Глава 7 — Глава 7

Глава 7 Неожиданность - Привет, папа, так что… подарки? Он осматривается, что-то ищет. И бежит к дому. Через пять секунд он появляется с небольшой книгой и протягивает её мне. Очевидно, он забыл принести подарок, так как это, похоже, было написано несколько минут назад, но я отвлёкся. Я открываю книгу и чуть не падаю от удивления, там написано: «Истоки стиля Фуриндзи»! Кажется, мама рассказывала ему о моих тренировках. Интересно, что он ещё знает? Я улыбаюсь ему. - Спасибо, пап, не могу дождаться, чтобы ты сам потренировал меня как следует. Я позволяю ему себя обнять. Самодовольное выражение его лица почти заставило меня почти пожалеть об объятиях. - Ахахаха! Сынок, если ты надеешься, что описанное там будет лёгкой задачей, ты будешь весьма разочарован… - Я бы не стала загадывать, Хаято, ибо Адзума показал невероятный талант к боевым искусствам, - напоминает мама, всё ещё сидя в саду. - Ага, значит, ты талантливый малыш, м? - удивлённо говорит папа. Микумо ведь не станет врать или перехваливать кого-то. Я кричу: - ДА! – И бегу к одному из множества больших камней в саду. - Смотри! Я бью по камню, отпуская ки. В камне появляется вмятина и он ломается немного, хотя и не мастерски, но на данный момент это лучшее, что я могу сделать... Выражение лиц папы и Сайги того стоило. Изумление, переходящее в недоверие и заканчивающееся задумчивым взглядом папы и ошарашенным взглядом Сайги. - Ки КайХо, - шепчет папа и с удивлением поворачивает голову в сторону мамы. Скромная улыбка на лице мамы – единственный намёк на то, насколько она горда. Она смотрит на папу и отвечает: - Говорю тебе, Хаято, он – маленький монстр. Папа только медленно кивает головой, всё ещё осознавая, что произошло только что на его глазах. Когда я иду к маме и папе, Сайга перехватывает меня и шепчет мне на ухо: - Эй, младший брат, давай быстрее, ладно. Неужели в его словах сквозит соперничество?! Я молча киваю и продолжаю. *** Остаток дня рождения прошёл нормально, поговорив с мамой, папой и Сайгой, мы вдвоём остались играть, он действительно папин ребёнок, любой другой тринадцатилетний, если бы ему приходилось играть с восьмилетним мальчиком, не был бы в восторге, но Сайга был довольно понимающим. Показывал мне то, что ему нравится. Мы старались не сидеть с моими родителями, казалось, у них был важный разговор, поэтому мы просто оставили их в покое. К тому времени, как они ушли, я очень устал. Но потом мы часто общались по телефону и писали друг другу письма. Обучение, обучение и ещё раз обучение….это почти всё, чем я занимался. Папа не солгал, когда сказал, что содержание книги будет непростым. Как было сказано в названии книги, это было просто введение в стиль Фуриндзи, однако в отличие от стиля Кусинада, который происходит от джиу-джитсу, стиль Фуриндзи – гибридное боевое искусство, созданное исключительно папой, поэтому прямых источников этого искусства нет. Физические требования кошмарные, хорошо, что я начал с джиу-джитсу, если бы было иначе, мне бы потребовалось как минимум вдвое больше времени, чтобы научиться маминому стилю. Ясно, что это было запланировано, такого счастливого совпадения не может быть. Я должен буду выучить стиль до стадии высшего ученика, прежде чем переходить к экспертному класса в обоих стилях. В то время как увеличение физической силы благодаря стилю Фуриндзи будет влиять на мой джиу-джитсу, со временем я, вероятно, смогу адаптироваться. Однако, если я буду развивать фуриндзи стиль до экспертного класса, прибавка в силе тоже будет радикальный, поскольку это нужно будет сделать за короткий период времени. Между тем, хоть и теоретически, я мог бы продвинуть свой стиль Кусинада до уровня эксперта, а затем уже стиль Фуриндзи, но это поставило бы мою жизнь под угрозу и пошатнуло бы мои базовые навыки. Экспертный класс – это