Глава 3 — Глава 2.1

«Учитывая, что он так спокоен, когда опаздывает, он, скорее всего, заядлый нарушитель. Я могу понаблюдать за ним несколько дней, уверена, что смогу поймать его». —— «Дневник феечки Су Цзайцзай» Прозвенел звонок с урока. Учитель на трибуне бросил мел обратно в специальную корзину и оглядел класс: — Те, кто не сдал домашнее задание, приходите в учительскую, чтобы найти меня. Урок окончен. Ученики тут же встали и лениво поклонились: — Спасибо, учитель. До свидания, учитель. Зная, что Чжан Лужан не любит, когда его беспокоят во время урока, Е Чжэньсинь дождалась его конца, прежде чем осмелилась повернуться к нему и спросить: — Чжан Лужан, куда делся твой сосед по парте? Он откинулся на спинку стула, продолжая держать ручку и демонстрируя выпирающие суставы своей красиво изогнутой руки. — Отпросился. Его голос был чистым и глубоким, но без эмоций. Он был похож на приглушенный дождь в темное время суток. Е Чжэньсинь уставилась на него широко раскрытыми глазами и завистливо пробормотала: — А? Почему он пропускает… День основания был всего два дня назад, он слишком расслабился. После некоторого ожидания ответа не последовало. Чжан Лужан слегка поднял глаза, взял с парты тетрадь по английскому языку, перелистнул на страницу, которую задавали в прошлый раз, и посмотрел на задание по заполнению пропусков, где было отмечено тринадцать неправильных ответов из пятнадцати. Наконец его взгляд слегка дрогнул. Девушка перед ним продолжала говорить: — Почему он вдруг отпросился, ведь на уроке по языку у него все было в порядке. Неосознанно постукивая ручкой по краю парты, уголки его рта слегка опустились вниз, а в глазах вспыхнул скрытый огонек раздражения. Он был настолько слабым, что его едва можно было заметить. Придя в себя, он посмотрел на Е Чжэньсинь и тихо сказал: — Не знаю. Она все еще продолжала говорить, но тема уже ушла в другое русло. Чжан Лужан встал. Е Чжэньсинь опешила: — Ты куда собрался? Он не ответил на этот вопрос. Держа в руках тетрадь по английскому языку, он вышел за дверь. *** С другой стороны Су Цзайцзай тащила Цзян Цзя в сторону туалета. По дороге Цзян Цзя вдруг вспомнила кое-что. — Точно, Цзайцзай. Су Цзайцзай достала из кармана пачку салфеток, выдернула последнюю и бросила упаковку в мусорное ведро рядом с раковиной. Вытерев руки, она ответила: — М? — Скоро будет школьная спартакиада, ты будешь участвовать в каких-нибудь соревнованиях? — А какие есть? — Ой, много. Прыжки в высоту, прыжки в длину, прыжки со скакалкой в течение одной минуты, бег со связанными ногами*. П.п.: 十人十一足 – «десять человек, одиннадцать ног»; командная игра, где десятерым участникам связывают ноги, после чего они одной шеренгой устраивают забег с другими командами. Су Цзайцзай уже собиралась ответить, как вдруг заметила подростка, поднимающегося по лестнице рядом с учительской. Он завернул и пошел в сторону кабинета. Он был высоким и худым, а с кончиков его волос капала вода. Ее зрачки сузились, а в сердце зажглось непонятное волнение и удивление, но прежде чем она успела подойти, увидела, как тетрадь в руках подростка упала на пол. Он наклонился, открывая часть своего лица. ...Не он. Су Цзайцзай была немного разочарована и тихо выругалась в сердцах. Думая о том, что ее, несравненную красавицу, потревожил какой-то лишь немного симпатичный парень, она почувствовала величайшие чувства позора и оскорбления. Видя, что она никак не реагирует, Цзян Цзя решила, что ее не интересуют упомянутые соревнования, и продолжила: — Есть еще стометровка, забег на двести или на восемьсот метров, а также толкание ядра или что-то в этом роде. Су Цзайцзай с поникшим выражением лица лениво спросила: — А восемьсот метров – это максимум? Услышав это, Цзян Цзя несколько растерялась и озадаченно спросила: — А? Ты хочешь, чтобы было больше? Думаю, восемьсот метров будет достаточно, чтобы убить меня. До того как войти в класс, Су Цзайцзай, не желая сдаваться, повернула голову, чтобы посмотреть в ту сторону еще раз. Дверь в кабинет была широко распахнута, а рядом со столом находились две девочки – одна стояла, а другая сидела на стуле, они болтали, улыбаясь и щурив глаза. Дождь стучал по бирюзово-голубым перилам, а вокруг играли несколько парней. Она отвела глаза. В это время с лестничной площадки спустился подросток, повернул направо и вошел в кабинет. Су Цзайцзай сидела на своем месте, облокотившись на стол, половина ее лица была скрыта под рукой, и только большая пара ярких и выразительных глаз была видна: — Ну, я думаю, восемьсот метров недостаточно, чтобы похоронить мои атлетические гены. Уголок рта Цзян Цзя дернулся: — Ты явно... — Не проси меня участвовать, если нет варианта на десять тысяч метров. — Чушь собачья! — крикнула Цзян Цзя. Крик был настолько громким, что в классе, в котором до сих пор было шумно, вдруг повисла тишина. После этого к ним подошел парень и ехидно спросил: — Кто пукнул?* П.п.: 放屁 – имеет двойное значение. Это можно перевести и как «нести чушь», и как «пукать». Выражение лица Цзян Цзя было серьезным: — Уж точно не Су Цзайцзай. Гуань Хань поднял брови, в его глазах читались нотки насмешки: — Значит, это была ты? — Это был ты, — ответила Цзян Цзя. Су Цзайцзай развела руками: — Это действительно был ты. Гуань Хань: «…Хе-хе».