Глава 16 — Глава 16

— …Нападение Девятихвостого нанесло серьезный ущерб множеству построек в деревне. — Пользуясь случаем, нам необходимо пересмотреть зонирование Конохи при восстановлении. Данзо вещал уверенно, словно всё уже было решено заранее. Любому здравомыслящему человеку было ясно: план перепланировки уже согласован с Третьим и другими Старейшинами. Нынешнее собрание было скорее объявлением воли руководства, нежели дискуссией. Данзо указал на квадратный участок карты рядом с Лесом Конохи и размеренно произнес: — Клан Абураме переедет в этот район. Они давно запрашивали территорию с лесом для нужд своих техник. Сидящий рядом с Фугаку Шиби Абураме едва заметно кивнул в знак согласия. — Жилой квартал Клана Нара не пострадал, поэтому остается на прежнем месте. То же касается кланов Акимичи и Яманака. — …Разрушенное Здание Полиции будет заново отстроено здесь. Увидев, куда Данзо ткнул пальцем, Фугаку помрачнел. Место было на редкость захолустным, почти у самой внешней стены Конохи. — Более того, — продолжал Данзо, — для удобства несения службы, клан Учиха также должен переехать поближе к управлению Полиции… Это было фактическое изгнание клана из центра деревни. Вспыхнув от гнева, Фугаку резко поднялся с места: — Господин Данзо, Учиха – это Военная Полиция, отвечающая за порядок. Это место слишком удалено. В случае чрезвычайной ситуации мы просто не успеем вовремя среагировать. Довод был резонным, и главы других кланов согласно закивали. Данзо поднял взгляд на Фугаку и холодно ответил: — В случае ЧП вмешаются АНБУ. Лицо Фугаку изменилось. Он уловил скрытый подтекст. Данзо недвусмысленно намекал на бездействие Учиха во время недавнего хаоса. «Но ведь мы просто выполняли приказ! Приказ, который отдали вы!» Фугаку посмотрел на главу стола. Третий Хокаге сидел с прикрытыми глазами, не проронив ни слова. Зато заговорили Старейшины: — Полиция ведь часто тренируется на полигонах, не так ли? Этот район как раз прилегает к землям, подходящим для учений. — Именно. Вы сможете обустроить там личный тренировочный лагерь Учиха. Оправдания были шиты белыми нитками. Логика сквозила простая: «Раз уж вы всё равно там тренируетесь, то и живите на задворках». Но Фугаку понял главное: верхушка деревни твердо вознамерилась вышвырнуть его клан из ядра Конохи. Как такое возможно? Как они смеют? Неужели… Фугаку непроизвольно покосился на Орочимару, в его глазах читалось подозрение и немой вопрос. Такую реакцию можно было понять. Бесплатный сыр бывает только в мышеловке, и было трудно поверить, что один из Саннинов станет хранить их секрет, не потребовав ничего взамен. Заметив этот ищущий взгляд, Орочимару слегка покачал головой и ответил своей привычной ухмылкой. Смысл был ясен: «Не я, приятель». Фугаку поверил. И дело не в том, что он считал Орочимару кристально честным. Просто если бы руководство деревни точно знало, что за нападением стоит кто-то из Учиха, переезд на окраину был бы слишком мягким наказанием. А если бы их просто подозревали, то такая мера была бы неоправданно суровой. Взгляд Фугаку стал тяжелым. Он догадался, в чем истинная причина. Еще во времена Второго Хокаге клану Учиха приказали создать Военную Полицию. Со стороны казалось, что им дали огромную власть, но на деле их статус низвели до уровня простых охранников порядка. Если же кто-то из клана хотел участвовать во внешних войнах и повышать свой авторитет, он попадал под прямой контроль верхушки Конохи. Лояльные деревне получали назначения в АНБУ, как ветвь Шисуи, остальные же выдавливались обратно в Полицию. То, что происходило сейчас, было лишь продолжением этой политики. Фугаку сжал кулаки. Обида жгла изнутри. Хокаге ставит интересы деревни выше интересов клана – это естественно, тут у него не было претензий. Но почему под удар попали только Учиха? При Втором их согнали в один угол и ограничили