(От лица Хикигаи Хачимана)
Церемония закрытия прошла без происшествий, но у меня все еще оставалась кое-какая работа.
Я поправил сумку на плече. Внутри нее лежали записи с отчетами от всех отделов, которые мне, как председателю, предстояло систематизировать.
Иными словами, прежде чем вносить их в компьютер, нужно было выписать из каждой бумагу определенную информацию.
Мои ноги сами понесли меня в тихое место, где я мог бы сосредоточиться.
Я шел по пустынному коридору, чувствуя, как усилился холод. Осень уже вступила в свои права.
Прошло полгода с тех пор, как я начал ходить в этот корпус и посещать Клуб Волонтеров.
Я добрался до нужной комнаты и положил руку на дверь.
Именно в этот момент я понял, что у меня нет ключей.
Обычно я не беспокоился об этом, ведь Юкиношита всегда приходила сюда первой, но сегодня я не был уверен, что она не ушла домой.
Я решил сменить место дислокации, но при этом случайно толкнул дверь классной комнаты.
К моему удивлению, она с легкостью открылась.
Это был все тот же совершенно обычный класс.
Если что-то и казалось странным, так это то, что внутри сидела одинокая девушка.
В лучах заходящего солнца она тихо что-то писала.
Эта живописная сцена создавала иллюзию, что даже если наступит конец света, это создание, без сомнения, все равно останется здесь.
В тот момент, когда я это увидел, мое тело и разум будто замерли.
Сам того не осознавая, я был очарован.
Заметив, что я стою как вкопанный, Юкиношита аккуратно положила ручку на стол.
— О, добро пожаловать, господин Председатель, — произнесла она своим привычным тоном, в котором смешивались нотки вежливости и легкой насмешки.
— Или мне следует сказать, бывший Председатель? Теперь, когда мероприятие закончилось, полагаю, ты освобожден от своего обременительного титула.
Я вздохнул, входя в комнату.
— Освобожден — это верно. Хотя, зная мою удачу, за углом меня уже ждет какая-нибудь другая хлопотная обязанность.
— Пожалуй, — фыркнула Юкиношита, ее тон стал острее, словно лезвие только что заточенного ножа. В то же время тревога в глазах девушки выражала нечто более серьезное, чем просто шутку.
— Избавьте меня от этой театральности. У меня может и нет хрустального шара, чтобы предвидеть каждую мелкую катастрофу, но давай не будем обманывать самих себя. На этот раз ты практически сам расстелил коврик для этой так называемой 'хлопотной обязанности'.
Юкиношита сделала паузу и продолжила: — Честно говоря, твой талант к нахождению неприятностей воистину впечатляет.
— Ты все еще продолжаешься настаивать на этом, — сказал я скорее утвердительно, чем вопросительно.
Я подошел к ее столу, пока звук моих шагов эхом разносился по тихой классной комнате.
Юкиношита слегка наклонила голову. Выражение лица девушки оставалось невинным, но при этом оно каким-то образом передавало чувство победы.
Это был взгляд, который я видел много раз, и обычно он предшествовал особенно едкому замечанию.
— Я просто констатирую факты. Ты хочешь сказать, что мое воспоминание о том, как ты добровольно вызвался на эту должность, ошибочно?
Сокращая дистанцию, я слегка хлопнул руками по столу, неожиданно приблизившись к Юкиношите. Бумаги, над которыми она работала, подпрыгнули, а ручка упала на пол, но ни один из нас не обратил на это внимания.
На секунду я посмотрел на девушку сверху вниз, а затем слегка наклонился, чтобы встретиться с ее голубыми глазами.
За все это время я не заметил ни малейшего колебания в ее эмоциональном состоянии или выражении лица. Либо она притворялась, либо ей действительно было все равно.
— Но я не уверен, что ты так уж беспокоишься обо мне… — будто само собой вырвалось у меня.
На мгновение воцарилась тишина. Затем глаза Юкиношиты слегка сузились, в них промелькнуло какое-то раздражение или, может быть, интерес.
— Беспокоюсь? Думай, что хочешь, но мне не нравится, когда ты делаешь что-то неприятное, особенно под предлогом помощи мне.
