они бросили в бой почти все силы. Это была ставка «пан или пропал». Пользуясь слабостью Конохи, они решили сойтись в решающей схватке и окончательно сокрушить Листву. Надо же, какая смелость у нынешнего Райкаге. В таком свете прежняя идея выставить против них одну лишь Полицию Учиха выглядела несвоевременной – вряд ли кто-то одобрил бы подобное предложение сейчас. Впрочем, общая стратегия не требовала радикальных перемен. Орочимару на мгновение задумался, и решение пришло само собой. На этом совете обсуждался лишь один ключевой вопрос: как распределить силы? Сколько людей отправить на перехват Кумогакуре? Сколько оставить на границах, чтобы другие деревни не нанесли удар в спину? И, самое главное, кто возглавит эти направления? Прямое столкновение с Облаком было, несомненно, самой опасной задачей. Учитывая масштаб их наступления, битва обещала стать кровавой бойней. Охрана границ тоже была делом непростым, но до начала реальных столкновений она требовала лишь бдительности и не несла прямой угрозы жизни. Деревня только что пережила нападение Девятихвостого. Какие-то кланы пострадали катастрофически, другие же остались невредимы. Естественно, первые не горели желанием брать на себя бремя основной войны. Но для Орочимару всё это не имело значения. Если представить эту войну как партию в сёги, он уже давно определил, кто станет его атакующей фигурой. Среди шумных споров внезапно раздался голос Орочимару: — Всё остальное можно пока отложить. Сначала нужно ответить на один вопрос: зачем Кумогакуре вообще развязала эту войну? Неужели Райкаге всерьез верит, что одно лишь Облако способно уничтожить Коноху? В зале воцарилась тишина. Главы кланов погрузились в раздумья, даже Третий и двое советников нахмурились. И правда: пусть в ночь нападения Коноха потеряла двоих ниндзя уровня Каге и немало бойцов среднего и высшего звена, Кумогакуре всё равно не могла её одолеть. И это не было высокомерием сильнейшей деревни – это был очевидный факт. — Господа, вам не кажется эта ситуация знакомой? — Орочимару негромко постучал пальцами по столу, привлекая внимание. — Сразу после смерти Первого Хокаге всё было точно так же. На лице Третьего отразилось понимание. Он догадался, к чему клонит Орочимару. — Сейчас тот момент, когда Коноха максимально слаба и рискует потерять статус сильнейшей, — под тревожными взглядами присутствующих Орочимару ледяным тоном закончил: — Кумогакуре хочет повторить сценарий Первой мировой войны. Пожалуйста, не забудьте поставить «Спасибо»! Ваша активность помогает делать работы лучше, ускоряет выход новых глав и поднимает настроение переводчику!