полномочия Полицией. Теперь они хотят отобрать даже это? Но… что он мог сделать сейчас? Фугаку краем глаза обвел присутствующих. Главы других кланов сидели с таким видом, будто их это не касается. Он понимал причину их равнодушия. Подозрения после атаки Лиса были лишь поводом. Главное – Учиха не понесли потерь, сохранив всю свою мощь, и теперь слишком сильно мозолили всем глаза. «Ну и пусть…» Фугаку мысленно вздохнул. Клан остался без союзников. Продолжать спорить не имело смысла, это лишь вызвало бы лишнее раздражение. Он сел на место. Данзо, мазнув по нему торжествующим взглядом, собрался было продолжить детализацию плана переселения, как вдруг в тишине раздался смешок. Данзо резко обернулся, его лицо потемнело. Это был Орочимару. Что этот гад задумал? Орочимару улыбался, и улыбка его была искренней. Он действительно получал удовольствие. Это собрание дало ему больше, чем изучение запретной техники. Вещи, которые он раньше не замечал, теперь лежали перед ним как на ладони. Безвыходное положение Фугаку, рвение Данзо в подавлении Учиха, нерешительность других кланов и Третий, который вроде бы ни во что не вмешивался, но на самом деле полностью контролировал процесс… — Орочимару, соблюдай приличия! Ты знаешь, где находишься? — Прикрикнул Данзо. Джирайя дернул друга за рукав, и тот перестал смеяться, хотя веселые искорки в глазах никуда не делись. Фугаку не понимал истоков этой враждебности со стороны руководства, списывая всё на обычные трения между деревней и кланом. Орочимару раньше думал так же, но Джинн подсказал ему одну крайне любопытную мысль: У Учиха и линии Хокаге принципиально разное видение того, как была создана Коноха. Для Учиха Коноха – это союз равных: кланов Сенджу и Учиха, которые в Эпоху Воюющих Провинций пожали друг другу руки и основали деревню. Это правда. Но лишь та её часть, которая приятна самим Учиха. А последователи Хокаге считают, что фундамент Конохи – это победа Сенджу над Учиха. Победа Хаширамы Сенджу над Мадарой. Первый Хокаге не стал истреблять побежденных, а проявил милосердие, отринул вековую вражду и позволил им стать частью деревни. Это в корне отличалось от прежних времен, когда кланы просто поглощали друг друга. Коноха смогла вобрать в себя тех, кто веками лил кровь друг друга. Ведь если деревня смогла приютить даже Учиха, чья ненависть к Сенджу не знала границ, то места хватит любому другому клану. Именно поэтому сюда потянулись Ино-Шика-Чоу, Абураме и прочие. Деревня росла и крепла. В этой истории Первый Хокаге представал истинным правителем, а клан Учиха был лишь «лошадиными костями», купленными за тысячи золотых для привлечения талантов. Ценный актив, но всего лишь инструмент. Сенджу и Учиха не одно и то же. Сенджу смогли распустить свой клан после основания деревни, даже внучка Хаширамы отказалась от фамилии. Способны ли на такое Учиха? Орочимару прищурился, его улыбка стала еще шире. Второй Хокаге создал Полицию, чтобы превратить Учиха в «клинок», защищающий Листву. Теперь этот клинок стал слишком опасным, старик и его окружение больше не могут его контролировать. Поэтому они решили отбросить его подальше, а если запахнет жареным – и вовсе переломать. Впрочем, Орочимару это мало заботило. Он подумал, что будь здесь Джинн, он бы с легкостью разрулил эту ситуацию. С его талантом интригана он бы вертел этими людьми как марионетками. Но у Орочимару были свои методы. Вспомнив последние донесения, он вкрадчиво произнес: — Господин Данзо, высылая Учиха на самую окраину, вы тем самым официально подтверждаете их причастность к нападению Девятихвостого? Стоило этим словам прозвучать, как все в зале – и Старейшины, и главы кланов – разом изменились в лице. (Конец главы) Пожалуйста, не забудьте поставить «Спасибо»! Ваша активность помогает делать работы лучше, ускоряет выход новых глав и поднимает настроение переводчику!