неопределённость для мастеров боевых искусств, ты не ученик, но пока ещё и не мастер. Мама заметила, что прорыв может быть самым опасным периодом как для мастера боевых искусств. Твой учитель перестаёт держать тебя за руку, так что теперь твоя работа – двигаться вперёд самостоятельно так, как он хотел, отсюда и опасность. Да, я подожду, пока я смогу перейти в экспертный класс в обоих стилях одновременно. *** Жизнь хороша, через пару месяцев мне будет десять, и лучшее это то, что наконец я убедил маму выйти на улицу. Десять лет мне потребовалось, чтобы добиться этого, да, я живу в громадном особняке, но всё же, десять лет без возможности покинуть дом! Мы выехали из дома на одной из маминых машин, и, позвольте мне сказать, она водит как маньяк. Хотя, к моему полному ужасу, выражение её лица было скучающим, будто автомобиль она на верёвке за собой тянула, а не вела. Только я в это время потел от страха. Нам потребовалось полтора часа, чтобы достичь цивилизации, никогда не думал, что мы так глубоко в горах. Город был средним, если не устаревшим, но возможность увидеть больше пяти человек одновременно вызвала улыбку на моём лице. - Адзума! – слышу я крик мамы, упс... - Извини, мама, я взволнован. - Какие были правила? - Не уходить и не разговаривать с незнакомцами, - устало отвечаю я. Ух, я имею в виду, что я понимаю правила, сам буду их реализовывать, ладно, дыши, тебе десять лет, ты ведёшь себя как тревожный подросток. Останавливаемся. - Хорошо, а теперь пошли, я хочу показать тебе пару мест. Если бы у меня был хвост, я бы сейчас им завилял. Мне довелось увидеть довольно много в городе, я думаю, что мы в конце, конце семидесятых или в начале восьмидесятых. Никогда не думал, что достать газету будет так сложно. Мы пошли покупать вещи для дома, одежду для мамы и меня, мы даже ели в ресторане, в котором, казалось, сделали замечание, что мы были одеты неподобающим образом, но взгляд мамы на охранника решил проблему. Пару часов спустя я смертельно устал, проклинаю молодые тела, и их ограниченную энергию. - Ты выглядишь усталым, милый, - слышу я сзади. - Да, мам, это было весело, но мне очень нужно отдохнуть сейчас. - Хорошо, давай поищем скамейку, немного отдохнём, а потом вернёмся к машине. Она хватает меня за руку и идет к скамейке вдалеке. - Угу, пожалуйста, - отвечаю я, думая о сне и о том, чего я хочу в своей жизни. Как только мы добираемся до скамейки, я просто таю на ней. Мы гуляли почти тринадцать часов, и я хочу умереть. - Простите меня, мадам? - слышу я голос, перестаю таять на скамейке и вижу перед мамой мужчину средних лет. - Да? – сухо отвечает она. Мама не выразительна ни с кем, кроме меня и иногда папы, и, если ты не один из нас двоих, ты получаешь покерное лицо и ноль эмоций. - Не могли бы вы помочь мне с моей женой, она, кажется, заболела, - спрашивает мужчина. Я очень нервничаю, я понимаю, это обычная реакция на людей, находящихся рядом с мамой. Вся её аура говорит о том, что ей всё равно, и лёгкое подергивание её брови – признак раздражения и зарождающегося гнева от его присутствия. Я давно научился читать её микровыражения. Я просто толкнул её локтем, моё лицо говорило ей, что она должна покончить с этим. - Хорошо, где она? Мужчина подаёт знак в сторону скамейки в шести метрах от нашей. - Оставайся здесь, я буду через пару минут. - Хорошо, мам. Через пару секунд я встаю и иду к мусорному ведру, город безупречно чистый, не хотелось бы пачкать его. Чувствую, как меня хлопают по плечу, оборачиваясь, вижу мужчину лет сорока. - Да сэр? – вежливо спрашиваю я. - Эй, малыш, это твоя мама? Зачем ему спрашивать меня, если всё было очевидно из предыдущего общения? - Да, а что? Прежде чем я успеваю что-то еще подумать, я слышу шёпот: - Извини, малыш. - Что… Боль… Смотрю вниз, вижу нож в своём животе. Слышу гортанный крик и отключаюсь.