Это не предлог и не притворство, леди. Я действительно помогал тебе с проблемой, о которой знал только я.
Я чуть не фыркнул. Если бы она только знала.
— Кто сказал, что мне не нравилось то, что я делал, будучи Председателем? Поверь мне, это было лучшее время. Командовать людьми очень приятно.
Это была не совсем ложь.
Конечно, это доставляло трудности, но в этом были свои положительные моменты.
— Ну, мне это не нравится, — твердо заявила Юкиношита.
— И что же ты хочешь, чтобы я сделал? — раздраженно спросил я.
— …Я не знаю… — бесстрастно ответила она.
Серьезно? Это та же Юкино Юкиношита, которую я знаю?
Та, у которой всегда было мнение и острая реплика на каждое мое слово? Этот расплывчатый и двусмысленный ответ был настолько не в ее характере, что ошеломил меня.
Это было похоже будто я встретил лающую кошку.
Сначала я подумал, что это снова взыграла высокая самооценка Юкиношиты, но потом понял, что дело не только в этом. Рано или поздно этот вопрос должен был возникнуть, поэтому я решил разобраться с ним напрямую.
— Юкино, — сказал я, намеренно используя имя девушки, — ты пытаешься намекнуть, что не хочешь, чтобы я вмешивался в чужие дела, особенно в твои.
— Хм-угу… — молча кивнула она, не отрывая от меня глаз.
— Не выйдет, – твердо сказал я. — Я думаю, что уже слишком поздно даже говорить об этом. У тебя был шанс высказаться в самом начале, но ты его упустила. Теперь тебе просто придется с этим смириться.
Верно, в будущем произойдет много всего, и я думаю, что она способна справиться сама, но это не значит, что я буду просто сидеть сложа руки.
Меня осенила мысль, и я добавил: — Но кто знает? Может быть, у тебя все еще есть последний шанс остановить этого 'всезнайку'.
Я затаил дыхание, осознавая вес того, что предлагаю.
Это было серьезно – я не знал, что буду делать, если она действительно скажет мне остановиться.
— Но я же сказала, что мне это не нравится, — твердо произнесла Юкиношита.
Ох. Что именно? 'Всезнайка' или 'мое вмешательство'?
— Я понимаю, о чем ты говоришь.
— Это ложь, — разочаровано сказала она. — Нужно ли мне напоминать тебе, что ты сама сказал: 'не верь, когда кто-то говорит: 'я понимаю, что ты чувствуешь?''
Будь проклята её память…?
Я никогда не думал, что мой собственный необдуманный совет обернется против меня.
Если я правильно помню, она, вероятно, имеет в виду совет, который я дал Кавасаки Саки.
— Верно, я это говорил… и я все еще считаю, что это так… — признал я.
— Видишь… — заметила Юкиношита.
— Но он был неполным, — прервал я ее на полуслове. — Есть еще одна половина, о которой я не упомянул, так как считал это излишним в том конкретном случае.
Я сделал глубокий вдох и продолжил: — Если кто-то говорит, что 'понимает', не верь ему, но если кто-то действительно сумел заставить тебя поверить в это, то не отпускай его.
Я повторил ещё раз, поделившись одним из своих заветных советов, которые мне передал мой 'отец' в качества так называемого семейного наставления.
— Ты думаешь, что тебе удалось заставить меня поверить, что ты действительно понимаешь меня, — уже более мягко сказала Юкиношита.
Если бы это была наша первая встреча в комнате Клуба Волонтеров, я бы мог уверенно ответить 'Да'.
Но сейчас? Я не был так уверен.
Учитывая все мои воспоминания, возможно, я знаю Юкиношиту не так хорошо, как мне казалось.
Я думал, что буду знать ее лучше, чем кто-либо другой, но, наверное, я не могу сказать это просто узнав о мыслях этой девушки в сериале.
Как же это было самонадеянно с моей стороны.
Уф, ладно.
— Конечно… нет, — ответил я, а затем продолжил: — Но я обязательно добьюсь этого однажды.
— Это был хороший подбор слов, Хикигая, — с одобрением в голосе, сказала она. — Если бы ты сказал 'да', я бы очень разочаровалась в себе.
В себе. Не во мне?
Обновлено: 14.01.2026