По бескрайнему морю в сторону архипелага Сабаоди шло торговое судно. Погода стояла тихая, и вскоре на горизонте показались очертания островов. При виде знакомой береговой линии капитан с облегчением выдохнул и с благодарностью посмотрел на молодую фигуру на палубе. Тезоро стоял у поручней, глядя на остров, принесший ему столько страданий. Он вспоминал ту светловолосую улыбчивую женщину, изменившую его жизнь, – и «мужчину», который изменил его судьбу.
Когда Небесные Драконы забрали его в рабство, он каждый день молил о встрече с ней. Но как бы он ни выведывал, новостей не было. Постепенно надежда угасла, ее место заняла апатия, а в глубине души начала пускать ростки тьма. Так продолжалось три года, пока однажды мужчина со шрамом на лице не сказал, что его хочет видеть Молодой Господин. Тот повел его в самое сердце Святой Земли. Тезоро, чье сердце уже давно окаменело, понимал: чем ближе к центру, тем выше статус господина, но ему было плевать. И вот он увидел Молодого Господина – трехлетнего ребенка, который сосредоточенно, не обращая ни на кого внимания, возился с кубиками.
Ему было горько. Дети Небесных Драконов не знали ни добра, ни зла, ни жалости. Стоило им чего-то захотеть, как слуги тут же исполняли каприз; многие его друзья-рабы погибли из-за «креативности» таких деток. Тезоро не боялся смерти – он просто не хотел сдаваться так просто. Ребенок закончил с кубиками, облегченно вздохнул и задал один-единственный вопрос:
— Я знаю, кто ты. Если я спасу тебя и Стеллу, какую цену ты готов заплатить?
Тезоро тогда затрясло от возбуждения, он начал громко переспрашивать, правда ли это. Мальчик лишь сидел на диване с едва уловимой усмешкой, глядя на него совсем не детским взглядом. Тезоро рухнул на колени и выдохнул:
— Мою жизнь! — Сразу после этого его отправили в специальное место для боевых тренировок. Три года обучения, затем еще два года испытаний в Новом Мире под чужим именем. — Если ты не оправдаешь моих ожиданий, я похороню тебя вместе со Стеллой. — Эти слова он помнил до сих пор…
— О? Прибыл, значит. — Почувствовав знакомую ауру, Кадзама загадочно улыбнулся. Золотой Император Тезоро… надеюсь, ты меня не разочаруешь, а не то я и впрямь упокою вас в одной могиле. — Прибыл? Кто прибыл? — Стелла в замешательстве огляделась. Кроме них троих были только эти юноши в костюмах – но они ведь пришли давно? — Ха-ха, Стелла, открою тебе секрет: вообще-то твой молодой господин – Бог.
Глядя на лучезарную улыбку юноши, Стелла на миг опешила, а затем мягко ответила:
— Молодой Господин, вы и так Бог по праву рождения. — Всё не так, Стелла, — Кадзама покачал головой. — Я говорю о настоящем Боге. О том, кто исполняет желания. Не веришь? Закрой глаза, произнеси про себя имя того, кого больше всего хочешь увидеть, и он предстанет перед тобой.
Стелла замерла. Того… кого больше всего хочет увидеть? Она смотрела на него, не веря своим ушам, а затем непроизвольно перевела взгляд на Аббаса. Она рассказывала о том юноше только господину Аббасу – неужели он передал это молодому господину? Дыхание ее участилось. Смешивая трепет с крохотной, давно похороненной надеждой, она сложила ладони в молитвенном жесте и медленно закрыла глаза. Лишь легкая дрожь во всем теле выдавала ее душевное смятение.
С другой стороны поместья молодой Тезоро вышел из лифта, глядя на это прекрасное и одновременно гнусное место. Не успел он даже вздохнуть, как в глазах помутилось, и в следующую секунду он оказался в незнакомом саду. Годы жестоких тренировок и сражений не на жизнь, а на смерть заставили его мгновенно напрячься, но бдительность испарилась, не успев оформиться. Он увидел господина Аббаса, юношу в шезлонге и… фигуру, что являлась ему в бесчисленных снах.
Женщина с волосами чистого золота и кожей нежнее шелка, в белом платье. Она стояла, сложив руки в молитве, низко склонив голову. Она дрожала, плотно сжав брови, будто молясь за близкого человека, а полуденное солнце, заливающее ее лицо, придавало ей вид святой девы, принявшей на себя страдания мира… В этот миг для Тезоро перестал существовать кто-либо еще. Мир вокруг него снова обрел краски и свет. — Стелла. — Хрипловатый, дрожащий голос коснулся ушей женщины.
Она резко распахнула глаза. Этот голос, вечно преследовавший ее во сне, она не могла забыть. Она замялась, хотела обернуться, но боялась. Глаза снова зажмурились, пальцы судорожно переплелись, так что на коже проступили синеватые венки. — Стелла. — Снова то же имя. В первый раз в нем была страсть, теперь – невыносимая тоска. Стелла медленно открыла глаза и начала поворачиваться. Медленно, но решительно.
Глаза встретились. Те самые лица, о которых они грезили годами. Слезы сами собой покатились по щекам, но никто не спешил их утирать. На лице Стеллы смешались тоска и тревога, она позволяла слезам течь, не в силах отвести взор. Сглатывая горечь в горле, Тезоро разомкнул губы. Тысячи слов застряли в гортани, и в итоге он смог выдавить лишь простую фразу:
— Я вернулся. — Угу. — Стелла замерла на миг, а затем расцвела в улыбке.
Мир, и без того залитый солнцем, будто наполнился пением птиц и ароматом трав. Улыбка была чистой и теплой, совсем как восемь лет назад. Только тогда это было прощание, а теперь – воссоединение. Глядя на обнявшуюся пару, Кадзама тоже чувствовал радость. Хотя эти двое не имели к нему прямого отношения, ему было приятно. Он ненавидел трагические разлуки. Этот мир и так был порядочной дырой; в прошлой жизни, в мире шиноби, он только и делал, что тренировался, занимался наукой с Орочимару-сенсеем или сражался с Ооцуцуки.
Отработав одну жизнь по полной, в этой он хотел просто отдохнуть, развлечься и по пути исправить то, что его когда-то раздражало. Вот и всё. В момент появления Тезоро троица из СР напряглась, готовясь к бою. Но, видя полное спокойствие хозяев и вспомнив слова Кадзамы, они немного расслабились. В чтении обстановки агенты СР были профи! Поначалу Кадзама наблюдал за обнимашками с умилением. Через минуту улыбка стала более сдержанной. Через две минуты он уже бесстрастно взирал на парочку. Через три – начал мрачнеть.
Черт возьми! Я холостяк уже вторую… нет, третью жизнь подряд! У вас совесть есть вообще? — Кхм! Кхм! — Надо отдать должное Аббасу, он был идеальным дворецким. Заметив, что Кадзама не в духе, он тут же подал сигнал. Забывшаяся пара наконец опомнилась. Под взглядами пяти человек лицо Стеллы мгновенно стало пунцовым, даже Тезоро почувствовал себя неловко. — Я могу понять ваши чувства, но обниматься целых пять минут – это уже перебор, не находите? Здесь вообще-то люди! И один из них – ребенок! — Кадзама с пафосом прижал руку к груди.
Каку рядом впал в легкий ступор: пять минут? Серьезно? Вроде три с половиной было… Но, глядя на лицо Кадзамы, он мудро промолчал. Если бы Стеллу спросили, что такое «социальная смерть», сейчас она бы ответила во всех красках. Ей хотелось прямо сейчас взвалить на плечи всю Мариджоа и улететь с этой планеты. — Ладно, ладно, не опускай голову. В земле дырки нет, чтобы в нее провалиться. Но если так хочется, я могу найти тебе подходящий Дьявольский Плод для рытья нор, — со вздохом произнес Кадзама, глядя на Стеллу, которая всё равно не отпускала руку Тезоро.
— И ты. За эти годы ты поднаторел, — Кадзама лениво оценил ауру Тезоро. Если при первой встрече тот был букашкой, которую можно прихлопнуть щелчком, то теперь… ну, скажем, букашкой покрупнее. — Видишь тех троих? Сразись с ними. Победишь – и сегодня же я освобожу вас со Стеллой от рабства и лично благословлю ваш брак!
Обновлено: 20.02.2026